Андрей Нуждин – Во имя справедливости (страница 21)
– Я так и понял. Ушел с вами – считай, что с концами, ты уж не обижайся. Мина снова тут, жди трупы.
– Она как раз ни при чем, ее там и близко не было, ты уж поверь. Погиб, защищая две шкуры, что сейчас перед тобой торчат.
Хирург опустил глаза туда, где сидел Кондуктор, кот жмурился, поглядывая на бармена. Хозяин судового убежища выставил открытую банку мясных консервов и пару стаканов.
– Значит, он погиб как настоящий сталкер. Зона знает.
– Зона знает, – отозвался Котэ. Его напарник мысленно повторил эти слова и принялся аккуратно выбирать из стоящей на полу банки куски мяса.
– Расскажи хоть, что с вами случилось. Говорят, в Дубогорске повоевали, а с кем – не очень понятно. То ли с сектантами, то ли с «Фронтом», еще каких-то военных поминают. Хотелось бы тебя послушать.
– С «Фронтом», Хирург, с ним самым. С их командой против зонопоклонников бились. Всплеск помешал, иначе бы всех под корень извели. Повезло им – отскочили. А мы, пока прятались, другого врага нашли, без дела же сидеть не можем.
Бармен внимательно слушал, изредка перебивая рассказ междометиями. Когда сталкер поведал все, вплоть до возвращения в Гавань, Хирург покачал головой.
– Сижу тут как этот, а в нашем аномальном мире вон какие дела творятся. В голове не укладывается. Значит, отошел на сутки, а вернулся через полгода? Ты вот что… соберетесь в лабораторию спускаться – меня с собой возьмите. Лады?
– Возьмем, если сами пойдем, – кивнул Котэ. – Но пока другие дела есть. Чувствую, скоро приключений добавится выше крыши. Вот и сейчас из плена иду.
– Откуда?! Из какого плена?!
– Вышел погулять, тут же ствол в лопатку получил и размял ноги до дебаркадера. Какой-то типок меня то ли спутал с кем, то ли я чего не знаю и ненароком кому-то на хвост встал, только покоя нет.
В этот момент позади скрипнула толстенная входная дверь, в бар зашел хмурый напарник певца. Сталкер увидел удивленное лицо бармена и обернулся.
– И этот гулял? Пока я тут наводил порядок, чуть половина постояльцев не разбежалась. Распустил бродяг окончательно. А ну как Всплеск грянет? Пора комендантский час вводить.
– Это же тот музыкант у нового солиста? Чем это он недовольный?
– Да у него всегда такой портрет, не заморачивайся. Смотрит, как уборщица на говно, буркнет чего-то и снова смотрит. Его Весельчаком прозвали, таков сарказм.
Котэ хотел еще что-то спросить, но в этот момент Хирург вновь перевел взгляд на вход и сказал:
– О, еще бродяга. Твой, кажись.
Перед дверью топтался мокрый с головы до ног Слепыш. Он подошел к стойке, сконфуженно глядя на сталкера.
– Вот, понимаете ли, какая незадача. Вышел прогуляться, да не для моих глаз такое освещение. Оступился и в лужу упал, теперь сушиться придется, – извиняющимся тоном проговорил молодой член отряда.
– Надеюсь, ты не думал вылезти ночью из схрона безоружным? – едко поинтересовался Котэ, хотя только что сам бродил снаружи с пустыми руками. Глаза зашарили по мокрому комбезу в поисках противогаза.
– Не, что ты! У меня с собой всегда есть! Хамелеон научил. – Из глубокого набедренного кармана появился грязный пистолет с интегрированным глушителем. С него тут же потекло на чистую палубу.
– Суй ствол обратно, потом почистить не забудь! – скомандовал сталкер, ничем не выдав подозрения. – И дуй спать, только другим там не мешай.
Проводив Слепыша долгим взглядом, Котэ повернулся к бармену.
– Ладно, пойдем и мы. Надеюсь, больше гулен не осталось, так что спокойной ночи.
Подъем по трапу сталкер провел в раздумьях: «Какого черта понадобилось этим двоим ночью шастать? Мутантов, конечно, в округе нет, да и сторожа территорию держат, но все же… Оба выбрали странное время для таких прогулок: один видит плохо, второй вообще не бродяга, а не пойми кто».
«Думаешь, это Слепыш тебя по затону таскал? – спросил Кондуктор. – И в воду прыгнул?»
«Не знаю, напарник. Странно все это. А ты что скажешь? Похож? Ну, походка там, запах».
«Пахнет от него грязной водой, но лужа это или заводь, сказать не берусь. Запах одинаковый, не определить. Завтра понюхаю».
«Держи ухо востро. Как бы наш новый знакомый ночью не пришел разговор продолжить, так хоть предупредишь».
«Ничего, отобьемся. У нас есть ухо повострее», – намекнул кот, когда оба входили в каюту.
Мина подтвердила репутацию обладателя нечеловеческой интуиции, словно почувствовав, что говорят о ней. В голове сталкера на входе прошелестел теплый ветерок:
«Что, вечеринка была? Сначала Слепыш прошел, теперь вас принесло. Вы там его в сталкеры посвящали, наверно? В луже купали во славу Зоны?»
Пришлось ей все рассказать. Теплый ветерок тут же сменился ледяным порывом.
«Без меня больше никуда! Не хватало снова потеряться…» – последние ее слова оборвались неожиданно.
Напарники переглянулись и заняли свои места.
«А ты чего на кровать-то лег? – раздался преувеличенно заботливый голос из-под провисшего матраса. – Может, пойдешь на коечку?»
«Спи уже, болтун!» – прошипел сталкер, но сам потом долго не мог уснуть.
Утром пришлось все рассказать Боцману. Ветеран слушал и качал головой, однако не перебивал.
– Снова-здорово! – пробурчал он наконец. – Не было печали, опять тайны, интриги и подозреваемые из числа участников отряда. Слепыш, значит?
– Очень удивлюсь, если окажется, что вчера в тебя пистолетом тыкал он, – отозвалась Мина. – Я видела его в деле, парень правильный.
– И Хамелеон со Стилягой, опять же. Они абы кого к себе не подпустят. Может, наврал, что с ними бродил?
– Может, наврал. Но с глазами у него реально беда. Сам не замечает, как щурится, трет один и тот же глаз, ходит не слишком уверенно, даже когда думает, что никто не видит.
– Ладно, пока оставим его в списке. А что с Весельчаком?
– С этим вообще все сложно. Как говорится, «на роже разбойнички в сваечку играли». Хмурый постоянно, зыркает по сторонам, будто кругом одни враги. Пойди разговори такого, – пожал плечами Котэ.
– В общем, двое подозреваемых имеются. Славно, не хватает еще кого для пущего интересу.
Котэ в задумчивости сам начал тереть лицо. Ночью он практически не спал, зато думал много. Причем о том, что, по идее, сейчас не слишком должно было его беспокоить. О Мине. Пытался мысли собрать, да только они разбегались во все стороны, будто сусляки при виде бродяг – и не поймаешь, не схватишь их за юркие хвостики.
– Есть идея подобраться к Весельчаку. Сегодня познакомимся с исполнителем песен, разговорим, а там видно будет, – высказался сталкер.
– А если и этот в деле? Вечером они – музыканты, ночью – охотники за Котэ, – с серьезным лицом отозвался Боцман. – Придется тебе, Мина, брать их в оборот и вертеть так, чтобы показания полились из ушей.
– Это можно устроить, – тут же ответила девушка настолько спокойно, что ветеран вздрогнул и пару секунд всматривался в ее лицо в попытке понять, шутит она или нет. Мина вдруг показала язык, и у Боцмана отлегло от сердца.
– Что ж, бродяги, план действий есть. Чем займемся до вечернего концерта? – бодро проговорил он.
– Надо бы новичков погонять в условиях неизвестной местности. Раз так далеко зашли, пусть набираются опыта. Пойдем, попрактикуем салаг с высшим филологическим?
– Идите, а я пока прогуляюсь, – поднялась Мина. – И без вопросов, все потом. Встретимся в баре.
Молодые в полном составе сидели за столиком, завтракали под сталкерские разговоры. Баюн с Грамотеем слушали дискуссию напарников Боцмана, те доказывали Слепышу, что наличие дробовика в походе не менее важно, чем хороший автомат.
От этих споров новички даже забывали жевать. Завидев двоих сталкеров, они принялись яростно доедать завтрак, чтобы как можно быстрее рвануть «в поля».
– Ну куда заспешили-то? Ешьте спокойно, обед будет не скоро, – остановил их Котэ. – Мы с дядей Боцманом вас сегодня как следует погоняем. Детекторы есть? Отлично, поищем артефакты.
– Дядя Котэ, ты только хуже делаешь, они ж сейчас подавятся, – ехидно ответил ветеран. – Смотри, как молотят, за ушами визжит.
Молодые сталкеры понимающе сделали вид, что сами еще не готовы выходить, чтобы новички успокоились. Наконец сбагрили грязную посуду Хирургу и вышли наружу.
Денек был пасмурный, небо хмурилось, грозя разразиться дождем, но отсутствие ветра оставляло надежду на какой-никакой комфорт.
Котэ вспомнил, как впервые в Гавани оказалась Мина, повел новичков ее путем. Поднялись на пригорок, прошли мимо портовых кранов и поднялись выше, к поселку, где после разборки с бандитами подобные личности больше не селились. Финансовый корпус так и стоял закопченным от пожара.
По протоптанной дорожке двинулись прогулочным шагом до моста, нависшего над затоном. Лужи блестели далеко внизу, и если смотреть на них, положив локти на покрытые ржавчиной остатки перил, голова начинала кружиться, появлялось ощущение, будто то ли падаешь, то ли летишь над обнажившимся дном.
«Верчушки» на мосту поселились мерзкие, да еще и перекрывали почти все возможные проходы. Кое-где можно было перебраться по застрявшим на мосту грузовикам и автобусам, но рискуя вляпаться в висящую аномалию и биться потом о транспортные средства и фермы моста до тех пор, пока к моменту разрядки этой подлянки уже отдашь концы. Были случаи. Поэтому сталкеры предпочитали не искушать судьбу, а спускались вниз, чтобы перейти затон по вязкому, сырому дну.