Андрей Пономарев – Прикосновение. Сборник рассказов (страница 4)

Услышав русскую речь, я присмотрелся. Майор меня не обманул, когда говорил, что базу перестроят в КП. Теперь там наши. И мне надо идти туда, к Корытному.

Мелкими перебежками я все же добрался до места. Но там меня ждал очередной сюрприз.

– Ты кто такой? Что здесь вынюхиваешь? Я давно заметил, как ты пробираешься сюда, и внимательно следил за тобой, – громко прокричал солдат, когда я уже стоял возле КПП. – А ну отошел в сторону. – Он направил на меня автомат.

– Я свой! 783-й разведывательный батальон. Выполнял приказ майора Корытного.

– Оружие на землю. И отошел назад, а то выстрелю.

Я положил оружие на землю и сделал шаг назад. Другие бойцы, что выскочили из КПП, его схватили, а меня оттолкнули еще дальше.

– Смотри-ка, и оружие у него наше. Где взял? Кого грохнул?

– Никого я не грохал. Я выполнял приказ майора.

– Иди проверь. – Сержант кивнул одному из солдат, и тот сразу вбежал в помещение КПП.

– Значит, приказ выполнял?.. Хорошо! Мы сейчас это проверим. Документы у тебя есть или потерял, когда приказ выполнял?

– Да, есть! – Я быстро расстегнул китель и полез в нагрудный карман.

– Тихо! Без резких движений, – крикнул сержант. – Медленно, доставай медленней, и мне в руки.

Я исполнил все так, как хотел сержант, и медленно передал ему свои документы.

– Значит, рядовой Иванов? – хмыкнул проверяющий, когда открыл мой военник.

– А что, что-то не так?

– Я тебе сейчас в лобешник очередягу дам, если еще раз пошевелишься. Стой там, не надо ко мне подходить. Я вас, диверсантов, издалека чувствую.

– Какой я тебе диверсант! – на одном дыхании выпалил я.

– Ладно, – опустил он автомат. – Разберемся!

Из здания КПП второпях выбежал тот самый боец, которому сержант приказал проверить меня, и на ухо ему что-то сообщил. Тот снова поднял автомат.

– На землю! – крикнул он мне и дал залп в воздух.

Я тут же упал и прижался к земле. Двое сослуживцев сзади скрутили ремнем мои руки, а проверяющий скомандовал своим бойцам:

– Введите его в здание. Сейчас к нам подойдет подполковник.

Меня подняли с земли и, грубо толкая прикладом в спину, быстро повели в здание КПП.

– Сидеть здесь, – пробурчал проверяющий. – Не дай бог дернешься. Я тебя держу на прицеле. Говорил же, что я вас, диверсантов, чую за версту.

– Я уже говорил, что я не диверсант.

– Ага. И приказ майора выполнял…

– Да, выполнял.

– Вот сейчас подполковник к нам подойдет и спросит, что за приказ майора ты выполнял. Ты правильно думал, что его здесь нет, потому что он получил пулю в голову. Ты смело сюда подошел! Но твоя разведка тебя подвела. Майор-то оказался жив. Он в госпитале. Полковник с ним сейчас разговаривает по радиосвязи. Так что твой план не удался.

Дверь со стороны КП открылась, и к нам вошел подполковник Митин. Увидев нового командира, я быстро вскочил на ноги.

– Сидеть, тебе же было сказано! – снова крикнул проверяющий, и я снова опустился на скамью.

– Что тут у вас? – Подполковник быстро окинул взглядом всех бойцов, а потом сел напротив меня.

– Да вот взгляните, диверсанта поймали! Говорит, что приказ майора выполнял.

– Какой приказ? – подполковник насторожился.

– Говори, – сжав губы от злости, произнес сержант и, целясь мне в голову, приподнял приклад автомата.

– Подожди! – остановил его Митин. – Он тебе давал какие-то приказы? Правда, говорит, что-то не помнит такого.

– Там, возле ущелья. Маленькая девочка была. Он сказал, чтобы я ее отвел в деревню и быстро назад. А я когда возвращался обратно, заблудился там. Вот поэтому пришел только сегодня.

– Не понимаю… девочка… Какая девочка? Кто ты вообще такой?

– Рядовой Иванов. 783-й разведывательный батальон.

– Так-так… Это шутка? В нашем батальоне рядовых Ивановых никогда не было! В течение этого года точно! Я хорошо изучал послужной список доверенных мне бойцов.

– Что с ним делать, товарищ подполковник? – произнес сержант. – Может, в расход?

– Сперва его надо хорошенько допросить. Может, что-то и расскажет нам серьезного. Например, передвижение банд. Найдите пару крепких бойцов. Потом доложите.

– Товарищ подполковник, какие дознания, – снова вскочил я с места. – Вы что, серьезно меня не понимаете? Так поехали вместе к майору.

Но тут удар приклада в голову уложил меня на пол. Подполковник только огорченно вздохнул, а потом без какого-либо сожаления взглянул на меня и быстро вышел из помещения.

Со мной творилось что-то странное. Почему-то тот самый сильный удар приклада меня как-то не беспокоил. Точнее сказать, что я его и не заметил. Не было ни боли, ни каких-то кровоточащих ран. Удар не оставил ни синяка, ни ссадины. Будто бы меня не ударили, а оттолкнули рукой.

– Встать! – скомандовал сержант. – Ведите его в подвал, – он обратился к своим бойцам. – Этот диверсант станет у нас первым арестованным.

– Никуда я с вами не пойду! Это ошибка. Я свой!

– Какой ты свой, урод! – произнес один из бойцов и пнул ногой в мой живот.

Это был серьезный удар. Но я его тоже не почувствовал.

– Смотри-ка, терпит. Ну ничего, мы тебе развяжем язык.

Двое бойцов меня волоком подтащили к какому-то зданию, открыли подвал и скатили по лестнице вниз.

– Посиди пока здесь. Скоро придут к тебе наши друзья! Поговорить.

Сначала мне захотелось вскочить на ноги и выбить эту подвальную дверь, ну а потом просто сбежать подальше отсюда. Но я не смог. Не потому, что не было сил, а от дикой обиды за все то, что они пытаются сделать со мной. Я просто не мог поверить, что меня для всех не существует. Майор, девочка, наш десант, высадившийся под огнем моджахедов… В голове один за другим всплывали образы всех тех подземных жителей, из-за которых блуждал я два дня по подземелью. Усталость так быстро накатила на меня, что я даже и не попытался освободить себе руки от жесткого ремня, которым скрутили двое помощников строгого КППшного сержанта. Я прислонился щекой к стене и тут же уснул.

Проснулся я глубокой ночью и сразу начал пытаться освободить руки от скручивающего их ремня. Для меня это оказалось несложно, и буквально через минут пять я держал его в руках, а потом откинул в сторону.

«Проклятье, – подумал я. – Как мне выбраться отсюда? Все теперь считают меня диверсантом».

Дверь подвала казалась не такой уж и крепкой. И я быстро подошел к ней. В верхней части двери находилось небольшое, но прочное прямоугольное стекло, как иллюминатор на космическом корабле. Улица, на которой находилось подвальное помещение, хорошо освещалась, и мне почудилось, как меня при попытке сбежать из этой части ловят. Но куда я убегу? Кругом горы и боевики. А если попадешься на прицел к снайперу, он и не будет выяснять, сбежал ли ты из части или разнюхиваешь все вокруг да около их дороги. Возьмет да и прихлопнет как муху. Вот и дознаватели, каких обещали на КПП, почему-то не идут со мной разбираться. Ожидание кары – вот что самое страшное сейчас для меня.

Так до утра я просидел возле двери. Шальные мысли о неизбежности наказания почти доконали меня. И тут я увидел одного из бойцов, патрулирующего часть. Быстро вскочив на ноги, я сразу начал раскачивать дверь подвала, а потом и вовсе стучать по ней кулаком, пока не привлек к себе его внимание.

Боец вздрогнул. Увидев в этом маленьком окошке часть моей физиономии, он тут же убежал куда-то. Я выдохнул. Хотелось очень пить. Все бы сейчас отдал за глоток воды. Казалось, что все процессы внутри меня давно остановились и высохли. Если отсюда не выпустят, я и так без наказания сгину от жажды. Даже пытать не придется.

Уже через несколько минут по ту сторону двери собрались вооруженные люди. Кто-то из главных крикнул: «Открывай!», и один из военнослужащих с опаской подошел к двери. Вскоре ключ в замке повернулся и дверь распахнулась. Несколько калашей сразу направили мне в живот. Как и вчера, я стоял под прицелом.

– Выходи! – услышал я голос открывавшего дверь.

– Руки, покажи руки, – выкрикнул кто-то из-за спины бойцов, когда я сделал несколько шагов вперед и чуть было не споткнулся на ровном месте.

Мне пришлось подчиниться, и я нехотя вытянул руки перед собой. Конечно же, я был уверен в том, что меня снова начнут вязать или захлопнут в наручники, но не поверил своим глазам – в пяти шагах передо мной возникла фигура того самого подполковника Митина.

«Ну вот! Сейчас начнется!» – пронеслось у меня в голове.

– Тебя пытали? – вдруг произнес он.

«Какое-то странное выяснение ситуации, – снова подумал я. – Не он ли вчера намекал на хороший допрос?»

– Пить, очень хочется… пить… – только лишь сумел я выдавить из себя.