Андрей Мельник – Повелитель гоблинов. Том 5 (страница 27)

Когда вопросы закончились, и бойцы разошлись по спальным местам, я достал из мешка книгу знаний, которую давно таскал с собой, ожидая подходящего момента. Но постоянно был занят то выживанием, то ещё какими-то крайне важными вещами… Так что «Плавание и ныряние I» осталось неиспользованным. Ошибка с моей стороны. И сейчас есть время её исправить.

Восемь часов сна, восемь часов обучения. Книга изучается параллельно отдыху: сознание погружается в учебные видения, а тело спит. Правда, мы планировали выйти с рассветом, а солнце уже давно село… Как бы я не стал причиной задержки.

— Книгу буду изучать, — предупредил я Миори. — С утра можешь всеми покомандовать от моего имени.

— С радостью! — улыбнулась красавица и поцеловала меня на удачу.

Шрам, Орочи и Спартак разделили дежурства, так что можно было нырять в книгу с головой. Я развернул её, лёг на подстилку из сухих листьев и веток, накрылся плащом и сосредоточился на тексте.

Мгновение спустя мир вокруг растворился, и я оказался посреди бескрайнего океана…

Вода была тёплая и прозрачная. Я плыл, и неведомый наставник направлял каждое движение. Сначала простейший брасс, потом что-то вроде кроля, потом вольный стиль, потом техники, которым на Земле нет названия, но которые идеально подходят для рек с сильным течением, для озёр с мутной и вязкой водой и для морских волн.

Ныряние оказалось отдельной дисциплиной с множеством пунктов: контроль дыхания, работа тела под водой, экономия сил и кислорода, ориентирование в темноте, чувствование течения кожей.

Я погружался на глубину, от которой у меня на Земле заложило бы уши на первом же метре, и чувствовал себя комфортно. Системное обучение не просто вкладывало знания в голову, оно перестраивало рефлексы, заставляло мышцы запоминать правильные движения. Даже лёгкие, казалось, расширялись, готовясь вмещать больше воздуха.

Я плавал, нырял, спасался от подводных хищников, преодолевал водопады, пересекал реки, исследовал затонувшие пещеры. Видения сменяли друг друга, как кадры ускоренного фильма, каждый из которых закреплял новый навык, новый рефлекс, новое понимание водной стихии. Я старался, как только мог, помня, что каждая сэкономленная минута крайне важна.

А потом наступил рассвет… Не во сне, в реальности. Птицы защебетали, утренняя прохлада коснулась лица, и перед глазами поплыли знакомые буквы:

[Ваше обучение окончено. Обретение базовых знаний и навыка «Пловец I» заняло 7 часов 31 минуту.]

[Получен навык: «Пловец I».

Эффект: Вы владеете всеми основными техниками плавания и погружения. Скорость плавания увеличена на 20%. Длительность задержки дыхания увеличена на 50%. Выносливость повышается на 1.]

Семь с половиной часов вместо восьми. Видимо, то, что я умею плавать, хоть немного, но ускорило процесс. Система засчитала досрочное освоение программы.

В общем, результат отличный. Двадцать процентов к скорости плавания, значительное увеличение задержки дыхания и плюс один к Выносливости. Не боевой навык, но в мире, где полно рек, озёр и, возможно, морей, умение не утонуть стоит дорого. Особенно для человека, который командует существами, большинство из которых плавают примерно так же хорошо, как топор.

Я потянулся, ощущая приятную лёгкость в теле. Мышцы помнили движения, которых я никогда в жизни не делал, лёгкие раздувались больше и работали ровнее. Удивительная вещь эти книги знаний. Прочитал перед сном и проснулся специалистом.

Караван уже строился, Миори командовала. Бойцы становились в походном порядке, готовые к выходу. Костры засыпаны землёй, мусор убран, дозорные на местах. Идеальный порядок. Вот что значит хорошо обученные командиры, которых не нужно пинать каждые пять минут.

— Доброе утро, вождь! — Спартак подбежал первым. Такой энергичный, будто не его перед сном вчера Орочи отмутузил. — Все готовы! Ждём только тебя!

— Отлично. Выступаем! Кстати, мне кажется, или у тебя нос стал прямее?

— А, это Орочи помог по дружбе…

— Не знал, что он ещё и пластической хирургией владеет. Талантище!

Миори подала мне бурдюк с водой и кусок вяленого мяса. Я позавтракал на ходу, пока колонна набирала темп. Утренний воздух бодрил, тропа шла по пологим холмам, обзор открывался на километры вокруг. Сбоку маячила громадина-гора, которую мы обходили. Где-то впереди, за этими холмами и перелесками ждало бывшее поселение Орочи, а ещё дальше — лагерь вождя Стрыга.

Мы шли весь день, активно шевеля булками, багетами и батонами. Останавливались дважды: на обед и ужин. Короткие привалы были только ради утоления жажды в подходящих местах. Даже мне было тяжело, потому я не болтал лишний раз, стараясь не сбивать дыхание.

Местность становилась холмистее, деревья росли реже, зато появились скальные выходы и валуны. Территория Орочи, с которой он когда-то начинал свой путь.

Орк шагал впереди, и я заметил, как изменилась его походка. Он шёл увереннее и быстрее, будто ему стало легче от знакомой земли под ногами.

К вечеру, когда солнце уже коснулось горизонта и окрасило небо в рыжие и багровые тона, впереди показались знакомые очертания. Мы поднимались в гору, и ноги у многих натурально дрожали, а в руках практически у каждого уже были крепкие палки, помогавшие идти вперёд.

Наше племя без слов рухнуло на землю, как только мы оказались посреди остатков небольшого, так и не ставшего чем-то большим поселения орков. Место, где когда-то жил маленький клан орков, с трудом вместил нашу большую группу.

Орочи остановился на холме, осматривая руины своего прежнего дома. Лицо у него было каменным, но глаза выдавали что-то глубокое, скрытое под привычной маской сурового воина.

Я подошёл и встал рядом. Не стал ничего говорить. Орки не любят утешений. Для них слова сочувствия звучат как признание слабости. Лучше просто побыть рядом.

Через минуту Орочи молча кивнул, выдохнул, оскалился и принялся командовать своими здоровяками.

Бойцы рассыпались по руинам, обживая остатки чужой жизни. Гоблины с кряхтением зажгли костёр, достали воду, мясо. Дал добро даже на вино. Разрешил по глотку каждому, чтобы отметить успех столь сложного и долгого перехода.

Я на самом деле горжусь тем, что они справились с поставленной задачей и даже не особо ныли по пути. Хотя понимаю, что на это у них просто не было сил. Многие просто падали по пути, пока их не подхватывали более крепкие соратники и не забирали груз.

Звёзды высыпали на небо, незнакомые созвездия заняли свои привычные места на чёрном небосводе. Гоблины и орки делали по глотку, передавая кувшин из рук в руки, и практически мгновенно отрубались. Караванщики засыпали, готовясь к завтрашнему дню, который обещал быть насыщенным переговорами, торговлей и, если Орочи не ошибается, изрядной долей кулачного месива.

И почему-то мне очень хочется принять участие в этом увлекательном мероприятии…

Глава 10

До озёрного лагеря Стрыга мы добрались за несколько часов. Гоблины удивились виду боевого поселения орков, а те, кто в прошлый раз отсюда с нами ушёл, будучи ненужными, тяжело вздохнули. В этом месте они обрели травмы и раны, а значит, оказались на дне, проиграв свои битвы. Мы позволили им понять, что на этом жизнь не заканчивается и что понятие победы и поражения слишком условно, чтобы по одному эпизоду из жизни считать себя лучше или хуже других.

Лагерь изменился с моего последнего визита. Частокол стал выше и крепче, ворота обзавелись подобием сторожевой вышки, на которой маячила фигура дозорного. Палатки внутри периметра стояли ровнее, бардак у входа исчез без следа. Теперь орки убирали мусор куда-то подальше, а не бросали его прямо за ворота. Они учились. Пусть и медленно, но учились.

Дозорные заметили нас ещё на подходе. Парочка здоровенных орков с копьями наперевес спустилась с холма и загородила тропу. Орочи выступил вперёд, произнёс приветствие на орочьем, и через минуту переговоров дозорные расступились. Один из них побежал к воротам, чтобы предупредить вождя.

Когда мы вошли в лагерь, нас уже ждали. Стрыг стоял в центре площади, скрестив руки на груди, окружённый десятком своих лучших воинов. Вождь другого племени выглядел, как обычно, сурово, напряжённо и капельку загадочно. Массивная челюсть, клыки торчат, странные прямые шрамы на роже, жёлтые глаза прищурены. На шее появились новые амулеты из костей и клыков, на плечах — шкура какого-то зверя, явно добытого после нашего прошлого визита, широкий пояс из кожи какой-то змеюки.

Я шагнул вперёд, поднял руку в жесте приветствия и произнёс фразу, над которой мы с Орочи репетировали всё утро:

— Граш’ток, Стрыг! Мор’дал кра’тум!

Что примерно означало: «Приветствую, Стрыг! Сильному вождю почёт!». Или «Здоров, пень! Зубы торчат!», если я перепутал интонацию… Язык орков такой, что никогда не знаешь наверняка.

Стрыг уставился на меня, моргнул и расхохотался. Орки вокруг него загоготали следом. Я покосился на Орочи, и тот едва заметно кивнул, мол, всё нормально, смеются от удовольствия, а не от оскорбления. Ну и ладно.

Стрыг произнёс ответное приветствие, длинное и торжественное, после чего Орочи перевёл:

— Он рад видеть гоблинского вождя снова. Говорит, что мы похудели, но стали свирепее на вид. Приглашает к костру и хочет посмотреть, что мы принесли.