Андрей Прусаков – Печать ворона (страница 53)

— Тогда обещайте, что не тронете ее.

— Обещаю. И можете мне верить. Она была лишь средством воздействия на вас. Не обижайтесь, Иван, но иначе вы бы не сделали… того, что надо было сделать.

Иван молчал. Как можно верить этому говнюку с идеальной улыбкой? Он чувствовал: его собираются использовать не раз. И что делать? Превращаться в алчущего крови демона, или…

— Теперь вы не пленник, а мой гость, — Вадим Сергеевич сделал знак, и громила снял с Ивана наручники. — Только прошу, не злоупотребляйте гостеприимством. Очень прошу. Хочется, чтобы мы стали партнерами.

— А Кир? — спросил Иван, растирая запястья.

— Что Кир?

— Кирилл тоже был вашим партнером.

— Раньше — да. А теперь он просто шестерка. В общем, располагайся здесь как дома. — Шеф легко и непринужденно перескакивал на «ты». — Если что-нибудь будет нужно, звони. Вот звонок.

— Я хочу говорить с Кириллом, — сказал Иван.

— С Кириллом? Это просто. Позови, — повернулся он к охраннику. Жорик вышел в коридор и спустя полминуты вернулся с Киром.

— Говорите, — сказал Вадим Сергеевич и закрыл дверь.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

Среди связок в горле комом теснится крик.

Но настала пора — и тут уж

Кричи — не кричи…

— Ты всегда был треплом, Кир!

Приятель молчал. Он так и стоял у дверей, не решаясь войти и присесть. Иван чуял страх, исходящий от долговязой фигуры в помятом дорогом костюме. Чего он боится?

— Рассказывай!

— Что рассказывать? — нехотя поворотил морду Кир.

— Иди сюда и рассказывай, — сказал Иван, указав на диван рядом с собой. — Как все вышло. Как Аня к ним попала?

— Аня со мной была, — проговорил Кир. Лицо его осунулось. Теперь Иван оконча-тельно понял: Кир не партнер Вадима Сергеевича. Ему до него далеко.

— Мы в квартире были, когда эти пришли. Я не думал, что так повернется, Иван! Мы же с ним партнеры!

— А он назвал тебя шестеркой!

— Чего? — вскинулся Кир, но тут же сдулся и помрачнел. Видно, вспомнил о ка-мере. Или признал очевидное.

— Того, — сказал Иван. — Кир, я хочу знать: ты со мной или с ними?

Кирилл замер. Глазами указал на камеру: мол, снимают, нельзя такие во-просы задавать.

— Говори, Кир!

— О чем ты говоришь? Пойми, у нас выбора нет. Нам надо делать, что говорят. Посмотри на это с другой стороны! Вадим Сергеевич очень большой человек. Он тебе сотрудничество предлагает, партнерство! Это твой шанс пробиться, Иван! Я тебе же говорил об этом! Не будь идиотом!

— С тобой он тоже был партнером, — напомнил Иван. Кир нервно сжал кулаки:

— Я сам виноват. Облажался. Если б я не отпустил Сержа с Аней, эти уроды не за-стали бы нас врасплох! И все было бы по-другому!

— Но все стало так, как сейчас, — Иван обвел глазами комнату. Взгляд остановил-ся на полу. На Кира смотреть не хотелось. — Слушай, Кир, скажи честно: как ду-маешь, они Аню отпустят? Честно!

— Откуда я знаю!? — почти выкрикнул Кир.

— Ясно. Значит, и меня не отпустят.

— Да тебе чего беспокоиться? У тебя дар! А ты не знаешь, что с ним делать!

— Ты дурак! Хочешь, я передам его тебе? — Иван раздраженно повернулся к при-ятелю. — Только учти, придется заплатить! Тем, что не купишь за деньги! Понял? Душой своей, понял?!

Кир отшатнулся от яростных слов. И встал.

— Я пойду, Иван. Извини, что так вышло. Дерьмо, просто дерьмо, — он открыл дверь и ушел. Щелкнул замок, Иван остался один. Он хмуро глянул в камеру и по-вернулся к ней спиной. Потом лег на диван и попытался заснуть. Но разве за-снешь? Он думал и ворочался на диване, не ощущая времени — часов в комнате не было.

Иван не знал, как долго он лежал, но вот дверь открылась, и въехала сияющая хромированная тележка с едой. Он видел такие в кино. На ней лежали тарелки и чашки, и ароматный кофейный дымок тут же возбудил зверский аппе-тит. Тележку толкала молоденькая девица в мини-юбке, с шикарными длинными ногами.

— Ваш завтрак, — пропела она. Милый голосок, милое личико, но Иван догады-вался, что скрывалось за невинной работой вроде развозки завтраков. Этим могла бы заниматься любая женщина, не обязательно супермодель.

Иван усмехнулся. Завтраками кормят, девушек показывают. Примитивно и пошло. Так его не купить. Девушка стояла, не уходила.

— Может быть, вам нужно что-то еще? — приятно улыбаясь, спросила она.

Иван посмотрел на нее. Девушка продолжала улыбаться, но глаза выдавали испуг. Иван знал, что может смотреть страшно.

— Беги отсюда, — сказал он. — Быстрее.

Вряд ли она поняла. Он не мог говорить напрямую, потому что выдал бы себя.

— Я… не поняла, — она глупо улыбнулась. Правду, что ли, говорят, что все краса-вицы — идиотки? Впрочем, откуда ей знать про дар…

— Спасибо за завтрак, — сухо проговорил Иван. Девушка кивнула и вышла. Ноги у нее были потрясающие, но, понимая, кто являлся ее хозяином, Иван испытывал не восхищение, а тошноту. Впрочем, от завтрака решил не отказываться. Особенно от кофе. Ивана знобило, и горячий напиток оказался кстати. Иван механически сжевал круассан, выпил кофе и откинулся на спинку дивана. Ему было тревожно. Плохое чувство. Что-то случится…

Девушка вернулась и забрала тележку. Едва она ушла, вошел Вадим Сер-геевич.

— Позавтракали? — спросил он. Снова на «вы», подумал Иван. Он кивнул.

— Тогда давайте поговорим, — Вадим Сергеевич присел рядом с Иваном. — Иван, ваш дар уникален. Как вы его получили?

— Какая вам разница?

Вадим Сергеевич улыбнулся. И мягко, непринужденно перешел на «ты».

— Знаешь, как бывает… У одного есть нечто, что ему не нужно. А у другого есть… что-то взамен. Я предлагаю обмен.

— Что? — Иван воззрился на хозяина. — Какой еще обмен?

— Ты говорил, что дар можно передать. Передай его мне! А я заплачу. Сколько ты хочешь?

Иван вспомнил Александра Евгеньевича. «Подумай, что будет, если пере-дашь силу человеку, который в ней действительно нуждается…» Теперь он понял, что тот имел в виду.

— С чего вы взяли, что дар передается?

— Кирилл слышал это от тебя совсем недавно.

— Я пошутил.

— Нет, ты не шутил. И я не шучу! — Вадим Сергеевич смотрел жестко и жадно. — Давай напрямую! Я вижу: тебе тяжело, ты мучаешься, зачем тебе этот дар? Он не для таких как ты, доброхотов, — последнее слово Вадим Сергеевич произнес с омерзением, будто что-то гадкое попало в рот, и он едва ли не отплевывался. — Я найду ему лучшее применение. А тебе хорошо заплачу. И Аню отпущу. По рукам?

— Будете людей убивать? — спросил Иван. Он посмотрел Вадиму Сергеевичу в глаза и испугался: взгляд хозяина был оловянно-безжалостным. Что будет, если дать ему силу воронов? Ясно, что…

— А что ты можешь предложить? Выступать в цирке? Почему сам не выступаешь? Невероятное шоу: Иван Воронков и дрессированные вороны! Ха-ха.

Возразить было нечего. Иван и впрямь не понимал, что ему делать со стаей, умеющей только убивать? Но точно знал: нельзя отдать Дар такому человеку! Ни за какие деньги. Но, может, это и есть выход, единственный шанс, которого боль-ше не будет? Сколько раз он мечтал, что передаст Дар, или он исчезнет сам со-бой, как страшный, долгий сон. Как именно отдать, Иван не знал, но едва он ду-мал об этом, в мозгу всплывали древние слова на латыни, которые слышал в из-бушке на краю болот. Надо произнести их и пожелать, сильно пожелать. И чело-век, к которому перейдет его сила, тоже должен желать ее. Тогда все получится. И он станет свободен.

— Это невозможно, — отворачиваясь, сказал Иван.

— Почему?

— Я не знаю, как передать Дар.