Андрей Ливадный – Репликант (страница 15)

— Пустой разговор, Игнат. Я не помню себя прежнего. Так, лишь кое-что, очень смутно, в основном из последнего боя. Тебя признаю.

— Наша вылазка не напрягает?

— Нет. Надо ведь с чего-то начинать. Ты сказал: идем выручать других репликантов? Они были моими друзьями?

— Да. Однозначно.

— Тогда я в деле. Боевых навыков не утратил. В этом смысле с головой все в порядке. Можешь на меня рассчитывать. Если вдруг не потяну, — признаюсь сразу. А пока все нормально. И это… — он замялся. — Спасибо за второй шанс. Вспомню себя прежнего или нет — уже не важно.

— Хорошо. Тему закрыли, — Игнат ухватился за ручки контейнера.

Упырь возился с аппаратурой в рубке катера. Время от времени в моторном отсеке слышался гул механизмов.

— Не заводится?

— Давно не использовался. Сейчас запущу.

Действительно, вскоре двигатель заурчал ровно, без прерываний.

— Готово. Можем отправляться.

— Погоди. Припасы еще не все погрузили.

— Ну тут уж сами управляйтесь. Мне не с руки, — Упырь снова ушел в рубку.

Отплыли лишь через час. Катер шел на малых оборотах, придерживаясь протоки. До островка, затерянного в топях, отсюда было километров тридцать.

Сип встал за пулемет, контролируя окрестности. Убедившись, что напарник чувствует себя уверенно и готов отразить внезапную опасность, Игнат открыл карту и углубился в ее изучение.

Район поиска в принципе предсказуем. Киллхантеры базируются далеко на юге.

Пересохшее водохранилище и взорванная плотина, чье разрушение привело к образованию топей, располагались к западу отсюда.

Некоей разграничительной линией в регионе служила древняя скоростная автомагистраль, в прошлом соединявшая мегаполис с побережьем. Она проходила через взорванную дамбу и имела вид дуги, пересекающей треть материка.

«До побережья примерно пятьсот километров, — размышлял Игнат. — Сотни полторы можно пройти на катере, если двигаться болотами, по прямой, а вот дальше придется шагать пешком, пересекая огромную пустошь. Не лучше ли сделать крюк, сначала отправиться на запад к древней электростанции, а уже оттуда идти вдоль автомагистрали?

Причин для такого решения хватало. Во-первых, пустошь являлась зоной активных боевых действий. Судя по сохранившейся информации, именно в степном регионе еще до его подтопления, произошло несколько крупных сражений между инками и армией человеческих сервомеханизмов, пытавшихся остановить вторжение. В итоге большая часть боевых машин попала под контркибернетические удары и осталась ветшать под открытым небом. Позже, после подрыва дамбы водохранилища, эти территории затопило, а когда вода ушла, многие сервы, постепенно преодолев сбой, восстановили функции и продолжили выполнение боевых задач. То есть, к югу от болот можно запросто нарваться на группы машин, действующих в автономном режиме.

Во-вторых, в пустоши не сохранилось никакой инфраструктуры, а идти по глубоким промытым водой оврагам — не лучший из вариантов. Там множество удобных мест для засад.

В-третьих, на безжизненной равнине не найдешь ни воды, ни пищи. Так же под большим сомнением была сама возможность скрытного перемещения, ведь именно там кочуют орды «ветхих».

— О чем задумался, Зверь? — Упырь присел рядом.

Непривычное обращение.

— Маршрут на юг пытаюсь проложить.

— Получается?

— Думаю придется идти к старой электростанции, а уже от нее поворачивать к побережью, — он набросал цепочку маркеров на отдельном слое карты. — Почему передал управление Сипу? И кто за пулеметом?

— Сипа надо постоянно держать при деле, иначе начнет рефлексировать. А турель у меня на канале телеметрии.

— Что думаешь по поводу маршрута?

— Знать бы кто держит электростанцию? — мнемотехник с сомнением рассматривал цепь расставленных Игнатом маркеров. — Я там ни разу не бывал.

— А другие репликанты?

— Тоже. Сотня километров по болотам — не шутка. У нас за спиной целый мегаполис был, не забывай. Кто станет по трясинам мыкаться, когда все необходимое можно найти в руинах мегакварталов? По трассе оно, конечно, быстрее, но и заметнее, согласись? И вообще, давай дождемся информации от зонда, прежде чем маршрут чертить.

— Ладно, — Игнат свернул слой карты.

Путь до островка прошел без осложнений.

Эта часть болот считалась относительно безопасной. В округе властвовала дикая природа, и лишь признаки деятельности сервов из ближайшего механического муравейника изредка попадались на глаза. В основном в виде ржавых обломков различных машин, ободранных, что называется «до нитки». Сервы демонтировали с них все, начиная от оборудования и заканчивая обшивкой.

— Почему они каркасы не забирают? — спросил Игнат, когда катер разминулся с очередной ржавой металлоконструкцией.

— Возни много, а металл негодный, — со знанием дела ответил Упырь. — Запомни, поведение машин основано на рационализме и максимальной эффективности. Они мыслят иначе, чем люди или репликанты. У серва никогда не возникнет желания: «возьму, авось пригодится». Он четко различает ценность ресурса. Понимает, какие детали непременно пойдут в дело, а какие так и останутся хламом. Кстати, в бою механизмы придерживаются схожей парадигмы. Никогда не станут обрабатывать тебя из плазмогенераторов, если у них на вооружении есть стрелковые комплексы.

— Почему?

— Ну, ты ведь не планетарный танк. Усвоил?

Игнат кивнул. Между прочим, ценная информация.

— А мы? — спросил Сип, прислушивавшийся к их разговору.

— У нас человеческий образ мышления. Репликанты лишь на ранних стадиях демонстрируют элементы машинной логики, но эта черта быстро стирается, в основном под напором пробуждающихся эмоций.

Вспомнив первые дни своего существования, Игнат мысленно согласился с Упырем. Так и есть. Сначала он выживал, не делая лишних телодвижений. Да и поступками руководили лишь наиболее важные жизненные потребности. Но стоило осознать себя, как все резко усложнилось, словно в каждой точке принятия решений вероятности начинали ветвиться…

За изгибом протоки показался знакомый берег.

— Обойдем с юга, там обрыв сходит оползнем и есть старый причал.

Катер пришвартовали к прямоугольной бетонной отливке, наполовину вросшей в глинистый склон.

Сип первым спрыгнул на берег, ловко вскарабкался выше по склону, притаился в заросшей кустарником траншее, контролируя окрестности.

— Чисто, — пришел его доклад.

Игнат последовал за ним. Последним поднялся Упырь.

Невнятно шумели кроны деревьев, ветер гнал по поверхности искусственного пруда легкую рябь. Вот только андроиды исчезли. Наверняка сервы прибрали. Остался лишь опаленный круг на месте взрыва энергоблока, да всякий хлам, вытряхнутый из кофров еще Игнатом.

— Неплохое место, — мнемотехник пристально осматривался. — Можем обосноваться тут на некоторое время. По меньшей мере надо осмотреть казематы, думаю они еще пригодятся в будущем.

— Бункер затоплен, разве не видишь?

— Вижу затопленную позицию и следы обстрела, — ответил Упырь. — Ливневка наверняка забита всяким мусором. Серьезного боя тут не было. Значит, бункер цел.

— Думаешь внутри нет воды? — с сомнением спросил Игнат.

— Практически уверен.

— А как очистить ливневые колодцы?

— Никак. Пусть все остается по-прежнему. Лучшей маскировки и не придумаешь.

— А куда делось орудие? — поинтересовался Сип.

— Все, что возвышалось над водой, наверняка разобрали сервы. К счастью, они избегают дайвинга. Не предназначены для этого.

— Нырнем в бронескафандрах? — с сомнением спросил Игнат.

— Да, — коротко ответил Упырь.

— Но вода зальет бункер, как только мы вскроем вход!

— Не спорь. Я знаю, что делаю, — мнемотехник шагнул в воду и скрылся в ее толще, лишь пузыри вскипели.

Сип, недолго думая, с плеском ушел вслед за ним, а Игнат медлил, тщательно проверяя герметизацию экипировки. Воспоминания о жадной трясине, едва не оборвавшей его бездумное путешествие, вдруг остро напомнили о себе.

Зачем-то задержав дыхание, он все же нырнул вслед за остальными.