Андрей Мартьянов – Чёрный горизонт (страница 29)
— В Готию, проверять работу тамошних алхимиков, — буркнул я.
О подробностях этого путешествия пану Озимеку знать совершенно незачем, чревато не только для меня, но и для него.
— Не врёте, но и всей правды говорить не хотите, — усмехнулся господин начальник. — Воля ваша. Значит, Вильрих собирается вскоре вернуться в город?
— По моим сведениям, да.
— Придётся взять его под навязчивый надзор. Остмарк нам войну объявит, если в Моравии угрохают принца крови. Вы отлучаться надолго не собираетесь?
— Как раз собираюсь. Домой, на Граульф. По делам. Дней на пять в объективном времени.
— Вот и отлично, снимете с меня часть бремени и освободите нескольких ценных агентов. А теперь попрошу вас вкратце описать поездку в Бороградек. Лучше услышать мнение алхимика, нежели читать сумбурные донесения…
— Депеш из Бердыча в последнее время не приходило? — поинтересовался я. — Неудивительно. Я бы посоветовал отправить туда нескольких дознавателей управы, только пусть будут очень осторожны. Плохие новости на убийстве Эльзбет не исчерпываются…
Следующим утром я из чисто детской вредности оделся в «походное» — кожа, войлочный плащ и обязательный клинок. На Граульфе буду выглядеть дремучим варваром с дикарской планеты. Ничего, переживут. Пускай видят, что жизнь у наблюдателей не сахар, а опасность подстерегает за каждым кустом!
Шпики отвязались от меня возле Королевских ворот — пришлось отвести им глаза, конфидентам тайной полиции видеть, куда я направляюсь, не положено. Я пересёк могучий каменный мост через Римаву, прогулялся вдоль тракта, ведущего в сторону Карлштайна, повернул направо в лес, на пологий холм. Через три с небольшим километра прямо впереди начал мерцать заметный только «второму зрению» homo novus лоскут неяркого розового пламени — здесь сходились гравитационные линии, образуя аномалию, именуемую людьми посвящёнными «точкой перехода».
Достаточно сосредоточиться и сделать шаг вперёд, чтобы войти в Металабиринт, но я остановился на минутку-другую, решая, куда именно направиться. Если я задержусь на несколько дней, никакой катастрофы не случится, звезда Граульфа не взорвётся как сверхновая и Университет в тартарары не провалится. В конце концов, в нашем докладе нет ничего такого, о чём не знает деканат, это всего лишь отчаянный призыв о помощи и ещё одна попытка расшевелить граульфианскую бюрократию!
Прыжки через Лабиринт происходят без потерь во времени, я могу усвистать хоть на Землю, хоть в Содружество, находящееся в другом конце Млечного Пути, но рукав Ориона мне сейчас требуется меньше всего. Существует иной пункт назначения — в неизмеримой дали даже по меркам Лабиринта, двадцать восемь прыжков, которые займут пять с лишним часов моего личного субъективного времени.
Магеллановы Облака, звёздная система HS-234821-10 в стандартном каталоге, планета Лаций. Надо бы навестить одного хорошего знакомца и поплакаться ему в манишку.
Я не был на Лации шестьдесят с лишком лет, однако не думаю, что там произошли серьёзные изменения. Владелец планеты — редкостный консерватор, которому очень понравился бы сверхархаичный Меркуриум, так давайте же попробуем выяснить мнение хозяина Лация относительно здешних бедствий. И к дьяволу режим секретности!
Затвердив один раз алгоритм прыжков, запомнишь его навсегда. Осталось настроиться на гравитационное поле Граульфа, лун и системообразующей звезды и уяснить, куда перейти прямо сейчас. Планетарная точка сингулярности пропустила меня беспрепятственно — белёсая вспышка, лёгкое головокружение, и вот я уже в десятках парсеков от Меркуриума, на одной из «станций пересадки» — Альфа Ориона, в небе пустынной планеты багровеет красный гигант класса М-2… Что дальше?
Дальше последовала череда больших и малых светил, белых, голубоватых, фиолетовых, золотых. В отдельных точках приходилось ждать нужного совпадения полей, я то приближался к Меркуриуму, то отдалялся от него, осторожно подбираясь к галактическому ядру, где мощнейшие гравитационные силы позволят выйти за пределы Млечного Пути и одним махом преодолеть двести тысяч световых лет до Большого Магелланова Облака.
…Из залитого безжалостным холодным светом мира, вращавшегося вокруг безымянного бело-голубого гиганта, я вынырнул в тихий лацианский вечер. Красотища неимоверная: по пурпурно-сапфировым небесам раскидывает крылья колоссальная жёлто-оранжевая бабочка туманности с яркими пятнами звёзд всех известных спектральных классов.
Пейзаж отлично знаком. Высокие холмы, на которых раскинулся город, подозрительно смахивающий на Рим эпохи имперского расцвета — давным-давно я помогал создателю этого великолепия строить чудесный новый мир, провёл здесь полтора столетия. Начинали меньше чем с пятидесяти человек, теперь Лаций населяют десятки миллионов, управляемых принцепсом, «верховным судией и первым гражданином», разрешающим споры и следящим за выполнением закона. Тип субцивилизации — гуманитарно-техногенная, социальная структура близка к просвещённо-монархической с элементами демократии.
Остаётся надеяться, что принцепс не загордился и вспомнит старого ученика и приятеля…
Человек, известный под прозвищем Удав Каа, всегда увлекался древнеримской эстетикой, потому и место для столицы подобрал соответствующее: семь холмов, река, протекающая меж возвышенностей, названа Тибром, планировка повторяет очертания Вечного города, оставшегося на покинутой человечеством Земле.
Более современные города находятся дальше к северу, а в лацианском Риме — Септимонтиуме, «Семихолмье», — так же как и на Меркуриуме, использование технологий строго ограничено — вся округа представляет из себя своеобразный экологический заповедник, где люди живут в своё удовольствие и поддерживают введённые принцепсом традиции во всех сферах жизни, начиная от одежды и заканчивая официальным языком. Удав проявил настойчивость и приучил население планеты к латыни. Тоже в определённом роде игра, близкая к проекту «Легенда». И конечно же, не такая изощрённая и опасная.
Вход в город свободный, в любое время дня и ночи, круговая стена построена только ради антуража. Охраны у ворот никакой, зато я почувствовал, как меня ощупали лучики лазерного сканера. Однако. Раньше обходились без настолько серьёзных мер безопасности. У них что-то случилось?
Выясним!
Широченная, вымощенная каменными плитами Виа Аппиа вела мимо реконструированных в точности терм Каракаллы к Авентину, упиралась в ипподром — цирк Максимуса. Всё знакомо до боли, изменения минимальны! Деревья вокруг Портика Клавдии разрослись, образовав прекрасный парк, амфитеатр Флавия, в котором сейчас наверняка идёт театральное представление, освещён настоящими факелами для создания «атмосферы» — полностью отказаться от электроснабжения жители Септимонтиума не смогли, но используют его без увлечения.
Если пройти дальше, упрёшься в холм Квиринал, за которым расположен замок преторианцев Кастра Преториа — здешняя полиция и госбезопасность в одном лице. Повернёшь налево — упрёшься в холм Форума, Капитолий, где все здания воспроизведены по образцам времён императора Траяна. Боже, сколько работы было!
— Стой!
Голос резкий, как удар бича. По интонации узнаю преторианцев, патруль. Ничего удивительного, вечером на улицах много прохожих, жизнь в столице не затихает до самого утра. Я выгляжу безнадёжным иностранцем — в моих-то дикарских одеяниях! Для полноты картины не хватает медведя на поводке. Однако никаких правил я не нарушил, в городе можно носить холодное оружие, к моему мечу не придерёшься.
В Преторий берут только высоких и сильных парней, рядом с тремя патрульными, обходившими Флавиев амфитеатр, я выглядел сущим заморышем. Каждый значительно выше меня и куда шире в плечах. Живописны господа хранители мира, ничего не скажешь — шлемы с гребнем, «анатомические» нагрудники, калиги. На перевязях мечи-гладии. Экзотика.
— Кто таков, зачем явился в Септимонтиум? — спросил старший. Говорил на обязательном латинском. — Вытяни правую руку ладонью вверх.
Я молча выполнил приказ, видел, что один из преторианцев наряду с архаичным мечом носит у пояса прибор, донельзя смахивающий на идентификатор, считывающий рисунок папиллярных линий ладони и определяющий уникальный биоэнергетический фон человека. Никаких документов не нужно…
— Прошу извинить. — Амбал в шлеме, прочитав выведенные на крошечный монитор сведения, коротко поклонился. — Вас проводить? Куда вы направляетесь?
Отлично! В городской информационной базе сохранились все мои данные! А ведь шесть с половиной десятилетий прошло! А я как-никак почётный гражданин Семихолмья, личный друг Ого-го Кого!
— Мне к принцепсу, — просто сказал я. — Срочно. Я давно не был на Лации. Где теперь живёт Судья?
— Где и обычно, — пожал плечами старший. — Дворец Тиберия, за храмом весталок. Может, всё-таки проводить?
— Обойдусь, — отмахнулся я. Город знаю как свои пять пальцев. — Спасибо.
Преторианцы уставились мне в спину недоумевающими взглядами.
Идти недалеко, арка Тита, затем чуть правее, мимо Константиновой базилики, обогнуть храм, выйти на улицу, огибающую Палатин у подножия холма, дорога поднимается на склон, мраморная ограда, распахнутые ворота. Ещё десяток преторианцев, только офицеры — личная охрана. Процедура идентификации повторяется, и снова изумлённые лица: да, я сюда не заглядывал давным-давно, а ведь раньше входил в дворец Тиберия как к себе домой.