«Помогает заполучить поддержку местных властей, общин и других организаций». Не знаю, что за «другие организации», а вот «общины и местные власти» — это интересно. В голове тут же появляются мысли о возможности взять в аренду какой–нибудь огромный земельный участок. Сроком на девяносто девять лет и за три бакса в год. Или стать «соучастником» производства местного бренда саке на очень льготных условиях. Нечто подобное показывают в фильмах про американскую мафию, в которых круто замешаны профсоюзы, коррупция, банки, земли индейцев, автоматы Томсона… Последнее, пожалуй, нужно заменить на катаны. Кишки на потолке — вот это местные традиции, а не какие–то там, пулеплюйки…
Но, конечно, самое интересное из списка — «Льготы в налогах». «Правительство может предоставить специальные налоговые условия»… Это же просто офигеть, какой жирный бонус! Супер — мега–рояль, внезапно выскочивший из куста! Если его Императорское Величество дарует подобную милость, то я с превеликим удовольствие останусь жить в Ниппон. Сто сорок миллионов населения, второй в мире по размерам музыкальный рынок, налоговые льготы… Чё ещё нужно для счастья? Да собственно — ничего. Подозреваю, что после этого в моей жизни основной проблемой станет контроль за тем, как бы не спиться или не сторчаться от переизбытка денег и необязательности «пахать» каждый день. Но, думаю, сумею совладать с «проклятьем тёмной стороны» жизни знаменитости. Человек я деятельный, не ленивый, — смогу! Только вот каким образом получить эту «финансовую льготу»?
Задумываюсь, перебирая возможные варианты.
Самым реальным, на мой взгляд, выглядит просто взять и попросить. В кино, после того как главному герою вешают награду на грудь, наградивший щедро предлагает ему: «желай, чего хочешь!». И тот «желает». Но жизнь, увы, не кино. Совершенно без понятия, существует ли в Японии подобный красивый обычай? Если нет, то «главный» промолчит, не предложит, а я останусь с какой–нибудь фигнёй, вроде выплаты в полторы штуки баксов в год. Такое нам не надо… Наплевать на условности, и чётко, и ясно высказать свои «хотелки»? А если осудят? Скажут: «Невоспитанная, меркантильная, деревенщина! Фи, стыдоба, а не принцесса!»
Пфф… Оно вроде как бы и плевать, мало ли кто чего брякнет, но… Хочется, чтобы ЮнМи выглядела настоящей аристократкой, а не хабалкой с рынка, гребущей всё под себя в миг великой удачи. Может, орденом получится далее всю жизнь зарабатывать, как «неразменной купюрой»? Только для этого нужно будет всегда выглядеть высокородной штучкой, чтобы «срабатывало». И в первый же момент взять и спустить такую уникальную возможность, буквально в унитаз. Глупо выйдет…
… А с другой стороны, возможность — синица в небе, а правительственное решение, в виде документа с подписями и печатями, — верный крепкий журавль прямо на твоей крыше. Который гарантировано будет приносить деньги каждый день. К тому же, если посмотреть правде в глаза, — ну какая из меня «принцесса»? Так, одно недоразумение. Ничего не умею «по-великосветски», ничего не знаю и, если честно, знать не хочу. В королевских и аристократических семьях детей учат крутить интриги, начиная чуть ли не с пелёнок. И тут я к ним такой, в японский «калашныйряд», со своим российским менталитетом — драсти… Опозорюсь, засмеют. Лучше получить льготу и свалить подальше, чем вот это всё. Корпеть на личной делянке, копить копеечку и жить богато, не мотая себе нервы. Короче, нужно просить преференции. Далее получать гражданство Ниппон, становиться Великой японской музыкальной звездой и жить, занимаясь творчеством…
Итак, решено! Буду действовать согласно данному сценарию! А если не получится? «А если не получится», тогда и стану думать над другими вариантами. Нынче у меня два пути: самому выйти на императора Акихиро либо использовать для этого Акиро. Первый вариант я уже рассмотрел, а второй — мой японец совсем не дурак. Тут же смекнёт, — раз человек просит, значит для него это важно. Самый подходящий момент выкатить «встречныехотелки». Что он может пожелать? На ум приходит одно, совершенно мне неприемлемое. Всё остальное, к сожалению, у аристо уже есть. И замечательный план задействовать его, рушится, даже не начавшись… К тому же, только что сейчас пришла мысль: японец ведь не сказал, что мне «железно» гарантирован орден первой степени. Он предложил попросить, а дадут ли, совсем не факт. Скажешь императору о своих пожеланиях, а там никто даже и не думал о столь высокой награде. Решат обойтись чем–нибудь попроще, без привилегий. Ох и глупо же я буду выглядеть, когда побегу впереди паровоза! Позор, да и только.
Начать косплеить ведьму? Позвонить Айко, заявить, что я, мол, — великая и ужасная. И если она не сделает так, как я хочу, то… Чем может закончиться подобный шантаж? Скорее всего тем, что Японию мне придётся покинуть. Второй по величине мировой рынок музыки…
— Мульча, — пихаю я вбок задремавшую кошатину, — с чего вселенная так сложно устроена? Почему нельзя просто взять и получить то, чего хочешь? Обязательно должны быть какие–нибудь препятствия!
Кошатина никак не реагирует ни на тычок, ни на моё высказанное вслух негодование. Продолжает дрыхнуть самым наглым образом, когда я думаю, где взять денег для покупки тунца! Сволочь, а не «нэко–защитница»! Как обычно, придётся всё делать самому, и решения принимать, и расплачиваться за них.
А если всё–таки привлечь Акиро? Он явно лучше меня разбирается в придворных хитросплетениях. Хотя он уверял, будто поход в гости к его родителям был «просто так» и «ничего не значит», но очевидно, что это «ж–ж–ж» неспроста. Все эти подарки по утрам, поездки по VIP-бутикам и режим «великого благоденствия» для ЮнМи. Может пообещать ему, но потом, если захочет?
Моментом вспоминается подходящая к ситуации фраза из известного фильма.
А ведь «захочет», если получится! Японец — парень пробивной, похож в этом плане на судью Кригса. Что тогда делать? Расплачиваться? Блин, это слишком дорого! Налоговые льготы, конечно, очень нравятся, но не за такую же цену? Итак, как быть? Отказываться от затеи? М–мм… Может, не умничать, а просто взять и озвучить своё желание? Мол, хочу! Без всяких договорённостей и постоплат. Повести себя как онна-но-ко, балованная девчонка. И пусть Акиро«крутится», если у него имеются виды на будущее. Сделает — спасибо скажу, не сделает — ну и чёрт с ним, значит, не судьба. На своём горбу в рай въеду…
Наверное, так и поступлю. Известно, ведь, — «только нелюбимым приходится быть идеальными, любимым можно всё!» ЮнМи японцу нравится, поэтому, если она «отмочит корку», её стопроцентно должны «понять и простить»… И когда следует сообщить «потомку древнего рода» о возникшей у меня мечте? Завтра? Сегодня? При личной встрече или позвонить?
«Чем быстрее, тем лучше! — подумав, решаю я. — Кто его знает, в какое время суток Акиро выходит на связь с Хризантемовым троном? Может он с ним по ночам 'перестукивается»? Или чуть свет трезвонит? Лучше отправить текстовое сообщение. Тогда в глаза не придётся смотреть…
— Мульча, сгоняй за моим телефоном! — приказываю я.
Та, понятное дело, и ухом не повела.
«Да, это вам не Харуко–сан , — говорю сам себе, аккуратно отодвигая кошку, дабы встать с дивана и отправиться за девайсом. — И теперь у меня нет личного секретаря. Ну как — 'нет»? Моргнуть не успею — секрет сервис нового выдаст. Хорошо, если это будет девочка с обычной внешностью. Красивые меня отвлекают… А зачем мне — «обычная»? «Обычная» у меня уже есть — менеджер в «Gizo Studio»…
Так, Серёга, хватит о бабах думать! Давай, соображай, чего написать Акиро. Например, «Не будет ли любезен многоуважаемый джинн»… Не, не будет! Хотя бы просто потому, что юмора не поймёт. Может начать с угроз? «Если хочешь, чтобы я осталась в Японии навсегда, то пойди и принеси мне…»? Тогда придётся навеки остаться на островах, если «пойдёт и принесёт». Чёрт, просто головоломная ситуация! Жизнь всё учит и учит меня « хитрожопости», но никак не выучит. Постоянно трудности возникают, когда гибкость морали следует проявить. Ладно, возьму за основу стиль онна-но-ко. Центральная мысль — хочу льготный режим! Вот, стержень есть. Теперь на него нужно нанизать смысловых «красивостей»…
Время действия: примерно это же время
Место действия: один из токийских баров. Харуко–сан, одиноко сидя у стойки, грустно смотрит в экран своего телефона. Рядом с девушкой стоит бокал с алкоголем.
«Сенсация! — читает она заголовок местного, очень „желтушного“ интернет–издания. — Новое чудо Манеки–нэко! Принцесса Айко беременна наследником престола! Манеки–нэко поменяла пол младенцу! Праздник императорской семьи и японского народа!»
«Информация распространяется… — констатирует работница спецслужбы. — Причём, похоже на то, что СМИ уже располагают подтверждёнными фактами. Если бы у них были одни лишь слухи, заголовки были бы другие… и кто поверит, если рассказать, как буквально несколько часов назад волшебная Манеки–нэко призналась мне в любви, а после убежала вся в слезах?»
«Сумасшествие какое–то… — резюмирует Харуко, ещё раз прокрутив в голове недавнюю сцену в машине и после. — Я всегда была уверена, что в моей жизни произойдёт нечто невероятное, но совершенно не ожидала сердечного признания от мировой знаменитости. Причём, девушки… Манеки–нэко выбрала меня! Может, следовало проявить себя? Совершить поступок, вместо слабого и безвольного согласия на расставание? Вдруг она ждала именно этого, а я не смогла? ЮнМи заплакала от огорчения, увидев, насколько я недостойна. Ха! Неужели так всё и было на самом деле? Боже, Харуко, какая же ты глупая! Упустить шанс быть рядом с молодой бодхисаттвой! Шанс, который выпадает раз в несколько тысяч лет! И как теперь жить, зная об этом?»
