Андрей Ланиус – Бизнес-план убийства (страница 4)
С минуту мы просидели в молчании.
– Итак… вы согласны? – тихо спросила она.
– Я должен подумать. Позвоните мне завтра в это же время.
2. НЕТ НИЧЕГО ПРОЩЕ…
Собственно, размышлять тут было не о чем. В моей жизни, как нарочно, началась полоса финансовых трудностей, и я готов был взяться за любую работу, если только она не вступала в антагонистическое противоречие с Уголовным кодексом.
Единственное, что смущало меня в предложении Шестоперовой, это чрезвычайная простота заказа. Никогда еще мне не выпадало столь непыльной работенки. Все же я не кинозвезда, чтобы за меня работало мое имя.
Возникало логичное предположение, что здесь что-то не так, что Шестоперова чего-то не договаривает, хотя мотивы ее побуждений казались очевидными.
Поэтому, прежде чем дать ответ, я решил проверить полученные сведения по своим каналам. Не то чтобы Шестоперова, эта элегантная женщина, вызвала у меня какие-либо подозрения. Просто она сама могла не знать некоторых важных обстоятельств происходящего или же трактовать их в ином ключе. Тем более что в этой истории фигурировал – пускай и на дальнем плане – хорошо известный мне господин Нектаров…
Невольно я перенесся мыслями на год назад.
Как раз в тот период над головой крупного питерского коммерсанта Михаила Нектарова начали сгущаться грозовые тучи. Поговаривали, что один из его помощников, некто Т., активно сотрудничает с прокуратурой и уже начал давать показания против своего босса. И вот однажды вечером этого самого Т. находят мертвым в его собственном автомобиле. Отравление весьма необычным ядом! Причем многочисленные улики указывали непосредственно на Нектарова, который в тот же день был задержан и препровожден в следственный изолятор.
Через своего адвоката коммерсант развил бурную деятельность. В частности, обратился к бывшему школьному приятелю, занимавшему крупный пост в городской администрации. Полагаю, административный туз даже на ноготь не верил в невиновность Нектарова, однако и отказать в помощи человеку, с которым сидел когда-то за одной партой, он тоже не мог. Поэтому туз принял соломоново решение: поручил некоему юристу создать видимость усилий по спасению коммерсанта, угодившего в жернова правосудия.
Видимо, вы уже догадались, что этим юристом-громоотводом стал я.
На целый месяц пришлось с головой окунуться в ситуацию вокруг господина Нектарова. Сказать по правде, это был прирожденный мошенник, законченный взяточник, вор и казнокрад высшей пробы, по которому плакала тюрьма. Но в отравлении своего помощника Т. он не был виновен ни на йоту – такой вот оказался вывод! То есть, не исключаю, что Нектаров всерьез подумывал о том, как бы навсегда заткнуть рот опасному свидетелю, но его опередил маньяк-отравитель по прозвищу Грибник, на счету которого было уже не менее полудюжины других жертв. Мне удалось вычислить этого
С другой стороны, следствие совершило непростительную ошибку, выстроив линию обвинения против Нектарова лишь на основе факта отравления его помощника.
Они решили, что так будет проще, и просчитались.
Изобличение Грибника плюс грамотная атака команды прожженных адвокатов не оставили от обвинения камня на камне. Нектаров был оправдан по всем статьям. Что называется, вышел гусь сухим из воды.
Прежде всего, он устроил шумное шоу, призванное напомнить деловому Петербургу, что Михаил Нектаров – честный, скромный и добропорядочный негоциант. В частности, в программе увеселений значилась ночная прогулка по Неве, на которую я получил от него персональное приглашение. Я согласился только из желания увидеть процесс разводки мостов, а также полагая, что плавать мы будем на небольшом катере.
Оказывается, я так и не понял всей широты натуры господина Нектарова. Он зафрахтовал целый теплоход, куда пригласил не менее двух сотен гостей, не считая журналистов и музыкантов. Столы были накрыты по высшему разряду, и практически каждый второй тост Нектаров провозглашал в мою честь.
Как теперь выясняется, среди гостей находились и совладельцы фирмы “Шевалье” с женами. Правда, сейчас я не мог бы вспомнить ни одного лица. В памяти остались лишь блестки на волнах, усталость, испорченное настроение. Но вполне допускаю, что какая-то часть гостей могла отнестись к моей роли в судьбе Нектарова с повышенным вниманием. Все же они были его вассалами, а он – их сеньором.
Разумеется, он пел мне дифирамбы вовсе не в знак признания каких-либо моих заслуг. Для него это было еще одним средством публично напомнить собравшимся о собственной невиновности, чтобы не сказать – святости. Получив с моей раздачи джокер, этот махровый шулер умело пользовался им до сих пор, гребя отовсюду без зазрения совести.
Итак, совладельцы фирмы “Шевалье” – вассалы господина Нектарова. Не случайно же Шестоперова во время нашей беседы уважительно упомянула его имя не менее десятка раз…
Я сформулировал ряд вопросов и переадресовал их Н.Н. – своему информатору-хакеру, который, не выходя из дома, но располагая при этом безграничным банком данных, снабжал меня разнообразными сведениями за сравнительно небольшую плату.
Ответ не заставил себя долго ждать и не принес особых неожиданностей.
Мне уже было известно, что Нектаров еще в прежние времена занимал важный пост в одном из районов города. Но теперь выяснилось, что Шестоперов был у него завотделом, а Вздорин и Кроваль входили в когорту комсомольских вожаков того же района. Словом, эти ребята давно находились в одной связке, хотя и тогда, и сейчас занимали места на разных ступенях иерархической лестницы. Нектаров, понятно, оторвал кусок пожирнее, но и те не остались с пустым карманом. Фирма “Шевалье” дает стабильный доход, имеет наработанные связи… Охотно допускаю, что Нектаров расхваливал меня перед своими вассалами по изложенной выше причине. Наверняка, у тех что-то отложилось в памяти. Вот почему Шестоперова и решила обратиться именно ко мне.
Я знал также, что Нектаров, при всей своей многоопытности и хитрости, не обладает тем, что принято называть внутренним кодексом чести, который присущ даже ворам в законе. Человека, доверившегося ему, он мог – при определенном стечении обстоятельств – легко смешать с грязью. Оттого-то Шестоперова не пошла к нему за помощью. Совладельцы фирмы тоже не пошли. Никто из них не горел желанием оказаться в роли козла отпущения.
Вот что еще сообщил мне мой информатор.
Эдуард Кроваль действительно развелся в прошлом году с бывшей женой Жанной Анатольевной, девичья фамилия Ворохова, и сочетался новым браком со своей сотрудницей Ириной Игоревной Токмаковой, двадцати четырех лет. Причем новоиспеченные супруги подписали брачный контракт.
Жмырев Сергей Николаевич к уголовной ответственности не привлекался. Служил в ВДВ. Имеет постоянную питерскую прописку. Похоже, однако, что в течение длительного периода, порядка восьми лет, он появляется в городе только эпизодически. В списках налогоплательщиков его фамилия впервые промелькнула лишь прошлой осенью, когда он устроился охранником в кафе на Петроградской стороне. С мая нынешнего года Жмырев – водитель фирмы “Шевалье”.
В мае же Константин Вздорин купил в оружейном магазине на Московском проспекте короткоствольный газобаллонный пневматический пистолет, на приобретение которого не требуется специального разрешения МВД.
Дотошный Н.Н. сумел даже извлечь из небытия прошлогодний список гостей, приглашенных на борт того самого теплохода. В списке значились все три совладельца фирмы “Шевалье”. С женами. Кроваля ждали, естественно, с его тогдашней женой Жанной.
Словом, все, о чем говорила мне Шестоперова, подтвердилось с точностью до мелочей. Вдобавок погоду на выходные дни обещали солнечную.
Когда Шестоперова перезвонила, я ответил, что возражений не имею.
* * *
Мы встретились с ней в том же кафе.
Она принесла деньги. Сразу и все
Я растолковал ей, что заказы так не оплачиваются. Сначала аванс, а остаток – после завершения акции.
Она ответила, что настолько доверяет мне, что не видит смысла в подобном делении суммы.
Я все же посоветовал ей всегда придерживаться установленных правил и взял только аванс.
Затем мы обсудили ряд практических деталей.
Шестоперова подтвердила, что поездка намечена на субботнее утро. На месте они будут предположительно около полудня. Затем виновато пожаловалась:
– Я так и не придумала, как же внедрить вас в нашу компанию, чтобы все выглядело естественно и правдоподобно.
– Это моя забота, – я поспешил успокоить ее.
– Но я могу узнать о ваших планах?
– Разумеется. Я выеду в Карповку с таким расчетом, чтобы оказаться там в пятницу вечером, а поселюсь в известном вам пансионате.
– Не получится! – с огорчением вздохнула Шестоперова. – Груздев, администратор лагеря, вас не поселит. Он ведь предупрежден о нашем мероприятии. Понимаете, мы ему немного доплачиваем, а он, ради нашего покоя, отваживает от лагеря посторонних.
– Ничего страшного. Остановлюсь у кого-нибудь из местных.
В ее глазах вдруг заплясали веселые зайчики:
– Постойте! Идея! То, что нужно! В Карповке, недалеко от сельмага, живет Афанасий Петрович – дедушка Жанны.