Андрей Но – Лицемеры (страница 22)

— Да, действительно, смешного мало, — согласился толстяк. — Аукционы устраивают в основном для отмыва денежных средств. Если в двух словах, коррупционер покупает картину у самого себя, переводя баснословные деньги из какого-нибудь подвластного ему культурного фонда в однодневный магазинчик, оформленный на подставное лицо. Те же подставные лица сидят в зале на торгах, с умным видом предлагая цену, которую им никогда не заплатить, а еще одно подставное лицо стучит молоточком, угрожая закрыть сделку, зная, что спектакль все равно не закончится, пока не выступит с предложением его организатор. При этом картина для такого дела может быть взята совершенно любая. Но смеха ради порой выбирают самую бездарную мазню с целью навести шуму в сообществах ценителей художественного искусства…

Слова Чипа заглушило рычание бас-гитары, раздавшееся из-за стены, где проживал образцовый агент по недвижимости Джеффри. Дик красноречиво глянул в окно, за которым уже сгущалась темень.

— А разве к главному подозреваемому в распространении детской порнографии еще не должны были наведаться ребята с ксивами и арестовать всю технику для экспертизы?

Толстяк кисло улыбался.

— Что-то задерживает их, значит… Может, план захвата все еще обсуждают? Но скоро все разрешится. Не сегодня, так завтра услышим треск суставов в его вывернутых плечах…

— Но пока что слышен только его чертов рок, — Дик сходил с ума, бродя по квартире, словно тот самый восставший мертвец, как из текста играющей за стеной песни. — А, неважно, все равно меня отсюда скоро выпнут, ведь теперь я безработный…

— Да, досадный поворот. Но уж лучше так, чем работать в подобном гадюшнике.

— Не знаю, не знаю…

Его ладонь схватилась за живот. Чип заметил это и поднял бровь.

— Тебе бы поесть.

Дика передернуло.

— Меня того и гляди вырвет… Не самое лучшее время для размышлений чем бы набить брюхо…

— Брюхо живет своей жизнью и ему нет дела до наших проблем, — посетовал толстяк. — Но зато новых подкинуть оно вполне способно… Особенно если периодически забывать его чем-нибудь набить… Хочешь, пиццу закажу?

— Опять за чужой счет?.. Как там, кстати, моя стодолларовая купюра?

— Ох, точно, — вспомнил Чип. Взмахнув лодыжками, он перевалился через свое непомерно большое пузо и встал с кресла. Жирная рука сдвинула штору, открывая вид на балконный блок. — Приспособления для считывания и конвертации мыслей готовы к использованию.

Словно на ярмарке научных идей, на подоконнике претенциозно разместились несколько сумасшедших на вид поделок из первого попавшегося под руку хлама.

— Оно работает? — с сомнением спросил Дик, покрутив в пальцах расческу с прикрученными к ней пластиковым стаканчиком и конденсаторной катушкой. Чип бережно выхватил у него устройство и поставил на место.

— Нет, пока что отдыхает. Будь с ним нежным, это ретранслятор мозгового импульса. А тут у нас портативный ускоритель майорановских фермионов, — упитанный палец указал на старую коробку из-под чайника, что послужила корпусом для перетасованных и грубо скомпонованных меж собой запчастей из бывшего ноутбука Патриссии. — Ради такого дела пришлось пожертвовать нашим другом…

— А что такое фермионы?

— Тебе есть до них дело? Но если тебе так важно знать, нужны они для консолидации энцефалоэргических частиц в пучок направленной энергии. Размести ускоритель в точке предполагаемого длительного пребывания Питера, как можно ближе к нему, и подключи к розетке. Но не под кровать. Нам же не нужны его сны…

— Даже не знаю, как объясняю ему этот хлам в доме, — покачал головой Дик. Даже его личным вещам в свое время в его же комнате не находилось места. Чуть ли не с того же дня, как Дик в спешке покинул свое семейство, Долорес ему начала названивать и грозиться выбросить под разными предлогами оставленные им вещи, одежду, гантели, книги и прочее. То места, видите ли, в комнате не хватает, то вредные испарения от прорезиненных гантельных блинов отравляют воздух, то в свитерах, лежащих мертвым грузом, может начать плодиться моль и всякая дрянь, что следом сгрызет и остальные гардеробы в доме, а следить за тем, чтобы ее не появлялось, конечно же, желания ни у кого нет, так что проще выбросить, если ему не нужно… Или все же нужно? Так приезжай и забирай, Дик. Нам это здесь ни к чему.

— Это и твой дом тоже, не забывай, — напомнил Чип. — А если забудет Питер, то ты ему напомни… А вот эмулятор мыслительного алгоритма. Желательно, чтобы он на него почаще смотрел, а значит, разместить его нужно на видном месте…

Дик взвесил в руке нелепую штуковину, напоминающую горшок с диковинным растением, вот только вместо листьев из него распускались проводки со штекерами.

— Достаточно одного взгляда, чтобы захотеть выбросить это в мусорное ведро.

— Я спроектировал машину для чтения мыслей. Из хлама. Хочешь сказать, что убедить Питера не прикасаться к ней окажется делом посложнее?

— Я найду слова, — заверил Дик, устыдившись своей беспомощности.

— Декодирующее устройство, — толстяк ковырнул ногтем бывший флеш-накопитель. — Его надо подсоединить к маршрутизатору в гостиной. А ретранслятор повесить на стене или на люстре… Ну или закрепить на любой возвышенной позиции… Скажи ему, что это средство от комаров, например…

— В ответ он разве что посоветует подвесить ретранслятор себе на яйца или что-то в этом духе… Да, с шутками у него всегда была беда…

— Уверен, в этот раз он будет не в том настроении, чтобы шутить, — поморщился Чип. — Разговор вам предстоит серьезный. Долорес его предупредила, что ты знаешь. Я отследил их звонок.

— Во сколько они созванивались?

— Около четырех часов назад.

— Она сообщила ему, что я намерен его убить?

— Она сообщила о твоей, эм-м… неоднозначной реакции… на факт его отцовства, — уклончиво сказал Чип. — Но не так важно, что она ему наговорила. Твоя цель сейчас, это убедиться, что он раскаивается. Или же наоборот разувериться в этом. От этого уже и будем отталкиваться дальше…

Дик взял подмышку ускоритель частиц.

— А где потом увидим его мысли? Или услышим…

— Поток будет транслироваться на экран твоего смартфона. Как все расставишь, возвращайся ко мне, и все настроим.

Дик стоял у двери, что вела в квартиру Дейлов, не в силах позвонить. От громоздкого ускорителя частиц с непривычки уже ныла спина, поэтому его он разместил на лестничной площадке, а сам, усевшись на перила, исподлобья разглядывал ненавистную дверь.

Однажды он так уже просидел до полуночи, после того как потерял ключи от бешеной езды на скейтборде. Питер ему тогда прислал сообщение на телефон, в котором было всего несколько неровных слов, но, тем не менее, чувствовалось, что в них вложено много силы. Было видно по количеству пробелов, что буквы стирались и подбирались снова и снова, пытаясь передать непередаваемые эмоции, но Питер поэтом не был, поэтому весь смысл свелся к лаконичному обещанию убить.

Но Дика это письмо впечатлило настолько, что он вообще бы не зашел домой, не выйди один из соседей выбросить мусор перед сном. Тот завел с мальчиком разговор, и буквально через пару реплик дверь Дейлов отворилась, и в приоткрытую щель высунулось перекошенное страшной и наигранной улыбкой лицо. На людях Питер всегда слыл тактичным и невозмутимым человеком, что невероятно коробило Дика, прекрасно знавшего, насколько же это не так. Пожелав приятных снов соседу, Питер поманил оторопевшего мальчугана к себе.

— Заходи внутрь, тварь, не позорь меня, — тихо и невнятно донеслось тогда сквозь широченную улыбку. Зажмурившись, Дик сделал шаг вперед…

— О… А ты к нам что ли? — раздался голос за спиной взрослого Дика. Выдернутый из плохих воспоминаний, он обернулся. Питер поднимался по ступенькам со свертком газеты в руке. На лице была кривая ухмылка, но черные глазки не улыбались. С холодной настороженностью окинув Дика, они остановились на коробке у его ног. — Вернуться решил?

— Не совсем. Это так… вещи свои некоторые оставлю…

— Ну, у нас тут не сарай, имей в виду, — произнес отчим спокойным голосом, но опытный слух Дика уже различил в нем первые нотки недовольства. Рановато. Дик знал, что с каждой новой репликой неудовольствие Питера будет все демонстративнее, и конструктивный диалог при таком раскладе построить уже не выйдет. Но плевать. Недосказанное в этот раз запечатлеет машина Чипа.

— А разве это похоже на дрова? — с вызовом поинтересовался Дик.

Питер хмыкнул и полез в карман за ключами.

— Для дров у меня гараж есть. Ими, например, можно будет подогреть ванну, если по городу электромагнитным импульсом ударят… Да и все остальное, от чего может быть прок, храним там же. А к тому, что не пригодится, сантиментов не питаем, знаешь ли. Сразу на помойку… Вот поэтому и сарай нам ни к чему, — последние слова он пробормотал уже под нос, явно не желая обострять конфликт, но Дик расслышал. Скрипнув зубами, он подхватил коробку и зашел вслед за Питером в семейный дом.

В коридоре стоял плотный аромат куриных бифштексов. Любимое блюдо Долорес. Желудок Дика протестующе скрутило от боли, к горлу подкралась тошнота.

— Еды предложить не могу, у меня все приготовлено впритык, — процедил Питер, искоса заметив, как Дик вдыхает носом. — Некогда мне кулинарией заниматься. Работать вынужден с утра до вечера, в отличие от некоторых…