Андрей Никонов – Шаг в сторону (страница 26)

Пока пересматривал сериал про семейку наркоманов, извращенцев, матерей-одиночек и гомиков с биполяркой, меня чуть не сморило. Подумалось еще, что девятый сезон мне не увидеть. Вот ведь какие мысли в голову приходят от безделья.

Ровно в полночь дверь хлопнула, и тяжелые шаги обозначили пунктуального слугу. Шуш заглянул в комнату, снимая валенки, я сидел все там же, развернув кресло от камина - дрова все-таки припекали, и теперь тепло шло на спину, а не на ноги, рядом стояла пустая бутылка - вторая за день, и книжка валялясь, какой-то пустой, без особого смысла роман, тут своих не сочиняли, все авторы были имперские.

- Как развлекся, девочка дала тебе?

В отблесках камина, и то было видно, что парень краснеет.

- Эка вы барин, пить стали, - парень неодобрительно покачал головой, в полумраке было видно, как он пытается снять тулуп. - Раньше не были таким.

- Это потому что девки меня уже третий день не любят, - пожаловался я. - Ну и чтобы мысли умные в голову шли, - поднял я стакан, покрутил, на дне оставалось несколько капель. - Тут знаешь что я подумал.

- Что, барин?

- Вот этот тать, с рыжим волосом. Он ведь мелкий, юркий, чем-то Кеси твою напоминает. Уж не она ли эта воровка? - и я рассмеялся, потом закашлялся, уронил бутылку и книгу и пошарил по полу, пытаясь поднять.

- Экий вы неловкий, барин, - странным голосом произнес Шуш, переступив порог. Лицо его было серьезным и напряженным, даже какая-то борьба отражалась на нем. Бобра с ослом?

- Зато умный. Знаешь, не буду я до завтра ждать, надо сейчас к Есею сьездить. Он поди не спит еще, возьмём дьяка, да проверим твою ненаглядную. Да ладно, шучу, шучу. - Я попытался встать, покачнулся и упал обратно в кресло. - Завтра поедем. С утра. Ты чего это?

Парень достал из-за спины топор и мрачно на меня смотрел.

- Правильно, иди дров наруби. А то я камин растопил, там остатки были.

Шуш сделал еще шаг ко мне.

- Дрова в другой стороне, Шуш.

Еще шаг. Так он до меня дойдет скоро. Размахнулся, бросил бутылку, парень легко отбил ее топором, под звук разбивающегося стекла дрова в камине вспыхнули ярче.

Шуш дернулся и застыл на месте, недоуменно глядя на пол. Сзади послышалось шуршание, кто-то завизжал.

- Сороковка, - пожал плечами я. - Для строительства не годятся, а для ремонта - самое то.

Шуш застонал, выронил вспыхнувшее топорище,

Сзади раздались шипение и ругань. Надо же, я таких слов не знаю, пси-модуль обновлял словарь. По затылку что-то ударило, упало на пол. Так они весь дом разнесут, а мне за ремонт плати. Подвесил к потолку светляк, огляделся.

Тщательно ставя ноги на свободные от гвоздей места, держа в руке пистолет - на всякий случай, прошел к тлеющему топору и залил его из чайника. Жаль, такой красивый паркет испортили.

- Надеюсь, - повернулся я, - вы понимаете, что это результат вашего вторжения, и не я виноват в порче имущества?

Рыжеволосая хозяйка дома в сливающейся с обстановкой накидке, наброшенной на обтягивающий ее как перчатка черный кожаный костюм, злобно сверлила меня глазами.

Быстро прошелся по комнате, доставая гвозди из высверленных отверстий и считая. Вроде сходится.

- Все очень просто, - обьяснил я, подходя к женщине и поправляя ей растрепанные волосы, - да, вот так лучше будет. Антимагическая защита, как мне подумалось, при контакте заряженного предмета с телом работать не будет. А для того, чтобы пробить ее, достаточно, чтобы давление на единицу площади было максимальным. То есть острый предмет, - я наклонился, поднял с пола гвоздь и показал нежданной гостье. - Гвоздь. Сороковка, как и сказал, я же не изверг. Ну и пришлось дополнительно заточить, чтобы уж наверняка.

Тина бешено пялилась на меня, не говоря ни слова. Значит, ловушка действует, еще минут десять у меня есть.

- А если бы не сработало? - раздался голос от двери.

Я улыбнулся. Раздался грохот и вскрик.

- Ну почему сразу нельзя было зайти, милочка, пришлось ждать вас, вроде все в сборе. Я не держу удачу за хвост, но вот сейчас прям поперло.

Подошел к Тине, упер ей ствол в подбородок.

- Не дергаемся, да? - и дождавшись кивка, стянул с нее аккуратно накидку и перчатки, свернул, положил на кресло. Похлопал по стройной фигурке, не обходя вниманием попу и грудь, снял с шеи маленькие аккуратные гоглы с регулируемым ремешком. - Все в дом, все в дом.

Приготовленной бечевкой крепко ее связал, приподнял, высвобождая стопу от гвоздя, перенес к кухонному столу и усадил на стул. Маленькая, а тяжелая, зараза. Поводил рукой возле пятки - вроде кровь течь перестала, но до конца заживлять не стал, нефиг, пусть похромает, мне резвый противник в тылу не нужен.

Обходя Шуша, благо он сделал достаточно шагов, чтобы освободить проход к двери, высунулся в прихожую.

Мила валялась на полу. Ну еще бы, электрический разряд от двух заряженных кастрюлек - тут только диэлектрик спасет, на ручки кожу надо было надевать, а не на сиськи. Но что с нее взять, она же девочка.

Кстати, о девочках. Заткнул ей на всякий случай рот, связал, оставил пока валяться на месте, прокрался к двери, выглянул в окно.

Один силуэт в повозке виден при свете садового фонаря, может и нет больше никого, на всякий случай закрепил дверь заранее приколоченными скобами, проделал операцию размещения и лечения с трактирщицей, подошел к Шушу.

- Дернешься или закричишь - убью и тебя, и этих двух дур, а начну с блондинки, - честно предупредил, зажигая на ладони искрящийся шар. - Мы поняли друг друга?

Шуш кивнул.

- В повозке кто, Гиря?

Парень моргнул.

- А остальные где? - я достал из кармана статуэтку Симаргла, протер ее рукавом.

Молчит, как партизан.

- Давай так, - предолжил я ему, - не отвечаешь на вопрос - отрубаю твоей хозяйке палец. Топор ты, правда, испортил, но я и ножом для мяса могу, как раз наточил сегодня, пока бездельничал. Или тебе приказ от нее нужен?

Парень кивнул.

Отвязал одну руку Миле, оставив другую притянутой к телу, прибил ее скобой к столу, положил рядом нож.

- Начну с большого пальца, им все равно тебе в носу ковырять не надо, - предупредил напрягшуюся девушку, вытащил кляп изо рта, поставил рядом статуэтку.

- Кровавые жертвы, - наставительно произнес, - старые боги очень любили. Так что давай, по-быстрому, продавай Шуша.

Мила усмехнулась.

- Деньги-то есть купить?

- Больше серебряной рыси этот предатель не стоит, - я подсунул ей под ладонь бумагу с заранее составленным договором, поставил на нее статуэтку. - Ну?

Блондинка сначала попыталась убить меня взглядом, потом, поняв, что моя броня круче ее гипноза, нажала на бумагу, та вспыхнула, разделяясь на две, статуя местного божка полыхнула зеленым. Я повертел в руках монетку, оттянул ворот водолазки, полюбовался, уронил серебряный кружочек прямо в ложбинку между грудями.

- Мой брат тебя убьет, - пообещала Мила.

Я повернулся к Шушу, в принципе почти все что хотел, я от этой платиновой стервы получил. Кивнул головой, мол, отвечай.

- Гиря, барин. Один. Их милость и Инвар с Весей в Жилине, с боярином Тятьевым приедут. Они и должны были все сделать, но вот напугали вы их, барин, с этим волосом.

- С волосом, - я достал из кармана нитку, повертел, - ну да, похоже. Если через сжатые ногти провести, начинает виться. Это тебе на будущее, вдруг пригодится.

- А волос? - подала голос хозяйка флигеля.

- Сгорел, - я пожал плечами. - Там взрыв такой был, ничего не осталось.

- И зачем? - спросила Мила озадаченно.

- Скучно, - честно ответил я. - Ну и неправильно это, когда меня используют. Иудей тут один решил на мне денег поднять, откупался потом, Велия волки сожрали. Ждан вон смотрел, как эти твари и меня чуть не сьели. Ладно, повозку можно считать компенсацией. Но вот слугу-то я за свои кровные деньги нанял, а вы его обманывать заставили.

- Я не хотел, хозяин. Но клятва... - прогудел Шуш.

- Знаю-знаю. Хуже честного дурака только инициативный.

- Так эта, хозяин, мне за Есеем бежать?

Я повернулся к столу, улыбнулся, подбрасывая на ладони блестящий предмет.

- Вот еще, не люблю делиться.

Когда Гиря наконец-то прорвался в дом и подлетел к двери в гостиную, сжимая саблю, его удивленному взору предстали мы с Милой, сидящие на полу.

- Не понимаю, - она откинула прядь платиновых волос и провела пальцем по паркетине, - это же надо восемьдесят отверстий сделать.