Андрей Кудин – Русско-болгарские отношения от хана Кубрата до совместных полетов в космос (страница 7)
Волжские булгары, зная плачевное состояние монгольских войск, устроили им засаду у бродов через Волгу. В «Истории Татарской АССР» (Казань, 1973) это сражение описывается так: «Осенью 1223 булгары встали против монголов, устроили в нескольких местах засады… окружили со всех сторон и почти всех уничтожили». В этой битве армия Чингисхана, под руководством прославленных полководцев Субудай-багатура и Джэбе-нойона, потерпела свое единственное сокрушительное поражение. Сам Чингисхан участия в походе на запад 1222–1223 гг. не принимал. Через несколько лет после этого (в 1227 году) он умер.
Монголы восстанавливали свою армию почти 10 лет, прежде чем наказать волжских булгар. И в 1236 году наследникам хана удалось захватить Биляр, а в 1240 году – покорить и всю Волжскую Булгарию.
…Следующие два столетия бывшие земли Волжской Булгарии существовали как часть Золотой Орды, а с 1438 по 1552 гг. – как самостоятельное Казанское ханство. В 1552 году Иван Грозный с третьей попытки взял Казань и окончательно подчинил казанских татар, в чьих жилах большая доля крови волжских булгар. Далекое эхо тех событий сохранилось в полном титуле Ивана Грозного – в словах «…Великий князь… Болгарский»…
Глава 4. Лев Толстой и Владимир Ульянов поддерживали стремление потомков волжских булгар к автономии
В общей истории Болгарии и России есть немало белых пятен. Одно из них – слабо исследованная пока борьба волжских булгар за свою идентичность в царской Казанской губернии и позже – в советском Татарстане. Идеи воссоздания булгарской автономии в Среднем Поволжье активно продвигались с середины XIX до первой трети XX века.
Мало кто знает, что этим устремлениям симпатизировал и великий русский писатель Лев Николаевич Толстой. Он даже финансово поддерживал булгар. Сохранилось несколько документов о его встречах с лидерами булгар в Ясной Поляне. Неизвестно, правда, каковы были контакты с булгарами раньше, когда молодой Толстой жил и учился в Казани. Информация о том, как и когда он познакомился с носителями идей национально-религиозного движения волжских булгар-мусульман, отсутствует.
Само же движение зародилось в первой половине XIX века и формировалось во времена реформ императора Александра II. Тогда в русском обществе возникли сильные брожения в разных концах империи, включая и Казанскую губернию. В Среднем Поволжье объявились люди, определяющие себя не татарами, а потомками волжских булгар.
Их лидером был Багаутдин Ваисов – поэт, философ и религиозный деятель, основоположник булгаризма – мусульманской идеологии, одним из центральных положений которой являлось «возрождение булгарской идентичности и булгарской государственности». Багаутдин родился в 1810 году в деревне Мулла Иле Свияжского уезда Казанской губернии и являлся потомком известного булгарского рода. В 1840-е годы Ваисов начал создавать комитеты национального самоопределения булгар и его последователи объединились в движение, которое стало называться ваисовским.
В то время (как и сегодня) основной коренной этнос Казани называли татарами, но в его среде было немало и тех, кто именовал себя древним этнонимом «булгары».
В период с 1844 по 1847 гг. будущий писатель являлся студентом Казанского университета, куда был принят еще 15-летним юношей.
Корни Льва Николаевича Толстого прочно связаны с этим городом. Его дед, Илья Андреевич, был губернатором Казани, а отец, Николай Ильич Толстой, прожил там долгие годы, прежде чем переехать в Ясную Поляну, в имение своей жены. В 1840 году, после смерти отца, 11-летний Левушка с братьями и сестрой был отправлен под опекунство родной тетки в Казань. В те годы среди населения 40-тысячного города численно преобладали татары (читай, потомки волжских булгар), а партия Ваисова уже вполне оформилась как заметное общественное явление.
В то время, когда будущий классик русской литературы жил в Казани, движение волжских булгар все сильнее набирало обороты, но произошло ли уже тогда знакомство писателя с ваисовцами, неизвестно. Эта тема еще ждет своих будущих кропотливых исследователей казанских архивов, и в частности университетского.
В 1862 г. в городе была создана община, которая получила название «Ваисовка». Она объединяла волжских булгар. Все они отказались от своих русских паспортов и получили личные карты булгарской общины, в которых было написано «Аль Булгари» («Из Булгарии»). Их целью было восстановление государства предков. При этом, повторимся, ваисовское движение было глубоко религиозным мусульманским суфийским движением, выступавшим за очищение ислама и возврат к идеализируемым образцам дотатарской Волжской Булгарии.
В 1862 году Багаутдин Ваисов открыл в Казани Булгарскую духовную академию. В дальнейшем при этом центре действовали мектеб (школа) для детей, училище «Булгария», типография и штаб-квартира движения – т. н. Центральное духовное управление мусульман всего мира, первая мусульманская публичная библиотека «Сад, или Цветник Знаний». Татарский поэт Габдулла Тукай посвятил этой академии свое стихотворение «В саду знаний»:
По свидетельству Ибрагима бин Зайнуллы Аль Булгари, «у Багаутдина Ваисова были документы, из которых видно было, что отец его был потомком пророка Мухаммеда, а мать происходила из рода булгарских ханов. Эти документы теперь утрачены, так как в 1881 г. молитвенный дом Багаутдина Ваисова подвергся разорению, и все документы и другое имущество было захвачено полицией».
Царские власти и раньше замечали в ваисовском движении угрозу сепаратизма, но жесткие меры в его отношении приняли лишь в 80-е годы XIX века, когда ваисовцы организовали в Казанской губернии несколько крупных крестьянских восстаний.
Восстания подавлялись не только царскими жандармами, но и при помощи официальных лидеров татарского мусульманского духовенства. В телеграмме от 6 декабря 1878 года начальника Казанского губернского жандармского управления указано: «Духовенство магометанское вело себя преданно и благоразумно, сами муллы указали на подстрекателей беспорядка…»
После подавления волнений среди членов ваисовской общины были проведены массовые аресты. Многих отправили в ссылку в Сибирь. А ее лидер Багаутдин Ваисов в 1884 году был насильно помещен в Казанскую психиатрическую лечебницу, где и скончался в 1893 году
Освободительное движение волжских булгар позже возглавит сын Багаутдина – Сардар (Гайнан) Ваисов. Ненадолго – практически сразу его арестуют и сошлют на каторгу. В те годы Сардар и начинает свою переписку с уже известным русским писателем Львом Толстым.
Лишь в 1906 году булгарский лидер освобождается и возвращается в Казань, где восстанавливает политическую партию волжских булгар «Фиркаи Наджия» («Партия избавления») и Булгарскую духовную академию. Цели организации те же, что и раньше: она борется за восстановление в перспективе Волжской Булгарии. За короткое время членами «Фиркаи Наджия» становятся около 60 000 человек!
В начале 1909 года Толстой приглашает Сардара Ваисова к себе в Ясную Поляну.
Трехдневное (с 11 по 13 февраля) пребывание Сардара в гостях у Толстого подробно описано помощником и личным врачом писателя Д.П. Маковицким в «Яснополянских записках». Он описывает Ваисова так: «…около 38 лет, красивый, спокойное лицо с красивыми зубами и черной бородой, в очках, бледный. Когда сидит, немного качается из стороны в сторону. Простой, скромный, но не застенчивый. По-русски бегло, свободно выражается, но с ошибками в речи… Л.Н. (Лев Николаевич. –
Между Ваисовым и Толстым состоялся долгий разговор о Казани. Писатель вспомнил, как учился там, вспомнили общих знакомых среди волжских булгар в городе. Льва Николаевича очень интересовали духовные корни ваисовского движения. «Их разговор затрагивал вопросы исламской веры, и в этом случае Толстой показал Ваисову блестящее знание Корана», – отмечает Маковицкий.
Сардар Ваисов уточнил, что целью их движения является не столько реформирование ислама, сколько глубокие политические и социально-экономические реформы внутри общества булгар-мусульман в России. Это смутило Льва Толстого, который ожидал, что ваисовцы – религиозные реформаторы. Но когда писатель ознакомился с подробностями, «он исполнился состраданием к национальным и социальным проблемам булгар».
На прощание Толстой пожелал: «Распространяйте свою веру, растите, процветайте, всем сердцем желаю вам успеха». Ваисов же предупредил, что, может, и не будет другой встречи из-за ожидаемых погромов «Фиркаи Наджия» в Казани.
Опасения сбылись. Вскоре после его возвращения в Казань начались аресты среди ваисовцев. Толстой отправляет Сардару финансовую помощь для восстановления академии и сочувственное письмо. В нем он поддерживает дело булгарина и подтверждает свои теплые чувства к движению ваисовцев.