Андрей Макаров – Условия памяти (страница 1)
Андрей Макаров
Условия памяти
Глава 1
Максим Сергеевич Бережной пришёл к нотариусу на семь минут раньше.
Он не любил приходить заранее. В этом было что-то просительное: человек уже согласился ждать. Но такси доехало слишком быстро, высадило его у серого дома с аптекой на первом этаже, и Максим решил не ходить кругами по кварталу, изображая занятость перед незнакомыми окнами.
Нотариальная контора занимала помещение между аптекой и магазином штор. На двери висела матовая табличка: «Сычёва Елена Павловна. Нотариус». Ниже — часы приёма, номер лицензии и лист в прозрачном файле: «Приём по предварительной записи».
Всё выглядело настолько обычно, что, толкнув дверь, Максим сразу почувствовал досаду на себя. Он успел придать этому вызову слишком много значения.
В приёмной пахло бумагой, старым тонером и чем-то аптечным. Три стула, кулер, стойка администратора, пыльный фикус в углу. За стойкой сидел молодой человек в новой белой рубашке.
— Добрый день. Вы записаны?
— Бережной. На одиннадцать тридцать.
— Максим Сергеевич?
— Да.
— Паспорт, пожалуйста.
Максим достал паспорт. Молодой человек сверил данные с экраном. На столе у него лежало несколько папок. На верхней, на белой наклейке, было напечатано: «Говоров Г. А.»
Имя ничего не вызвало. Просто фамилия. Чужая, ровная, напечатанная чёрными буквами.
— Присаживайтесь, пожалуйста. Елена Павловна сейчас освободится.
Максим сел. На стене висели часы с логотипом какого-то банка. Секундная стрелка шла рывками и каждый раз чуть слышно щёлкала.
Он снова открыл письмо, из-за которого приехал сюда: «В связи с открытием наследственного дела просим явиться...» Ни суммы, ни фамилии наследодателя. Только номер дела и подпись Сычёвой.
Наследственное дело.
Сначала он решил, что умер кто-то из дальних родственников. Потом вспомнил, что дальних родственников, способных оставить ему хоть что-то через нотариуса, у него, кажется, не было.
Слово «кажется» ему не понравилось. В нормальных вещах не должно быть «кажется».
Дверь кабинета открылась.
— Максим Сергеевич? Проходите, пожалуйста.
Кабинет нотариуса был небольшим и безупречно аккуратным: стол, два стула для посетителей, шкафы с одинаковыми папками. На столе — печать, календарь, стакан с ручками. Окно выходило во двор.
Елена Павловна Сычёва поднялась ему навстречу. Лет пятьдесят, может быть, чуть меньше. Тёмный пиджак, короткие ногти без лака, тонкая цепочка у воротника. Просто человек на работе.
— Добрый день, Максим Сергеевич. Присаживайтесь.
Он сел. Она ещё раз посмотрела паспорт, затем перевела взгляд на бумаги.
— Вы получили наше уведомление.
— Да. Хотя не очень понял, о чём речь.
— Сейчас объясню. Открыто наследственное дело после смерти Германа Аркадьевича Говорова.
Она произнесла это ровно, как номер договора или адрес. Максим подождал, что за фамилией последует пояснение.
Не последовало.
— Простите, кого?
— Германа Аркадьевича Говорова.
Она слегка повернула к нему лист. На листе были строки, печати, подписи. Фамилия действительно стояла там.
— Я не знаю такого человека, — сказал Максим.
— Понимаю.
Слишком быстро. Не удивлённо. Так отвечают на фразу, которую уже ждали.
— Возможно, ошибка?
— Ваши данные указаны полностью: фамилия, имя, отчество, дата рождения, паспортные сведения, адрес регистрации.
— Паспорт менялся.
— В деле есть сведения о замене.
Максим посмотрел на неё внимательнее. Елена Павловна говорила спокойно, не нажимая на странные места. От этого странные места выступали ещё резче.
— Когда он умер?
— Семнадцатого апреля этого года.
— И кем он мне приходится?
— В документах родственная связь не указана. Завещать имущество можно любому лицу.
В коридоре хлопнула входная дверь. Потом за стеной тихо зажужжал принтер. Обычный офисный звук, почти успокаивающий.
— Я правильно понимаю, — сказал Максим, — какой-то человек, которого я не знаю, оставил мне наследство?
— Да.
— Это звучит как начало мошеннической схемы.
— Я понимаю, как это звучит. Но юридически документ составлен без нарушений. Личность завещателя установлена. Дееспособность подтверждена.
— Мне нужно будет что-то оплатить заранее?
— Только установленные платежи. Переводов на сторонние счета не требуется.
— Отлично. Значит, если это мошенничество, то скучное.
Она посмотрела на него поверх очков.
— Я бы не называла это мошенничеством без оснований.
— А как бы вы назвали?
Елена Павловна сделала паузу. Совсем небольшую — в один щелчок настенных часов.
— Наследственным делом с условием.
Вот тут стало неприятно.
Не страшно. Не тревожно. Просто слово «условие» прозвучало так, будто уже имело отношение лично к нему. До этого можно было держаться за ошибку, однофамильца, технический сбой. Условие было другим. Условие всегда кому-то предъявляют.
— Каким условием?
Елена Павловна взяла верхний лист, аккуратно выровняла его по краю стола.
— Наследодатель завещал вам денежные средства в размере десяти миллионов рублей.
Максим промолчал.