Андрей Кощиенко – Сакура-ян (Книга 6-2) (страница 47)

'Посмотрим, — решает премьер, — как именно начнёт развиваться ситуация. Параллельно собирая максимум возможной информации о ЮнМи, одновременно наблюдая за действиями семьи Такаси. Вероятность того, что не они, а кто-нибудь другой попытается устроить кризис, тоже существует, но они первые кандидаты…

… Хм, а ведь можно попробовать переориентировать ЮнМи на какого-нибудь другого, лояльного мне, политика. Или объявить её «национальным достоянием», чтобы вырвать из цепких лап Акиро. Поселить в «башне из слоновой кости», пусть там живёт, женихов выбирает. Перебор и сравнение претендентов в мужья — любимое занятие женщин. Они и в возрасте старушек готовы этим заниматься… Конечно, эта идея весьма «креативна», как сейчас говорят, но нестандартные решения порой приводят к отличным результатам. Итак, мне нужно контролировать ЮнМи, а всё остальное выстроится в зависимости от того, получится у меня это или нет'.

«За работу!» — приказывает себе премьер-министр, направляясь к столу, чтобы начать очередной раунд борьбы за власть.

Время действия: тринадцатое августа, утро

Место действия: агентство, «Gizo Studio», Токио

— Зачем тебе понадобились строитель и юрист-консультант по недвижимости? — с подозрением интересуется Акиро, к которому я обратился с «небольшой просьбой».

— Я решила купить дом на Хоккайдо, — нейтральным голосом объясняю я.

— «Хоккайдо»? — недоумевает Акиро. — Но ведь там холодно и далеко?

— Зато там есть горнолыжный курорт. А если летать на самолёте, не так уж это далеко.

Собеседник задумывается.

— И сколько он стоит? — спустя пару секунд молчания спрашивает он.

— Десять миллионов иен. Плюс-минус…

— «Десять»? — сначала удивляется собеседник и тут же начинает снисходительно улыбаться. — Вряд ли на горнолыжном курорте можно приобрести что-то достойное за такую сумму. Наверняка строение потребует капитального ремонта и немалых финансовых вложений.

— Да, — не спорю я, — требуется реконструкция. В связи с этим мне нужен специалист-строитель, способный оценить, во сколько она обойдётся. Пишут, что можно получить от префектуры грант до 30% от стоимости реконструкции в рамках общей политики «Регионального оживления»…

«А может, мне за орден ещё больший процент расходов оплатят? — думаю я. — Процентов шестьдесят… Почему бы нет? Я же теперь без пяти минут, считай, царственная особа. А „особы“, они такие… Привлекают к себе толпы почитателей, которые будут есть, пить, гулять и кататься на ваших лыжах, тратя кучу денег. Соответственно, если хотите, чтобы у вас под боком жила принцесса, платите…»

Бросаю взгляд на Акиро, который молча смотрит на меня. Ну ладно, давай помолчим.

— Зачем он тебе? — наконец спрашивает японец. — Что ты с ним будешь делать?

— Хочу превратить его в уединённое место. Отремонтирую, установлю звукозаписывающую студию и время от времени стану приезжать, спокойно поработать над новым альбомом. А в перерывах между записями буду кататься на лыжах или любоваться пейзажами и лавандовыми полями.

«Потомок древнего рода» вновь задумчиво смотрит на меня. Не понимаю причины его столь долгих раздумий.

— Хоккайдо — это не престижно для bessō… — наконец говорит он. — В Ниппон есть более красивые и известные места, например, полуостров Идзу.

(bessō — вилла для отдыха/особняк, Япония. Прим. автора)

— Возможно, но более чем уверена: раз это известный курорт, то там будут толпы праздношатающихся людей и шумно. А мне нужен atelier — домик для творчества.

— Можно поселиться в закрытом районе, — продолжает убеждать японец. — Там тебе никто не будет мешать.

— Уверена, Хоккайдо обойдётся мне по деньгам на порядок дешевле.

— Хоккайдо — это не твой статус.

А, вот оно в чём дело! Вот причина долгих раздумий. «Статус»! И, возможно, расчёт, во сколько лично ему обойдётся моя затея.

— Я выбрала себе дом, — начиная сердиться и поэтому чётко проговаривая слова, заявляю я. — И хочу его увидеть.

Перекрещиваю свой взгляд со взглядом Акиро.

— У тебя на это нет времени, — не моргая, напоминает он. — У тебя концерт.

— Закажу частный борт. Джеты здесь летают?

Японец демонстрирует недовольство.

— Не знал, что ты бываешь такой упрямой, — с сожалением констатирует он.

— Хотел сказать — «упёртой»? — улыбаюсь в ответ, поняв, что оппонент «сдал назад». — Если бы я такой не была, то сейчас я бы с тобой не разговаривала, а продавала рыбу где-нибудь на корейском рынке. Ты ведь не подумал: «Там тебе и место»?

Засмеявшись, Акиро делает шаг назад и поднимает руки вверх, направляя раскрытые ладони в мою сторону — показывает, что сдаётся.

— У меня есть джет, — говорит он.

— Лично твой?

— Когда мне надо — да.

— Тебе срочно нужно слетать на Хоккайдо.

— Если только с тобой.

Критическим взглядом окидываю весельчака, желая оценить, действительно ли он «отмяк» или «шифруется» и по-прежнему обижен?

— Я не сказала главное, — говорю я, не сумев прочесть эмоции и на всякий случай решив «сгладить углы». — На Хоккайдо есть настоящая зима. На юге её нет.

— Ты любишь холод?

На мгновение задумываюсь, вспомнив свою первую жизнь — снег и морозы российских зим.

— Чтобы любить тепло, нужно знать, что такое стужа, — с умным видом говорю в ответ и, склонив голову, смотрю из-под бровей: «Ну ты понял?»

— Ты ещё и Юки–но–Джоо, ЮнМи-сан! — радостно восклицает Акиро и продолжает: — Тогда, конечно, тебе «нужно». Как только скажешь — так и полетим.

(«Yuki no Jōō» — «Снежная королева», яп. прим. автора)

«Кажется, у меня появилось ещё одно прозвище, — думаю я, глядя на довольного мужчину. — И он им будет пользоваться, пока ему „давать“ не начнут…»

— Ты разговаривала сегодня с one-san? — задаёт вопрос Акиро, меняя тему разговора.

(«one-san» — старшая сестра, яп. прим. автора)

— Да, я её сегодня поздравляла, — отвечаю я.

— Не забыла передать от меня привет?

— Как можно, Акиро-сан! — с деланным испугом восклицаю я. — СунОк-сан была очень благодарна за ваши пожелания и сказала, что со жгучим нетерпением ждёт момента, когда вновь сможет увидеть вас.

Ну, на самом деле, после того, как я передал онни«привет от Акиро», то по звуку сделанного ею вздоха мне прямо увиделось, как она закатила глаза. И никакой «обратки» для Акиро она не говорила. Это уже мои дипломатические политесы. Не любит она его, за что-то… наверное, за то, что он японец…

— Ей понравился твой подарок? — тоже «политично» интересуется «сын Ямато», примчится она сюда или ещё есть время на спокойную жизнь.

— Ваша идея про клинику, Акиро-сан, оказалась просто великолепной! — изо всех сил льщу я (нельзя же всё время пытаться доминировать!). — Это было вот прямо то, что нужно. Тютелька в тютельку! Онни просто в невероятном восторге! Счастье чувствуется прямо в каждом её слове!

Японец довольно улыбается, гордо расправив плечи. А что? Дал совет — и все просто в экстазе от ликования. Красив, молод, богат и ко всему этому — умён! Ещё чуть-чуть — и, считай, божество!

— СунОк сказала, что АйЮ–сан взяла у неё мой номер телефона. Она хочет со мной встретиться.

Акиро удивлённо смотрит на меня, не понимая, зачем я об этом сообщил. Я тоже, пожалуй, не объясню смысл сделанной «озвучки». О чём мне с ней разговаривать? Сказал — «аривидерчи», если позвонит, да и отключился.

— Госпожа АйЮ — одна из главных знаменитостей Хангук, так? — спрашивает он.

— Главной была я, но я уехала, теперь, наверное, да, она.

Чуть наклонив голову к плечу, японец внимательно смотрит в ответ.

— Забудь, — прошу я. — Не знаю, зачем это сказала. Просто отвечу ей, что не хочу разговаривать.

— У неё ведь всё получалось, пока у тебя были трудности?

— Да, — помолчав, неохотно признаю́ я. — Она раньше начала, и её глава агентства — крутой профи. У меня никогда такого не было.

— Зато есть сейчас. Я вспомнил, что ты с АйЮ–сан знакомы и даже были дружны. Думаю, отказываться от разговора будет грубо и невежливо. Если ты покажешь своей давней знакомой, что у тебя сейчас не только всё в порядке, а даже лучше, чем у неё, то получишь удовольствие от общения с «человеком из прошлого».