Андрей Огилько – Хроники Двенадцатого бата (страница 1)
Андрей Огилько
Хроники Двенадцатого бата
© ООО «Лира», 2025
© Огилько А. В., 2025
Предисловие
Я не знал, станут ли книгой мои разрозненные и хронологически разорванные записи, которые порой писались просто «на коленке», в потрёпанном блокноте, в короткие часы передышек. Или были «набиты» в ноутбук уже в госпиталях. Никогда всерьёз не думал о себе как о каком-то «писателе», работал, как говорят литераторы, «в стол».
Осознание, что надо писать и издаваться, пришло одномоментно, резко. После боя на счастьинском мосту, где мы потеряли тридцать пацанов, пришло понимание, что если о них никто не расскажет людям, то их имена и лица останутся только в памяти родных и на плитах надгробий. Потом были ещё бои, ещё потери. Уже к Соледарскому направлению вышло чуть больше трети от первоначального состава нашего батальона – Двенадцатого бата. И да, я считаю, что парни, прошедшие длинный и трудный боевой путь – от Луганского ополчения 2014 года до штурмового батальона Специальной военной операции, заслуживают того, чтобы их лица, имена и позывные знала вся страна.
Мои «Хроники» – это именно лица, события и факты. Без прикрас, без вымысла. Даже художественная обработка служит одной-единственной цели: донести до читателя образы моих сослуживцев такими, какими их видел я.
Теперь, собственно, о самой истории выхода книги. Ей суждено было бы так и остаться «в столе», если бы не правильное стечение обстоятельств и люди, появившиеся в моей жизни в нужный момент. Хочется найти тёплые слова для каждого причастного к появлению на свет первой части «Хроник Двенадцатого бата».
Фонд «Защитники Отечества» по Луганской Народной Республике. Это именно те люди, которые чуть не пинками заставили своего нового, очень импульсивного подопечного подать первую заявку на литературный конкурс.
Потрясающие Алексей Колобродов, Захар Прилепин и Олег Демидов. Именно в сборниках их проекта впервые были опубликованы первые главы будущих «Хроник».
Об издательстве «Лира» хочется долго и много. Во-первых, именно из него вышли в свет сборники проекта Захара Прилепина с произведениями участников СВО. Во-вторых, нашими наставниками в работе первой Патриотической творческой мастерской, организованной филиалом фонда «Защитники Отечества» в Нижнем Новгороде, были специалисты «Лиры» и поэты и писатели, участвующие в проектах этого издательства.
Пройдёмся адресно и поимённо. От всей души хочу поблагодарить замечательных людей, лично причастных к появлению на свет моих «Хроник».
Строгих Татьяну Родионову и Ольгу Морозову, разносивших на занятиях мастерской в пух и прах мои пока ещё сырые рассказы и очерки.
Невероятных Анну Ревякину, Инну Кучерову, Динару Керимову – поэтесс, учивших нас правильно и бережно обращаться со СЛОВОМ.
Владимира Безденежных, руководителя литературного направления или литературных проектов культурно-патриотического центра «Пешков» в Нижнем Новгороде, замечательного поэта и мудрого наставника.
Ольку Мореву, моего сурового, придирчивого, любимого личного критика и первого читателя.
Всех потрясающе талантливых парней-ветеранов, сидевших со мной за партами в Нижнем Новгороде.
Ольгу Погодину-Кузмину, талантливого писателя-прозаика, драматурга, сценариста, рассказавшего нам, ученикам творческой мастерской, что такое «путь героя».
Список мог быть на самом деле гораздо длиннее и спорить по объёму с самой книгой. Я постарался перечислить самых ярких людей, выводивших начинающего автора на творческий путь. Остальное же оставляю на суд читателя.
Счастье не за горами
Нас встретили жёстко, грамотно и страшно. Классическая ситуация из учебников по военной тактике: «уничтожение колонны противника на мосту». Беспрепятственно, без единого выстрела пропустили бронегруппу – три БМП[1] и зушку[2], и через мгновение тишина взорвалась яростным грохотом пехотного боя.
В первую машину с пехотой влепили заряд из РПГ[3]. Почти в упор. Тут же рванул заранее подготовленный контейнер с песком, перекрывая колонне движение вперёд. По логике (и согласно тому же учебнику) одновременно с головной машиной поражают и замыкающую, чтобы перекрыть возможность отхода. Но, видимо, в спешке ошибся наводчик, да Сафон, водила наш, на сверхъестественной чуйке протянул машину вперёд, и рвануло уже позади моей зушки. Совсем рядом, но мимо. И тут же плотным автоматным огнём с обеих сторон моста из посадок по колонне ударила стрелкотня.
Да, так тоже бывает. Может, недоработала наша разведка, может, вэсэушники оказались хитрее и переиграли нас на этом участке. Это только в сказках былинные богатыри пачками крошат супостатов, выходя из боя без единой царапины. В реальности всё намного жёстче, и противника недооценивать нельзя ни в коем случае. Неплохо натаскали хохлов за восемь лет. Упёртые, злые, обученные, тактически грамотные. На хорошо укреплённых позициях, по уши залитые в бетон, яростно грызущиеся за каждый метр, блиндаж, окоп. В этом мы убедились прямо в первый день СВО, 24 февраля 2022 года, на мосту к городу Счастье.
– Док, на три часа! – орёт в ухо Саня с позывным Цыган, сбрасывая стопор с турели[4].
Стволы развернули за доли секунды. Пока Цыган ловит цели в коллиматор[5], выставляю дальность…
– Давай!
Очереди спаренных 23-миллиметровых пулемётов выкашивают посадку. Реально выкашивают, я подобное видел только в кино. При попадании в дерево просто исчезает кусок ствола, а остальное валится куда попало. В лентах через каждые два осколочно-фугасных – один бронебойно-зажигательный трассёр. При таком раскладе эффективности стрельбы не мешает даже густая посадка. Наоборот, помогает: оэфзэшки[6] разрываются при малейшем касании и дают плотную волну осколков. Уцелеть просто нереально.
Высаживаем на вспышки по коробу из каждого ствола. Поляк, Моряк и Туник поддерживают автоматами с борта. Попаданий не видим, далековато, но огонь из посадки вроде утихает.
– Заряжай!
Пустые короба летят в кузов, на их место с лязгом вщёлкиваются полные. Но отработать уже не успеваем. Правый ствол клинит намертво – пуля попала в спусковой механизм. А ещё через пару секунд – крик Пушкина:
– Водила – «двести»[7]! Всем – с машины!
Сафона, водителя, снайпер снял. Точно в голову. А это уже совсем плохо, по двум причинам. Первое – неподвижная машина становится лёгкой целью. Второе и самое главное – сейчас этот же снайпер начнёт выбивать расчёт. Так что с машины надо спрыгивать. И чем быстрее, тем лучше.
Успеваем. Прямо в последние мгновения. Моряк, Поляк, Цыган… Туник перелетает через борт, и я вижу, как прямо под его рукой в железе появляются три аккуратные дырочки – точно на том месте, где секунду назад был он сам. Уже не оглядываясь, лечу следом – не словить бы самому. Прыгать почти с двухметровой высоты в бронике 6-го класса защиты и с полным боекомплектом… Ощущения – так себе. Ноги себе не отбил лишь потому, что вовремя сообразил упасть и перекатиться. И ещё сообразил кое-что: пытаться встать – идея тоже не фонтан. Не сам сообразил, подсказали. Дёрнули за ногу так, что чуть носом в асфальт не воткнулся, и сопроводили сие действие очень убедительной фразой, где единственными приличными словами были «лежать» и «дебил».
Тут я по сторонам глянул наконец. Поляка увидел сначала – это он меня, оказывается, за ногу дёргал, и слова нехорошие в мой адрес – тоже он. Потом вокруг огляделся… И захотелось мне к словам Поляка ещё много чего прибавить. Тоже нецензурного. Потому что общая картинка мне очень не понравилась. Никому не понравилась, если честно.
Если коротко: колонну на мосту заблокировали. Впереди машина пехоты горит и завал из песка. Назад тоже никак: мост узкий. Это во-первых. А во-вторых, простреливается этот мост с обеих сторон – очень плотно. И снайперы работают. По этому мосту можно только ползком. И то не везде, а только слева и справа вдоль бетонных бортиков. Они сантиметров тридцать высотой, от силы тридцать пять, всё, что выше, простреливается на раз. Середину моста тоже достают. Пацаны уже вдоль бортиков рассредоточились, залегли. Стреляют, но не прицельно, а так: ствол через бортик выставил, не поднимая головы, дал пару коротких в направлении огня – и всё. Толку от такой стрельбы немного, но хоть хохлам расслабляться не даём. Что дальше делать – непонятно, в рациях пока только мат и никаких дельных предложений. Одно понятно: надолго такой пинг-понг затягивать нельзя – патронов не хватит. Но пока приказа нет – лежим вот так, постреливаем. Напротив, у бортика, смотрю, Борчана перевязывают – зацепило. Не его одного, сзади где-то тоже слышу: жгутуют кого-то. В горячке боя «трёхсотых»[8] и «двухсотых» считать некогда, но понятно, что не обошлось. Про пацанов с первой машины даже думать боюсь, про бронегруппу, которую пропустили хохлы, – тоже. Слышно только, что в городе тоже бой идёт, значит, надежда есть.
Тут по рациям приказ: «Отходить!» На нашу сторону, на ТПП[9]. Вопросов много, конечно, но это всё потом. «Отходить» – это сильно сказано, мы максимум отползать можем. Вдоль этих самых бортиков, плотненько к ним прижавшись и изредка постреливая через голову. Ползём, что ещё делать? Укры мешают, как могут. Стреляешь слишком часто – начинают твой участок прицельно поливать. Или из подствольников[10] навесом кидают, что уже совсем не есть хорошо. Если видишь, что на тебе огонь сосредоточили, лучше замереть на время, переждать. Сместилась стрельба в сторону – ползёшь потихоньку дальше. Я как раз пережидал, когда осторожно подёргали за ногу. Повернул кое-как голову – каска мешает, смотрю: Игорёк Корешков за мной.