Андрей Посняков – След на болоте (страница 2)
Выскочив из кабины, Иван Пахомович подошел к древесному стволу… Сбоку, слева, что-то хрустнуло… Неужели и вправду – медведь?
Он осторожно выпрямился… и вздрогнул! В грудь ему смотрело черное дуло пистолета! Кто-то в зеленом брезентовом плаще целился прямо в него! И целился недолго…
Миг – и лесную тишину разорвал гулкий звук выстрела. И тут же – еще один… Схватившись за грудь, Иван Пахомыч тяжело повалился в грязь…
Убийца же тотчас подскочил к машине…
Женский крик…
Выстрел…
И – сразу – еще один…
Оглянувшись по сторонам, лиходей затащил труп шофера в кабину и сам уселся за руль – широкое сиденье «Татры» было рассчитано на троих.
Заурчал двигатель…
Немного сдав задним ходом, он направил грузовик в заросли, на широкую тропку, и тяжело покатил к трясине… На полпути остановился, вытащил сумку и снова уселся за руль.
Разогнав машину, насколько было возможно, мужчина выпрыгнул из кабины у самого края трясины…
Грузовик с трупами засосало быстро – урочище Гнилая Топь оправдало свое название.
Когда над ряской остался лишь край кузова, убийца повесил на плечо тяжелую почтальонскую сумку и, оглядевшись по сторонам, зашагал куда-то по еле заметной тропке.
Шел недолго. Впереди, за деревьями, показались старые, с провалившимися крышами, избы. Ляхтино – заброшенная деревня.
За деревней журчал мелкий каменистый ручей (или по-местному – ру́чей), через пару-тройку километров впадавший в небольшую речушку Мокшу. Вдоль ручья, ныряя в заросли бредины и рябины, вилась меж кустами узенькая рыбацкая тропка.
Поправив сумку, грабитель глянул на затянувшие все небо тучи и ускорил шаг. Вскоре он был уже у самой Мокши… После разлива река была широкой и бурной, а в обычное время – просто ручей, мелкий и непригодный для рыбацких лодок. Разве что байдарки…
– Черт! – чертыхнулся убийца, услышав донесшиеся от реки голоса, резко остановился и сбросил сумку в траву. Чуть выждал и осторожно выглянул, отведя в сторону ветки ивы.
Ну кому здесь еще быть? Нет, не рыбаки – для них сыровато, да и дороги, считай, нету… Тогда кто же?
Потянуло дымком – неизвестные жгли костер…
Двое парней и три девушки. По виду – студенты… Слышались веселые голоса и смех… Потом донесся перебор гитары:
–
Туристы, чтоб вас черти взяли!
Мужчина выругался про себя и сплюнул. Вот ведь, принесла же нелегкая! Ну точно – туристы! Вон и палатка… а вон, на бережку, байдарки. По высокой-то воде – самое милое дело, однако опасное… Однако же безголовых нынче много. Одно слово – романтика!
Уху варят… Ух, запах-то какой, запах!
Убийца задумался… И что теперь? Плохо, если заметят… Потом ведь могут и рассказать. Что же остается? Идти в обход, краем болота, а потом по старой Ляхтинской дороге? Муторно и долго… Опять же, и там можно невзначай кого-нибудь встретить…
Черт! Ну надо же как не повезло!
А что, если… Нет! Стрелять больше не надо, это уж слишком. Да и многовато их… Тогда надо бы… Ну а что? Почему бы и нет? Как говорится – подальше положишь, поближе возьмешь. Большие деньги все равно «светить» пока рано… выждать, может быть, год или хотя бы до осени. Да и пистолет с собой таскать – дело дурацкое, а выбросить жалко. Вдруг сгодится еще?
Ну, значит, что тут и думать-то?
Приняв решение, убийца заметно повеселел и, подхватив брошенную сумку, направился обратно, в заброшенную деревню. Шел быстро, и через полчаса уже показались избы.
Остановившись около самой разваленной – в такой точно никто ночевать не станет, открыл сумку… ненадолго задумался… и вытащил из нее запечатанную денежную пачку – сотня красненьких купюр по десять рублей – тысяча! Сумма немалая… Однако уж это-то можно незаметно потратить. Так, по всякой мелочи!
Довольно цокнув языком, убийца подбросил пачку на ладони и сунул в карман. Осмотрелся и проворно полез под провалившуюся крышу, припрятав в разваленной избе сумку с деньгами, пистолет… и новенькую ножовку! Припрятал хорошо, так, чтобы случайно никто не нашел, если вдруг… Ну кому такая развалюха нужна? Конечно, определенный риск есть… но куда как меньший, чем ежели держать такую сумму дома! Да ее еще довезти надо…
Упали первые тяжелые капли. Начинался дождь – весьма кстати…
Подняв капюшон, мужчина как ни в чем не бывало зашагал по тропе с самым деловым видом… кажется, его не заметили…
– Здравствуйте!
Нет, все же заметили!
Не оборачиваясь, он лишь махнул рукой и, ускорив шаг, быстро скрылся в ельнике…
Никто за ним не пошел… даже не окликнули. Ну и хорошо, ну и славненько!
Вовсю хлестал дождь, чавкала под ногами грязь, и брезентовый плащик быстро промок насквозь. Было три часа пополудни.
Глава 1
– Ну и где твой трелевочник? – замначальника Озерского отделения милиции Игнат Ревякин с неудовольствием посмотрел на только что подошедшего сержанта.
– Так, товарищ капитан, он же своим ходом едет! – резонно возразил милиционер – парень лет двадцати, из недавно набранных. – Потому и не быстро.
– Понимаю, что своим ходом… Ладно, свободен пока. – Махнув рукой, Игнат подошел к самому краю трясины…
– Степаныч, ты поосторожней тут! – пристроив служебный чемоданчик на старый пень, на всякий случай предупредил техник-криминалист Теркин.
Заядлый охотник, грибник, рыбак… и немного пьяница, криминалист прекрасно знал все окрестности, и к его словам следовало прислушиваться.
Пожав плечами, замначальника поправил пиджак и отошел в сторону, внимательно осматривая следы колес…
Игнат Ревякин был человеком добросовестным и честным, хоть и немножко грубоватым… для некоторых. За словом в карман не лез и к начальству особого пиетета не испытывал. Наедут – так мог и ответить. За что и был когда-то «сослан» из райцентра на периферию, в Озерск… Там и прижился, и вот дорос почти до начальника. Сам начальник, старый фронтовик, подполковник милиции Иван Дормидонтович Верховцев, Ревякина хвалил, защищал и, в очередной раз собираясь на пенсию, прочил на свое место.
Крепко сбитый, с широким волевым лицом и короткой – ежиком – стрижкой, Игнат чем-то напоминал боксера-тяжеловеса и характер имел точно такой – бойцовский. Однако, получив должность, уже неплохо освоил и бюрократическую науку – все ж опер, не кто-нибудь! Вот и дополнительную ставку участкового уполномоченного недавно выбил… Все-таки два участковых на такой «куст», а не один!
– Матвей Африканыч, что-то у нас участковый где-то запропал! Тебе не кажется?
– Может, нашел чего? – вытащив из чемоданчика фотоаппарат «ФЭД» третьей модели, обернулся Теркин.
– Да и Мезенцева где-то черти носят! – Ревякин нервно посмотрел на часы…
Вот не любил он так – стоять без дела, распоряжаться… Впрочем, что сейчас было делать? Местность всю уже осмотрели, грузовик руками из болота не вытащить – оставалось лишь ждать.
О пропаже леспромхозовской «Татры» с шофером, кассиршей и зарплатой заявили вчера вечером. Директор лично заехал на своем «Москвиче». Еще бы, такое дело! Выехали еще в полдень, и с тех пор ни слуху ни духу. Хорошо хоть маршрут был известен…
Вот в урочище и нашли, в Гнилой Топи! Все, как и предсказывал Теркин, Матвей Африканыч… В здешних местах издавна проживало много староверов, потому такие отчества, как Африканыч, Дормидонтович, никого из местных не удивляли.
– Много у них денег-то было? – сделав пару снимков, поинтересовался криминалист.
– Около тридцати тысяч…
– Ого!
– Вот и я говорю… Ну что? Еще разок дорогу осмотрим?
– Так ведь смотрели уже!
– И что? Мало ли, вдруг что-то важное упустили?
Вообще-то, ради такого дела можно было бы прихватить и служебную собаку с кинологом… Однако всю ночь напролет хлестал дождь – настоящий ливень, так что какая уж тут собака! Какие уж тут следы. Если что и было – смыло все ко всем чертям. И все же хоть что-то надо было найти, хоть какую-то зацепку…
Пока замначальника отделения и техник-криминалист мерили шагами раскисшую от дождей грунтовку, помощник оперативного уполномоченного Мезенцев с новым участковым, младшим лейтенантом Сорокиным, бросив мотоцикл, ходили вдоль речушки. Заброшенную деревню они уже успели осмотреть, ничего подозрительного не обнаружив. Да и кому нужно было туда заходить? Хотя, может, местные рыбаки…
– Ну неужели никого с ночевкой не принесло, а, Василий? – Обернувшись, Мезенцев посмотрел на участкового – тщедушного чернявого парня с небольшими усиками. Сорокин, вообще-то, был из Тянска и свое назначение в Озерск воспринял как-то не очень. Но где было место, туда и пошел… вернее сказать – направили. С начальством не поспоришь!