Андрей Кудин – Русско-болгарские отношения от хана Кубрата до совместных полетов в космос (страница 21)
Этот космополитизм исходит от апостола Павла и миссий святых братьев Кирилла и Мефодия. Он читается и в эпитафии на могиле Григория Цамблака в монастыре Нямц: «Тырнова родило его, Афон вырастил его, Киев принял его как пастыря, и здесь он обрел покой…»
Глава 15. Как Пушкин ввел Кирджали и Индже-воеводу в русскую литературу
Казалось бы, литературное наследие Пушкина общеизвестно. Но мало кто знает, что Александр Сергеевич касался в своем творчестве и болгарской темы. Сохранился черновик начала поэмы «Кирджали» (1828 год). В этом фрагменте поэт описывает болгарское селение в Южной Бессарабии:
В 1834 году Пушкин осуществил свой давний замысел, но уже в прозе. Он написал повесть «Кирджали», в которой от первого лица рассказывает о гайдуке Кирджали. Болгарин по национальности, он был известным на всю Молдавию разбойником. Воевал против турок в отряде генерала Ипсиланти и участвовал в битве под Скулянами. После отступления был арестован русскими и выдан туркам. Его бросили в тюрьму, однако Кирджали сумел сбежать и продолжил разбойничать близ Ясс.
Из изложения видно, что автор относится с нескрываемой симпатией к своему герою. Вообще слово «Кирджали» (болг. «кърджали») происходит от турецкого «kırcali» – разбойник, который действует в открытом поле. Сам же Пушкин в повести упоминает, что на турецком языке это означает «витязь, удалец».
Пушкин хорошо знал Кишинев со времен своей трехлетней ссылки в этом городе. Тогда болгары составляли треть его населения. Жили в основном в районе, который назывался Булгария. Поэт со своим другом Павлом Долгоруковым неоднократно бывали там.
Долгоруков писал в своем дневнике, что Александр Сергеевич обожал болгарские песни, которые по вечерам звучали в Булгарии. Две из них особенно впечатлили поэта. В них рассказывалось о жизни и смерти обаятельного гайдука Бимбаши Савы, предводителя повстанческого отряда.
Пушкин попросил перевести ему эти песни. А позже, вдохновленный фольклором болгар, создал образ легендарного гайдука, который защищает простых людей. Сам он так описывает своего героя:
«…Черты смуглого лица были правильны и суровы. Он был высокого росту, широкоплеч, и вообще в нем изображалась необыкновенная физическая сила. Пестрая чалма наискось покрывала его голову, широкий пояс обхватывал тонкую поясницу; доломан из толстого синего сукна, широкие складки рубахи, падающие выше колен, и красивые туфли составляли остальной его наряд. Вид его был горд и спокоен».
Видимо, болгарский Робин Гуд был довольно известен в Кишиневе, раз сумел попасть в фольклор. Он произвел впечатление и на 20-летнего поэта. «Кирджали своими разбоями наводил ужас на всю Молдавию», – дополняет описание Пушкин. Бесстрашный и находчивый, умелый в боевых искусствах, Кирджали – доблестный воин, но также беспощадный разбойник. Без угрызений совести он убивает турок, а если придется – и соотечественников.
Лирик Пушкин создает романтичного, но реалистичного героя. В его образ поэт вплетает судьбы тысяч болгар, вынужденных бежать со своей порабощенной родины в Южную Бессарабию. Нужно отметить, что это было не просто стихийное бегство отчаявшихся людей, а результат целенаправленной стратегии Российской империи по переселению туда болгар («задунайских выходцев», как они именовались в ряде документов). В новых русских землях жестокий разбойник бросает оружие, прекращает грабежи и ладит с соседями.
Гайдук ведет себя достойно, даже когда из-за международного соглашения он был передан русской администрацией туркам. Приговоренный к жестокой казни, он был брошен в строго охраняемое подземелье. Но обманывает стражу, пообещав, что покажет место, где спрятан горшок с золотом. Те попадаются на его удочку, и Кирджали удается бежать.
«Кирджали ныне разбойничает около Ясс. Недавно писал он господарю, требуя от него пяти тысяч левов и грозясь, в случае неисправности в платеже, зажечь Яссы и добраться до самого господаря. Пять тысяч левов были ему доставлены», – пишет Пушкин, восхищенный дерзостью болгарина, и восклицает: «Каков Кирджали?»
По этому вопросу и по сей день идут споры. Очевидно, что сосланный в Кишинев поэт берет свои образы из числа участников восстания против турок в княжестве Валахия, которое продолжалось до 1829 года. Его предводителями были несколько человек. Сава Бимбаши и Индже-воевода возглавляли болгарских повстанцев, Александр Ипсиланти – греческих, а Тудор Владимиреску – валашских.
Кто из болгар – Сава Бимбаши или Индже-воевода – герой Пушкина? Большинство историков склоняются к версии, что поэт изобразил легендарного Индже-воеводу. Он нападал на турецкие и болгарские деревни, убивал и турок, и болгар. Иногда все забирал. Иногда отдавал награбленное бедным.
В 1806 году он идет со своей дружиной в Яссы. Участвует в Русско-турецкой войне 1806–1812 гг. Был командиром охраны в княжеском дворце. член «Филики Этерия» – греческого общества борьбы за независимость от османского ига (в нем могли состоять и отдельные представители других балканских народов). Женат на болгарке Екатерине из Ясс. Погиб в битве с турками при Скулянах 17 июня 1821 года. Исследователи эпохи предполагают, что Индже-воевода действовал в Валахии под прозвищем Кирджали.
У героя Пушкина почти такая же биография – именно это дает основание многим исследователям считать, что его прообразом был Индже-воевода.
По мнению других историков, Пушкин списал своего героя с болгарского гайдука Георгия Кирджали. Его шайка грабила богачей от Днестра до Дуная в 20-е годы XIX века. Он был жестоким, но справедливым, помогал своим угнетенным соотечественникам.
Немало и тех, кто считает пушкинского Кирджали вымышленным или собирательным образом болгарских гайдуков. Возможно, прожив среди болгар в Кишиневе, поэт был вдохновлен народными бунтарями, поднявшимися против турецкого ига.
Пушкин создал обобщенный образ безжалостного, но благородного разбойника, который восстал не только против поработителей, но и против социального неравенства. Романтический образ бунтаря был широко распространен в то время и в России – Емельян Пугачев, Стенька Разин, Кудеяр…
Пушкин был одним из выразителей идей русского романтизма начала XIX века. Но в этот же временной период и другие русские авторы уделяли внимание болгарским персонажам. Обычно эти образы спроецированы на фон национально-освободительной борьбы, а также Русско-турецких войн за освобождение порабощенных славянских народов и в достаточной мере идеализированы.
В то время не существовало Болгарии как государства, но даже некоторые болгары-переселенцы участвовали в борьбе за освобождение своей отчизны. После каждой Русско-турецкой войны в Южную Бессарабию переселялись болгарские колонисты. Им помогало Российское государство. Их православная вера, близкий язык и общая с нами история не могли не вдохновлять российских литераторов.
Беллетрист П. Родивановский в 1832 году пишет повесть «Пленник», в которой представлены отношения, возникшие между красивой гречанкой и донским казаком. Болгары – их друзья, помогают влюбленным.
Два других автора – Владимир Даль (под псевдонимом Казак Луганский) и Александр Вельтман – добрые приятели Пушкина в кишиневской ссылке. В своем рассказе «Болгарка», опубликованном в 1837 году, Даль описывает печальную историю, случившуюся в Сливене во время Русско-турецкой войны. Главная героиня, красивая молодая болгарка, ухаживает за своим раненым женихом – болгарином, служившим в османской армии и порубленным саблей донского казака. Возникает классический любовный треугольник. Вспыхнувшее между болгаркой и казаком чувство приводит к необузданной ревности болгарина. История заканчивается трагически – гибелью девушки.
Повесть «Райна, королева Болгарская», написанная Александром Вельтманом в 1843 году, становится популярной в Болгарии. В ней говорится о любви между Райной, внучкой болгарского царя Симеона Великого, и киевским князем Святославом.
Болгарские образы в произведениях Пушкина, Даля и Вельтмана вызывают интерес русского общества к порабощенной Болгарии. Возможно, без них не было бы в русской литературе и образа болгарина Инсарова в романе Ивана Тургенева «Накануне».
Глава 16. Русский эмигрант открыл миру болгарское средневековое искусство
Холодным январским днем 1920 года варненский порт принял терпящий бедствие пассажирский пароход «София». Он чудом не затонул в бушующем море, хотя волны смыли часть его пассажиров. Это очередной пароход с эмигрантами из Одессы, бегущими из России, от Гражданской войны. Среди пассажиров – дочь остзейского барона Елизавета Притвиц (она была замужем за сенатором Н.С. Грабаром) и ее сын – молодой историк и искусствовед Андрей Грабар. Его младший брат Петр в то время был офицером армии Врангеля.