Андрей Орлов – Бастард Императора. Том 29. (страница 24)

Я продолжил:

— Если на этом вопросы закончились — вы свободны.

Они почти одновременно склонили головы и, приложив ладонь к груди в знак верности, отступив назад, начали организованно расходиться, один за другим покидая тронный зал.

В зале остались только я, Анастасия и моя дочь.

Мы с Анастасией смотрели друг другу в глаза, ничего не говоря. Не знаю, о чём она думала, но я пытался понять, как поступить в сложившейся ситуации.

Похоже, молчание затянулось, потому что Вика вдруг слегка ухватила меня за грудки и тихо, шёпотом, позвала:

— Папа.

— М? — я посмотрел на неё. — Что такое?

— А почему вы молчите? — так же тихо спросила она, переведя взгляд на Анастасию.

Девушка, заметив этот взгляд, едва заметно улыбнулась и, чтобы скрыть эмоции, посмотрела чуть в сторону.

— Как бы тебе это объяснить… — я задумался.

Если все предыдущие моменты ещё удавалось как-то описать словами, то как объяснить ребёнку, что папе фактически навязали «маму» без его участия? Такой поворот событий в детской голове вряд ли уместится…

Вика вдруг подтянулась, встала ножкой на трон, аккуратно дотянулась до моего уха и зашептала:

— Папа, тётя Анастасия очень хорошая. Когда мы прилетали, она всегда кормила меня вкусностями и играла со мной. А ещё пообещала, что, когда я вырасту, подарит мне целый дворец, где будет много-много слуг… И ещё…

Слушая дочь, я сначала просто моргал, а потом всё сильнее офигевал. Медленно перевёл взгляд на Анастасию и уже громче, чем следовало, произнёс:

— Анастасия, ты пыталась подкупить мою дочь⁇!

Похоже, голос звучал слишком резко, потому что Вика мгновенно замерла у меня на руках, словно испугавшись. Пришлось тут же протянуть руку и погладить её по голове, успокаивая.

— Скажешь тоже, — фыркнула Анастасия, сложила руки на груди и встала ко мне чуть боком, упрямо глядя в сторону, на стену. — Я просто заботилась о девочке и делала всё возможное, чтобы даже в такое время она чувствовала себя хорошо, а не жила в постоянном ожидании плохих новостей.

Она чуть поджала губы.

— В любом случае не тебе меня осуждать, — холодно добавила Анастасия. — Да, сейчас я, можно сказать, нахожусь в твоей власти, ведь добровольно усадила тебя на трон. Но это совсем не значит, что ты имеешь право предъявлять мне подобные претензии!

Она на секунду замолчала, а затем произнесла уже значительно жёстче:

— Тебе не понять, каково это — поднимать империю из руин и впахивать день и ночь, чтобы её подданные не ощущали смертельного давления войны! Чтобы ни один Род не мог давить на остальных, делая всех равными перед законом!

С этим мне, конечно, нашлось бы что сказать, но я всё же понимаю её. Работа досталась действительно не из лёгких.

Вот только оставался вопрос: почему именно она заняла трон? Где Егор? Где Леонид? Где Таня?

Этими же вопросами сейчас наверняка задаётся и Александр. Да, он пока молчит, не вмешивается, не желая перебивать ход разговора, но ему, без сомнений, крайне интересно, что произошло с его детьми за всё это время.

Что ж, похоже, пришло время задавать вопросы вслух…

И только я собрался произнести первый, как Вика снова чуть толкнула меня в плечо, едва заметно тряся, и тихо, немного смущённо сказала:

— Папа… Я кушать хочу…

Аня, летя домой и уже находясь над землями своего Рода, достаточно близко к замку, вдруг с запоздалым ужасом осознала, что не ощущает присутствия дочери. Не слышит привычный тёплый отклик её энергии в пределах родовых земель.

Холод мгновенно ударил в грудь.

В полупаническом состоянии, даже не пытаясь связаться ни с кем через артефакты, она тут же телепортировалась и возникла снаружи дирижабля.

В следующую секунду за её спиной вспыхнули огненные крылья. Взмах — и Аня рванула к замку на чудовищной скорости.

Добравшись до него, она без промедления телепортировалась прямо в игровую комнату — туда, где чаще всего раздавался детский смех.

Но здесь не оказалось никого…

Внутри моментально начало нарастать напряжение. Вике категорически запрещали покидать земли Рода без сопровождения кого-то из основных членов! Это правило вбивали всем под кожу и твердили не одну сотню раз!

Девушка уже собиралась телепортироваться дальше, прочёсывая замок и окрестности, когда рядом проявился один из людей, которым она доверяла дочь. Один из высших Рода, поставленный специально следить за безопасностью ребёнка.

— Где Вика? — резко спросила Аня.

— Госпожа, — он чуть склонился. — Я думал, вы в курсе…

— В курсе чего? — её голос стал угрожающим, а вокруг задрожал воздух.

Высший на мгновение растерялся от её давления, но всё же ответил:

— Я полагал, вы знаете, что пришёл глава и взял молодую госпожу в столицу.

Аня замерла. Смысл услышанного не сразу уложился в голове.

Пришёл и взял. Пришёл — взял.

Два этих словосочетания эхом начали бешено крутиться в сознании. Сердце ускоряло ход, каждый удар отдавался в висках глухим стуком.

— Он… — голос у неё чуть дрогнул, — он проявился в нормальном теле…? Не в образе?

— Нет, — высший помотал головой. — Госпожа Тина сказала, что глава Рода наконец вернулся полностью. На Землю.

Аня ощутила, как подкашиваются ноги. Мир едва не поплыл перед глазами, стены комнаты словно отодвинулись дальше. Она пошатнулась и уже начала заваливаться в сторону, когда высший молниеносно шагнул вперёд и подхватил её под руку, помогая удержаться на ногах.

От автора: Спасибо всем за поддержку и за комментарии! Очень радует их читать) Вы читаете историю, а я комментарии (где-то тут смех).

Глава 15

Ноша, которую разделили четверо

Мы сидели за столом в одном из столовых залов во дворце. В высоком, светлом помещении с серебристыми люстрами под потолком. Перед нами тянулся огромный дубовый, отполированный до блеска стол, заставленный всякой разной едой, которую быстро организовали повара.

Я занимал центральное место, а у меня на коленях устроилась Вика.

Слева от нас сидела улыбающаяся Анастасия. Сейчас она выглядела совсем иначе, чем ранее в тронном зале. Ранее её лицо оставалось натянутой маской правительницы, в чертах которой застыла тревога за страну и тяжесть управления империей. Теперь же на губах была тёплая, живая улыбка, а плечи расслаблены.

Анастасия протягивала ложку с пудингом к губам моей дочери, приговаривая мягко, по-домашнему:

— За маааму.

Вика тут же радостно раскрыла рот и с удовольствием проглотила. Анастасия, всё с той же улыбкой, наблюдала за её реакцией, зачерпнула вторую ложку и продолжила:

— А это — за папу.

В этот момент Вика даже подалась вперёд, с таким азартом потянулась к ложке, что, не среагируй Анастасия так быстро, дочь наверняка ухватила бы ртом куда больше.

Я отметил этот момент машинально, не отводя взгляда от счастливой Анастасии, которой, кажется, сейчас ничего уже не нужно.

Она сполна вкусила власть — но не ту, о которой когда-то мечтала. Наверняка у неё в планах были свои перестройки, реформы и постепенные улучшения страны.

Но вместо этого ей выпала доля правительницы во время войны. Война же — дело невероятно грязное, и управлять страной в такое время не то же самое, что в мирное.

Судя по тому, что сейчас происходит в империи, Анастасия проявила себя невероятно сильным правителем. Однако её взгляд… выдаёт её усталость. Она наверняка давно уже сомневается в том, хочет ли править на самом деле.

Нет, от власти она не отступит, раз приняла на себя это бремя. Но в то же время такие небольшие радости — когда можно просто кормить ребёнка — ясно показывают, что в глубине души девушка, прежде всего, хочет обычного человеческого счастья. Простой, женской доли.

Поэтому в моих глазах она сейчас — не императрица Российской империи, а молодая уставшая девчонка, которая слишком рано взяла на себя слишком много.

Александр хранил молчание. Я ощущал его внимание, направленное на дочь, и немного чувствовал эмпатический фон — тяжёлый и напряжённый. Он остро переживает за то, через что ей пришлось пройти. Совсем не о такой участи мечтал Александр для своих детей. Он желал передать им страну чистой и спокойной.

А в итоге всё пришло к тому, к чему пришло…