Андрей Ланиус – Невероятно? Но факт! (страница 1)
Андрей Ланиус
Невероятно? Но факт!
Раздел Таинственное
В учебниках физики, в той главе, где идет речь о явлении механического резонанса, приводится наглядный пример, когда под строем марширующих солдат рухнул прочный мост. Следует пояснение, что в те времена военные еще не знали, что четкий, ритмичный шаг многих людей вызывает гармонические колебания, которые могут совпасть по своей частоте с собственными колебаниями моста и привести к катастрофе. Но позднее, мол, во всех армиях мира установился порядок, согласно которому офицеры, ведущие колонну, на подходе к любому мосту отдают своим подчиненным команду шагать не в ногу, вразнобой.
Случай, попавший в учебники физики, произошел в Петербурге около полудня 2 февраля 1905 года (по старому стилю). Действительно, при движении колонны военнослужащих на глазах десятков изумленных очевидцев обрушился цепной Египетский мост, соединявший берега Фонтанки поблизости Суворовских бань (на этом месте сейчас находится гостиница Советская).
Однако конкретные обстоятельства этого происшествия по-прежнему ставят много вопросов.
Начать с того, что по мосту двигались не марширующие солдаты, а кавалеристы 3-его эскадрона лейб-гвардии Конно-гренадерского полка, выполняя полученный накануне приказ покинуть столичные казармы и направиться в Петергоф, к месту своего постоянного расквартирования. Причем, в момент обрушения два первых взвода уже вышли на противоположный берег Фонтанки, а взвод, двигавшийся в арьергарде, еще не полностью вступил на мост. На мосту фактически находилось порядка пятидесяти всадников. Навстречу им, по противоположной стороне моста катили несколько легковых экипажей и две-три груженые телеги. Сомнительно, чтобы эта сравнительно немногочисленная группа всадников и извозчиков, двигавшихся в разных направлениях, могла бы стать источником гармонических колебаний, приведших к катастрофе.
Что касается самого моста, то это было весьма основательное сооружение, ведущее к Балтийскому вокзалу. Движение здесь не прекращалось ни днем, ни ночью, через мост то и дело тянулись длинные вереницы телег, груженных камнем и железом, а также экипажи, всадники и пешеходы. Городская управа следила за исправностью моста, последний раз его капитально ремонтировали осенью 1901 года, то есть, менее чем за три с половиной года до обрушения.
Все участники и свидетели этого ЧП (многие десятки горожан) говорили позднее примерно одно и то же. Вдруг раздался громкий треск, по сооружению зазмеились ветвистые трещины, и в какое-то мгновение мост развалился на куски по всей своей длине, будто разорванный изнутри какой-то чудовищной силой, рухнув вниз вместе со всеми, кто на нем находился. Под тяжестью каменных обломков провалился лед. Люди и лошади очутились в студеной воде, среди ледяного крошева и тонущих телег. От моста же остались лишь береговые башенные устои со свисающими обрывками массивных чугунных цепей да загадочные сфинксы – творение известного скульптора Павла Соколова.
Но ведь если бы катастрофу вызвало явление механического резонанса, то непосредственно перед моментом обрушения должны были возникнуть сильнейшие вибрации, которые, в свою очередь, не могли бы не встревожить людей и лошадей, находившихся на мосту. Но и гренадеры, и животные до последнего момента вели себя спокойно. Всё произошло стремительно. Лошади испуганно заржали, лишь оказавшись в ледяной воде.
По счастью, катастрофа произошла в людном месте. На помощь попавшим в беду первыми бросились случайные прохожие. Вскоре к ним присоединились служащие расположенного на набережной окружного Инженерного управления, а еще через пять минут прибыли пожарные.
Спасательная операция продолжалась менее часа. Никто из 55 невольных пленников ледяной купели серьезно не пострадал. Вытащенных из воды людей окрестные жители уводили к себе домой, переодевали в сухую одежду, отпаивали горячим чаем. Были спасены и почти все лошади, кроме одной, которая всё-таки захлебнулась, да еще двух пришлось пристрелить, так как при падении они сломали ноги.
Ученые объясняли произошедшее явлением резонанса. Позднее именно эта версия и вошла во все учебники физики. Правда, авторы немного слукавили. Понимая, что небольшая группа всадников плохо вписывается в теорию резонанса, авторы учебников сочинили полк марширующих солдат.
Но что же действительно могло произойти в тот день над замерзшей Фонтанкой?
За полтора года до этой катастрофы Петербург был потрясен другим загадочным событием.
Вскоре после полудня 12 июня 1903 года в своей домашней лаборатории, в доме по улице Жуковского, 37, в квартире на пятом этаже был найден мертвым известный ученый д-р М.М.Филиппов, публично объявивший накануне о создании им оружия страшной разрушительной силы.
Вечером Михаил Михайлович предупредил домашних, что будет работать допоздна и попросил разбудить его ровно в полдень.
Однако в назначенный час на стук профессор не отозвался. Поскольку дверь в кабинет была заперта изнутри, то замок пришлось взломать. Бездыханный Филиппов покоился в глубоком кресле (по другой версии – лежал на полу в луже крови). Мертв он был уже несколько часов. Окно кабинета, выходившее на улицу, было распахнуто настежь. На рабочем столе громоздилась некая установка, подключенная к электрической схеме. Рядом лежала записка технического содержания.
Домочадцы профессора еще не успели придти в себя от жуткой картины, как в квартиру нагрянула полиция, тут же приступившая к скрупулезному обыску. Сыщики даже сдирали обои и прощупывали обшивку мягкой мебели. Все бумаги, на которых рукой профессора была записана хотя бы одна фраза, они откладывали в сторону, дав понять, что намерены забрать их с собой.
В ходе обыска произошел инцидент, породивший позднее волну самых фантастических слухов. Один из сыщиков, намереваясь разобрать электрическую схему, передвинул какой-то прибор на лабораторном столе.
Буквально через секунду в районе Большой Охты раздался тугой звук, похожий на раскат грома. Но в небе не было ни облачка. Кто-то из полицейских предположил, что взлетел на воздух пороховой погреб на Пороховых. Однако вскоре разнеслась весть, что взорвался каменный флигель на Большеохтинском проспекте.
Очевидцы рассказывали, что ни с того ни с сего послышался страшный треск, по стене флигеля пробежали трещины, затем всё стало рушиться и, наконец, из-под развалин вырвались громадные языки пламени. Жертвами трагедии стали два человека.
Столь странное совпадение, ставшее достоянием гласности, заставило по-новому осмыслить заявление, сделанное профессором накануне его загадочной гибели.
Речь идет о письме, которое д-р Филиппов отправил в редакцию газеты Санкт-Петербургские ведомости 11-го июня. В нем он, в частности, писал:
(Примерно такой же прекраснодушной логикой руководствовались десятилетия спустя отцы-создатели атомной бомбы.)
Появились слухи, будто Филиппов изобрел аппарат, испускающий «дьявольские» лучи, и уже тайно испытал его на пустынном берегу Финского залива в районе города Териоки (нынешний Зеленогорск). Именно этот аппарат был якобы установлен на лабораторном столе и в ту роковую ночь. Кто-то вычислил, что прямая линия от окна профессорской лаборатории до взорвавшегося на Охте дома не встречает на своем пути препятствий. То есть, «дьявольские» лучи мог по чистой случайности выпустить на волю полицейский агент, неосторожно коснувшись аппарата, секрет обращения с которым был ведом лишь д-ру Филиппову.
Полиция хранила молчание. Однако позднее просочились сведения, что все рукописи и заметки ученого, а также научные приборы, взятые из его кабинета, были уничтожены. Но перед этим с ними якобы ознакомились эксперты, давшие заключение, что Филиппов действительно открыл секрет взрывов на расстоянии.
По другим источникам, в руки полиции попало не всё.
Накануне трагедии один из сотрудников «Научного обозрения», публицист Финн-Енотаевский унес рукопись ученого к себе домой будто бы по просьбе самого Филиппова, поручившего тому снять копию. Но уже на следующий день, узнав о загадочной смерти профессора, сотрудник сжег полученные записи. Почему?! Опасался, мол, обыска. Эта ниточка тоже обрывается
Но все исследователи так или иначе сходятся в том, что творческое наследие ученого исчезло бесследно.
Профессор Филиппов был, безусловно, яркой личностью. Философ, экономист, математик, химик-экспериментатор, а еще – переводчик и литератор, чьим романом «Осажденный Севастополь» в один голос восхищались Л.Толстой и М.Горький
В 1894 году Филиппов основал первый в России научно-философский и литературный журнал Научное обозрение и сам же стал его издателем и редактором. Об уровне издания говорит тот факт, что печататься в журнале считали честью самые именитые ученые того времени: химики Д.И.Менделеев и Бекетов, психиатр и психолог Бехтерев, астроном Глазенап Именно Филиппов первым открыл миру скромного учителя из Калуги Циолковского. В частности, в последнем, майском, номере журнала была опубликована знаменитая статья основоположника космонавтики Исследование мировых пространств реактивными приборами.