Андрей Пономарев – Прикосновение. Сборник рассказов (страница 3)

– Сегодня твой день, Коля! Ты, наверное, счастливчик пожизненно. Но учти, у тебя в запасе осталась лишь одна удачная попытка. Я тебе предлагаю не испытывать больше судьбу, а рассказать мне все как есть.

– Хорошо, – согласился я. – Только расстегни мне эти браслеты, я не кусаюсь. Давай оденемся и присядем за стол. Мои воспоминания не из легких. И я не люблю копаться у себя в голове. Но если ты хочешь знать правду, ты ее узнаешь.

– Давай, – кивнула девушка. – Но знай, если ты только попытаешься бежать, я буду стрелять на поражение. Не думай, что проявлю к тебе жалость и отпущу. Беспощадно несколько пуль всажу в твое тело. Да, я такая. А как с вами иначе?

Когда мы уже сидели за столом друг напротив друга и на меня смотрел ее новенький макаров, который она вытащила на замену револьверу, я посмотрел в ее строгие, полной ненависти глаза и тихо произнес:

– Не напрягайся ты так, я не собираюсь никуда бежать.

Она кивнула.

– Хорошо, – продолжил я. – Все началось тогда, когда я попал служить в Афган. Наш 783-й отдельный разведывательный батальон был высажен буквально на головной опорный пункт укрепрайона и тут же попал в зону сплошного огневого поражения. Высадка началась на голом, незащищенном участке. Разом мы стали пушечным мясом для боевиков. Одновременно стреляли и пытались окапываться. Чтобы защититься от пули, ставили вперед себя рюкзаки. Боевики били с высот. Наша первая волна десанта, где был я, получила приказ прикрывать следующую группу. Чтобы занять выгодный рубеж, с ходу вступали в бой. Все ждали высадки второй волны. Чтобы прикрыть группу высадки, мы приняли огонь на себя. Момент внезапности был потерян. То ли это была утечка информации, то ли ошибка командира 335-го отдельного вертолетного полка, теперь уже не важно. Майор только и орал по радио, что это не те координаты. Мы высадились северо-западнее почти на восемь километров от запланированной точки. Но на КП 201 МСД продолжали ошибочно считать, что десант высажен правильно.

Пока Корытный убеждал направить сюда штурмовиков или хотя бы вертолеты, мы вели огонь на поражение. Задача оставалась прежней: прикрывать десант, который должен был ликвидировать перевалочную базу в горном массиве Мугулан, Чольбахир, Тали-Гобанг в районе Ишкамыш, поставляющую вооружение и боеприпасы отрядам мятежников и подконтрольным им опорным населенным пунктам в северо-восточной части республики Афганистан.

Мы видели, как моджахеды второпях отошли к ущелью Джарав, что находилось на горе Яфсадж, за ту самую большую скалу на высоте 2540 метров, и быстро исчезли из вида всей нашей группы. У меня загорелись глаза. Представить себе не мог, как будет просто их выбить из этого места. Теперь мы сможем ближе подойти к опорному пункту и тщательно там обосноваться. Это большая удача. Перевалочная база оружия и боеприпасов открыта перед нами.

Я чуть привстал с места и только решил перебежать чуть ближе к объекту, как увидел вооруженного боевика. Он волоком тащил ослабевшую от сопротивления девочку лет десяти. От неожиданности я даже присел. Эта девочка была совсем не похожа на грязных и смуглых солдат-убийц. Ее лицо больше напоминало мне европейский, нежели восточный тип. Почему-то в голове пронеслась мысль: «испанка». Но что же она могла здесь делать? Я встал в полный рост и направил автомат на боевика.

– Стоять! – мне показалось, что мой голос эхом отразился от пустот между горой Яфсадж и ущельем Джарав.

Кажется, он вздрогнул, а потом быстро поискал меня глазами. Автомат был направлен ему в лоб.

– Отошел от нее, – снова скомандовал я.

Боевик отпустил девочку и быстро вытащил нож. Была секунда, чтобы принять правильное решение, и я выстрелил, не оставляя ему шанса на жизнь. Крика не последовало. Лишь громоздкое, грубое тело быстро опустилось на колени, а лицо нырнуло в каменные обломки.

Я быстро рванул с места и уже через мгновение был возле маленькой европейки.

– Не бойся. Скоро ты будешь в безопасности.

Подняв на руки перепуганное дитя, я попытался уйти в укрытие. За спиной что-то громыхнуло.

– Трассер! – вдруг крикнул кто-то из своих, и я не раздумывая прыгнул в какую-то воронку от снаряда и собой укрыл девочку. Совсем рядом так ударило, что гора содрогнулась, а потом прогремело. Мои уши загудели. Ничего не было слышно. А потом нас засыпало мелкими камнями. Было трудно дышать. Я старался быстрее откопаться, чтобы проверить ребенка.

– Ты в порядке? – произнес я, но не услышал своих слов.

«Эта чертова контузия, – подумал я, – совсем некстати».

Я пригляделся. Может быть, она что-то и ответила мне, но в ушах стоял такой гул, что я сначала перепугался, а потом начал ее трясти. Девочка открыла глаза и улыбнулась.

– Да! – радостно воскликнул я. – Живая… Она живая! – крикнул я во всю мощь так, что наконец-то услышал сам свой голос. – Все… Теперь все… Все будет хорошо. У нас в части тебе окажут помощь.

– Я хочу домой! – произнесла она.

– Как? Ты знаешь наш язык?

Девочка помотала головой и снова улыбнулась:

– Нет. Это ты знаешь наш.

Ребята нас вытащили из воронки и вскоре мы спрятались в небольшом укрытии. Минут десять майор разговаривал с девочкой, но не мог понять ни слова. Мне нужно было идти с ребятами в бой, но девочка прижалась к моей гимнастерке и плакала.

– Хорошо, будь с ней! – скомандовал майор. – Нам все равно отсюда не выбраться без подкрепления. Выстрелы по нам идут вокруг. Кажется, мы в кольце.

– За той скалой есть подземный ход, – тихо произнесла девочка. – Мы там живем. Меня возле него поймали, когда я выходила к ущелью.

– Знать бы, что она там балакает, – произнес майор.

– Говорит, что здесь есть ход под землей в то место, где она живет.

– Ты что, знаешь их язык?

– Кажется, что да!

– Мы сейчас не можем прятаться, солдат! Ждем подкрепления и удар с воздуха. Нам только надо продержаться.

– А мирного жителя тоже у себя будем держать? – выпалил я.

– Мирного жителя… мирного жителя… – майор задумался. – Хорошо, ты как человек, знающий их язык, отведи ее к своим сородичам через тот подземный ход и возвращайся обратно. Мы будем ждать тебя на этом месте.

– А может, она сама, одна? Доведу ее до того хода, а потом вернусь.

– Там могут быть боевики. Возьми с собой пару магазинов с патронами. И давай быстрее, солдат. Нам еще штурмовать базу, а потом ее перестроить в КП. Извини, но никого в помощь тебе дать не смогу. У меня сейчас каждый боец на счету. Тебе придется положиться только на себя. Все… Выполняй.

– Есть! – произнес я. – Идем? – повернулся я к девочке, когда получил от майора пару магазинов патронов и пристегнул их к ремню.

Она кивнула.

– Только ползком, ползком до того места. И смотри растяжки. Духи могли заминировать, если успели, конечно.

Я кивнул, и мы подползли к какому-то каменному люку.

– Здесь, – произнесла девочка и пальцем показала на тот самый люк.

– Сейчас я его открою.

Я положил автомат на каменный выступ и попытался приподнять люк. То ли он был таким тяжелым, или я делал что-то неправильно, но люк никак мне не поддавался.

– Тяжелый, – выдохнул я.

– Подожди, надо не так.

Девочка подошла к каменному люку и положила сверху на него свою руку. Внутри что-то щелкнуло, и он отъехал в сторону.

– Фантастика! – удивился я и повесил автомат через плечо. – Что дальше? Какие будут еще сюрпризы?

– Там лестница, – улыбнулась девочка и полезла внутрь.

Я последовал за ней. Как только люк за нами закрылся, включилось освещение. Показалось, что мы находимся в каком-то бункере. Удивлению не было предела. Сначала я прикинул, что она живет внизу, у подножья гор. А значит, нам лезть почти два с половиной километра. Но через десять минут лестница закончилась, мы встали на каменную скалу, и тогда я понял, что мы уже на месте. Может быть, там внизу и жил еще кто-нибудь, но ее семья была на этом уровне. Она потянула меня за руку вперед:

– Там моя деревня.

Я оказался прав. Деревня находилась недалеко от того места, где были мы. Сколько же трудов вложили люди в такое строительство, одному богу было известно. Здесь, наверно, трудились настоящие подземные шахтеры. Нужен был не один год, чтобы воздвигнуть такое укрытие. Но чем они все это копали? Как все это укрепляли? Вопросов было так много, что я не заметил, как нас окружили жители этой подземной горной деревни.

– Это твоя деревня? – спросил я.

Она кивнула, а потом подбежала к какому-то старцу. Он ее обнял и, чуть рассмотрев меня, вежливо поклонился. Я постарался ответить ему тем же.

– Благодарю, солдат, что привел к нам нашу Умм Кульсум. Даже ты заметил, что она не такая, как мы, но это длинная история. Лучше скажи мне, благородный воин, чем мы сможем отблагодарить тебя за это? Проси все что хочешь.

– Что хочу? Бессмертия! – посмеялся я, а потом махнул рукой – Ладно, шучу! Ничего от вас мне не надо. Забудьте все. Главное, что девочка в порядке.

– Но ты здесь и привел ее сюда.

– Это обычное дело. Наш долг – помогать вам.

– Что?

– Все-все, забудьте все, забудьте меня. Я лучше пойду.

– Да, очень жаль! – вздохнул старец. – Что ж… Да хранит тебя аллах и приветствует!

Я еще долго добирался до своих. Назад возвращаться тем же путем было нельзя, и мне показали другой, обходной путь. Заблудился я где-то посередине дороги, но смог все-таки выбраться наружу, а потом уже по карте найти место высадки. Но это уже был конец третьего дня. Скудные припасы еды и воды, что дали мне жители подземной деревни, истощились, и я решил поторопиться, чтобы быстрее добраться до той самой базы моджахедов, где по данным разведки они хранили оружие и боеприпасы.