Андрей Нуждин – Там, где водятся чудовища (страница 54)

Еще говорят, что Буржуй поседел, ожидая мести сталкера. Но Старый так и не пришел. Он выполнял задание Торгованыча в деревеньке близ Флоры.

Глава 17

Старый стоял на коленях перед бездыханным телом, из его глаз катились слезы. Вот так – с детства не смеялся и не плакал, а здесь довелось вновь испытать и то и другое.

Будто накопленная за долгую жизнь горечь лилась сейчас по лицу, выплескиваясь из самого сердца. Как же так? Ведь только оттаял суровый сталкер, прикипел душой… и все закончилось.

Старый поднял глаза, нашел взглядом своего врага и сжал кулаки.

Измотанные долгим бегом охотники повалились рядом со сталкером. Он уже успел расчехлить оптику и теперь созерцал окрестности, исследуя обстановку. Впереди лежало осажденное городище, на стенах виднелись головы жителей, выглядывающих из-за толстых бревен тына.

– Странно, – проговорил диверсант, водя биноклем по сторонам.

– Что там? – спросил Мстиша. Он отдышался и теперь с нетерпением ожидал дальнейших действий.

– Я говорю, странно, что деструктор не использует свои умения. Давно бы уже заставил открыть ворота и вошел, – ответил Старый. – А так – на что он надеется? Что его сброд пойдет на штурм?

Он перевел взгляд на стоящих перед воротами существ, и глаза его замерли на маленьких фигурках, выделяющихся среди рослой нелюди. Ругнувшись так, что спутники ошалело воззрились на него, сталкер скинул рюкзак, чуть не порвав ткань, когда дернул молнию, и вывалил содержимое на землю. Не замечая удивленных взглядов, Старый начал распихивать по карманам все, что могло ему пригодиться.

– Что ты делаешь? – спросила Заря, несмело прикасаясь к локтю охотника.

Она тут же отшатнулась, когда сталкер повернул к девице лицо. Ярость и гнев исказили знакомые черты, как тогда, на болоте, где он изгонял из напарника неизвестную тварь. Старый громко дышал сквозь стиснутые зубы, воздух с присвистом выходил из легких.

В это время Мстиша, подхвативший бинокль, нашел нужную точку.

– Вот тварь! – прошипел парень. Он повернулся к Старому. – Остановись, слышишь? Один ты им не поможешь!

– Я убью этого выродка, – выплюнул сталкер.

– Убьешь, если сейчас не побежишь сломя голову. Лютай, Заря, да помогайте же!

– Он прав, Старый, – тихо сказал старший охотник. – Охолони и размысли. Ты же ведаешь – одному тут не победить! Мы придумаем, как помочь. Да что стряслось-то?

– У него Дана, – коротко ответил сталкер и попытался встать. Помешала повисшая на нем Заря.

Взбешенный Старый сначала попытался оторвать женские руки от своих плеч, но не совладал. Девица обхватила его и зашептала что-то на ухо. Наконец плечи сталкера поникли, и он тяжело опустился на землю. Заря обняла его и все шептала, шептала, заставляя слушать.

– У него Дана, – простонал Старый, его руки теребили застежки «Лесника», хватались за оружие, пока женские ладони не накрыли их.

– Дети там, – мрачно пояснил Мстиша. – Несколько детей среди тех, кто подчиняется деструктору. Видать, в лесу попались.

– Ясно, – отозвался Лютай. – Так, Старый, уймись уже! Мы их выручим, слышишь?

Сталкер поднял на него больные глаза и кивнул.

– А то припустил он. Один. Еще и бранится так, что любая нечисть сдохнет.

Старый, перехвативший ладони Зари своими, встрепенулся. Он зашарил по карманам, потом перевел взгляд на валяющийся рюкзак.

– Мстиш, дай-ка мою котомку, будь добр, – попросил он, не в силах вырваться из объятий воительницы, будто пытавшейся удержать жизнь, ускользающую из тела сталкера.

Бывший диверсант вытащил из поданного рюкзака наладонник и включил его. Дождавшись окончания загрузки, он ткнул пальцем в иконку аудиопроигрывателя, полистал список песен и включил ту, которую искал.

Лица напарников сначала вытянулись от удивления, а потом все трое заулыбались.

– Забористо скоморошит, – хмыкнул Лютай. – Как раз для нечисти.

Мстиша в это время приплясывал и пытался подпевать, не обращая внимания на осуждающий взгляд Зари.

– Не знала я, Старый, что ты такой охальник, – пихнула локтем сталкера воительница.

– Как же в Зоне без ругательств? – ухмыльнулся тот. – Ты еще других не слышала! Есть у нас одно разбойничье гнездо, анархистами себя называют. Ну, любителями делать все, что в башку взбредет. Так у тех место для забав создано, называется ареной анархистов, на вывеске получается сокращение «Анах».

Трое напарников непонимающе смотрели на сталкера.

– В общем, никуда в нашем мире без крепкого словца. Сразу легче жить становится, – решил свернуть тему диверсант.

– Вот тебе и еще одна схожая примета, что наши миры близки, – заметил Лютай.

Старый остановил воспроизведение и выключил экран. Батареи надолго не хватит, но кто собрался рассусоливать? Охотник планировал покончить с мутантом в ближайшее время.

– Теперь понятно, почему этот урод медлил. Зачем напрягаться, беря людей под контроль, если можно шантажом заставить их сдаться? – высказался он. – Где только научился такому, падаль фонящая! Нужно как можно скорее напасть с тыла, пока городище не впустило его внутрь.

– Подождать бы подмоги, но ничего не поделаешь, – кивнул Лютай. – Оглоушиваем их скоморошиной и режем всех, кто помешает. Мы расчистим дорогу к деструктору, чтобы ты смог добраться до него.

– План хороший, так и сделаем! – в нетерпении воскликнул Старый. – Пошли уже, а? Только аккуратнее с мутантом! Почувствуете, что в голову лезет, тут же отступайте! Заря, поняла? И детей сберегите!

– Не тревожься, сбережем, – ответила воительница, перекидывая через плечо ножны с кладенцом.

– Ну что, охотник, теперь тебе нужен нож побольше, – сказал Лютай, протягивая Мстише тяжелый стальной кинжал. – Потом новый спроворим, под твою руку.

Четверка подобралась вплотную к войску мутанта, выбрав для нападения тех, что расположились прямо перед воротами.

Старый вдруг отчетливо разглядел фигуру в плаще с надвинутым на голову капюшоном. Перед мутантом стояли трое детишек, и среди них виднелась знакомая русая макушка. Заставив себя унять взметнувшуюся ярость, сталкер сжал в левой руке нож, правой достал наладонник.

– …А я вот день рожденья не буду справлять… – полилось из динамика голосом лютого сквернослова Шнура.

Следующие слова заставили медленно поворачивающихся на звук разнокалиберных созданий резво отпрянуть: сила пси-воздействия спасовала перед многовековым инстинктом, и воздействие крепких словечек сработало с лихвой, очистив пятачок перед воротами.

К негодованию Старого два ящера все же смогли утащить с собой детей. Они скрылись за спинами других чудовищ, и охотникам ничего не оставалось, как вступить в бой. Началась следующая песня из специально составленного списка, и, порскнув от сталкера, как овцеморфы от жихаря, чудовища попали под раздачу охотников.

Рев, визг, рычание наполнили пространство перед воротами. Сверху на все это непотребство взирали испуганные остроженцы.

– Старый, это Старый! – заорал один из них. Оглянувшись, сталкер признал воеводу Желана.

– Отпирайте ворота, шевелитесь! – кричал воевода уже внизу. Судя по звукам, он обильно раздавал тычки ополченцам. – Старый, держитесь там!

Створки распахнулись, и на вконец сбитых с толку созданий набросились городищенские защитники. Среди них были кузнец и шорник: первый гвоздил врагов здоровенным молотом, второй пластал их двумя ножами для раскройки шкур.

Заря сметала оказывающихся на ее пути противников блистающим кладенцом, клинок чаще опускался на них плашмя. Рядом Мстиша ловко отбивал и протыкал двумя ножами когтистые лапы. Иногда ему вынужденно приходилось бить насмерть, и тогда клинки вонзались в грудь или холку неудачливого противника, пускали кровь по мохнатым и чешуйчатым бокам.

Лютай в этот раз делал свою работу без особого удовольствия. Он тоже старался оглушить каждого противника и лишь в крайнем случае убивал. После того, что показал ему Волос, охотник уже не стремился во что бы то ни стало уничтожать существ, издавна считавшихся врагом Добра. Теперь Лютай старался жалеть созданий, находившихся под воздействием чужеродного сознания.

Видевший это сталкер понимал, что творилось в душе союзника, к которому чертов мутант совсем недавно подсылал множество убийц. Вот и сейчас повинующиеся его неслышному приказу твари наседали на Лютая, пытаясь воспользоваться его слабостью. Старый сунул наладонник в бревенчатый настил ведущего к воротам моста через ров так, чтобы не затоптали, и снял с пояса кистень.

– …Меня сломишь, жизнь хороша!.. – с хрипом надрывался динамик ПДА, и припев шугал извивающуюся в корчах нежить

Пока крепкие словечки звучат, чудовищам в Острожок хода не будет. Сталкер метнулся на помощь друзьям. Взмах кистенем – и цепь обвивает конечность какого-нибудь упыря. Нечисть шипит от боли, вызванной прикосновением железа.

Удар оголовком ножа, упырь падает как подкошенный. А за ним волколак, равк и еще хрен знает кто – разнообразие тварей поражало. Хорошо, что и добрых существ в этом мире было не меньше. В эту секунду произошло что-то непонятное: нападавшие существа отхлынули прочь, будто вампиры от нажравшегося чеснока пьяницы.

– Старый, а ты все сражаешься? – раздался за спиной звонкий женский голос.

Обернувшийся сталкер уставился на молодуху, стоящую перед ним. Капюшон серого плаща почти скрывал лицо, в руках девица держала посох ворожеи.