Андрей Нуждин – Во имя справедливости (страница 25)
– Где-то пять месяцев. Почти четыре из них отсидел в Яслях, пока не понял, что из меня сталкер не получится. Песни-то я еще на Большой земле начал переделывать.
– За Периметром, – поправил Боцман.
– Да, за Периметром. Думаю, чем черт не шутит, вдруг и здесь пойдет. Сталкерам нравилось в этом, как его… Заповеднике.
– Хорошее дело, в Зоне людям тоже культурный отдых нужен. А как сюда попал? – осторожно продолжал допытываться сталкер.
– Услышал, что в Гавань идет отряд, уговорил взять меня с собой. Там и с Весельчаком сошлись на почве музыки, – наконец улыбнулся Джокер. – Я его видел в лагере новичков, но там мы не общались. Он не очень разговорчивый.
– Ну, главное, что дуэт получился. До тебя-то тут всего один человек народ развлекал. Слышал, наверное?
При этих словах парень совсем уткнулся носом в свой сок, долго цедил напиток.
– Слышал, – наконец ответил певец и уже без напоминания вытер губы мятой салфеткой.
– Он был нашим другом, – произнесла вдруг Мина, пристально глядя на Джокера.
– Был? – вяло удивился певец. – А сейчас?
– Он погиб, – поспешил ответить Котэ. – Трубадур был храбрым сталкером и хорошим человеком.
Почему-то ему показалось, что для Джокера важно было услышать эти слова. Правда, парень, лишь пожал плечами.
– Сталкеры часто погибают, – бесцветным голосом сказал он. – Надеюсь, вы не сердитесь на нас за то, что мы заняли его место.
– Не говори ерунды, – улыбнулся Боцман. – Ничье место вы не заняли, кроме, надеюсь, своего собственного. В любом случае получается у вас превосходно, Трубадур бы гордился такой сменой.
Джокер при этих словах снова опустил голову. Котэ положил руку ему на плечо и медленно заговорил:
– Парень, ты зря думаешь, что тебя здесь пытаются обидеть. Мы просто хотели познакомиться со знаменитостями, понимаешь? А если серьезно, Трубадур действительно был нашим другом, и вы напоминаете его… Как хотелось бы вновь услышать его песни, но это невозможно, он погиб полгода назад, тело покоится в… одном месте, куда уже не добраться. – Сталкер помолчал, но все же решил закончить: – Не думай, что мы имеем к тебе и твоему другу какие-то претензии, могу только пожелать успеха, пусть у вас получится все, о чем мечтаете.
Джокер наконец оторвался от стакана, повернул голову и усмехнулся. Он одним махом допил сок, со стуком поставил стакан на стойку, вытер рот рукавом.
– Благодарю, сталкер. Надеюсь, твои слова окажутся пророческими. Прошу прощения, мы должны продолжать.
Парень поднялся и ушел на свою «сцену», где Весельчак уже тренькал на гитаре.
Сталкеры, узнавшие песню, одобрительно засвистели и захлопали. Котэ глянул на Боцмана, кивнул головой на трап, через пару минут троица расположилась в каюте.
– Итак, что мы выяснили из этого странного разговора? – задумчиво произнес сталкер.
– Лично я мало что понял. Парень здорово напрягся, когда узнал наши имена, при этом совершенно не удивился, что в Зоне оказалась девушка. Будто улитка – в ракушку нырнул и затаился.
– Согласен, что-то он недоговаривает. И явно слышал о нас раньше, только что именно? Странная у него реакция… Будто мы прославились убийствами пары десятков таких, как Джокер.
– Думаю, ты прав, – подала голос Мина, до этого она сидела с непроницаемым лицом.
– Что? Откуда он мог такое услышать?
– Я не это имела в виду. Кажется, мальчишка уверен, что это мы убили Трубадура.
Котэ открыл рот и медленно закрыл его снова, слов не нашлось. На первый взгляд выдвинутое девушкой предположение казалось дикостью, но, по размышлении, сталкер готов был согласиться. Действительно, Джокер вел себя так, будто увидел перед собой убийц бродяги, развлекавшего здешнюю публику до него.
Боцман тоже хмуро молчал. Он знал о смерти Трубадура только из рассказа друга, но не сомневался – все было именно так, как поведал Котэ.
– Если Мина права, мы теперь вряд ли сможем подружиться с парнем, – наконец высказался ветеран. – Тупик, однако. Если уж
– Пока притормозим с нашим планом, а там видно будет, – кивнул Котэ. – Если недавние события не случайны, незнакомец рано или поздно проявится. Подождем.
– По-моему, мы плохие друзья, – неожиданно высказалась Мина.
– Это ты с чего вдруг? – удивился сталкер.
– Сидим и шушукаемся, а наши соратники не знают куда деваться. Вон, смотрите, жмутся в уголке и делают вид, что увлечены какой-то беседой.
– Ну, они и увлечены, разве нет? – неуверенно протянул Боцман. Новички в это время что-то рассказывали его подопечным и Слепышу. Контейнеры с артефактами стояли в стороне. – Видишь, им весело вроде.
– Ага, веселье прям из ушей бьет, – кивнула Мина. – Смотри сам – они уже даже находками не хвалятся. Пока мы там бродячего соловья кололи, ребята уже все темы исчерпали, а теперь думают, чем заняться, покамест великие сталкеры обсуждают мировые проблемы.
– И что ты предлагаешь? – поинтересовался Котэ, признавая правоту девушки.
– Мы должны определиться: или доверяем нашим друзьям, посвящаем их во все, что происходит, или продолжаем тихариться и действовать за их спинами.
– Согласен, некрасиво поступаем. Некрасиво и неэффективно. Парнишки смышленые, головы у них работают отлично, могут что-то предложить, вопросы начнут правильные задавать. В общем, я – за, – поддержал Мину ветеран.
– Отлично, но как быть со Слепышом? – возразил Котэ. – Если он у нас под подозрением, как его обойти? Будем шушукаться всей командой, но без парня, что ли?
– Да, тут проблема. А против новичков или Наждака с Домовым есть какие-то возражения? – спросила Мина.
– Я за своих поручусь чем угодно, – отозвался Боцман. – И новички мне показались дельными. Котэ, это же твои знакомцы. Что скажешь?
– Унотов даже обсуждать не буду, с ними все ясно, а за филологов я тоже ручаюсь, ребята честные.
– Плюс к этому они не могли знать, что в Зону попадут, да еще и останутся, – продолжила Мина. – С Князем себя, опять же, отлично показали. Так что вывод напрашивается…
– Рисковать нам не привыкать, только игра пошла какая-то уж больно нехорошая, – ответил Боцман. – Вот что, предлагаю обождать с раскрытием, побережемся, попробуем разобраться, что все-таки со Слепышом. Я намедни депешу отправил Стиляге, ответа пока нет. Хорошо бы их с Хамелеоном самих найти и спросить, но сейчас это невозможно. В общем, со Слепышом пока особый режим, ограниченный.
– Ладно, ждем ответа на депешу, а попутно – проявления любителя противогазов и глушителей. И сами постараемся спровоцировать его на ошибку. Давайте закругляться, я уже во всех смыслах устал понижать голос.
– Устал он. А отстреливаться от сектантов и спинкой ствол ощущать нравится? Чистоплюй, – беззлобно проворчал ветеран. – Понижать голос будешь, пока не убедимся, что парень чист! Не забывай – плохое зрение чаще всего означает хороший слух, и если это он тебя вел на разборку, пусть пока не догадывается о наших планах. Я все понимаю, но сейчас не до жиру.
– Согласен, Боцман, ты прав.
– Вот жаль все-таки, что вы не умеете мыслями общаться. И я тоже.
«Может, скажем ему, что мы трое умеем? – прошелестел теплый ветерок в голове сталкера. – Или пусть спит спокойно?»
«Скажем, но не сейчас».
«Не доверяете Боцману, значит? – ворвался в «эфир» ехидный голос. – Одобряю, старик порой ведет себя очень подозрительно!»
«Слышь, пустомеля, ты консерву сам откроешь? А придется учиться!»
«Ладно, чо ты, как этот? Надеюсь, меня не подозреваете, или тоже ожидать особого режима, ограниченного?»
«Не говори ерунды, ты наш самый главный союзник», – заверила кота Мина.
Боцман, отвлекшийся на ковыряние в коммуникаторе, уловил продолжительную паузу и поднял голову. От него не ускользнуло выражение лиц собеседников, ветеран пригладил усы и поднялся:
– Ладно, молодежь, оставлю вас вдвоем. Пойду-ка с остальными переговорю. Завтра как, продолжим обучение?
– Извини, мы тоже сейчас подойдем, – заторопился Котэ. – Да, конечно продолжим!
– А может, пройдемся? – предложила Мина, когда ветеран отошел. – Перед сном разомнем ноги, осмотримся.
«Пойдем! – обрадовался Кондуктор. – Ой, или вы вдвоем хотели?»
«Пошли, трепло», – засмеялась девушка.
Хирург, торчавший за стойкой, кивнул прошедшей мимо парочке, когда они уже были в дверях, а их хвостатого спутника и вовсе не заметил.