Харуко легко перепархивает со своего сидения на место рядом со мной.
— ЮнМи, — обняв меня, с придыханием произносит она мне в ухо, — спасибо, что ты есть. Ты самая красивая и невероятная девушка на земле.
Наклонившись ко мне, она целомудренно целует меня в щёку, вызывая всплеск ярких эмоций.
«Поездка удалась, — думаю я, слушая быстрый стук своего сердца. — И работу сделал, а по дороге назад ещё и поцеловали. Жаль, ответить нельзя… Или можно?»
Поворачиваю голову и вижу близко–близко глаза Харуко–сан, которая не спешит разомкнуть свои объятия.
— Водитель… — шепчу я, напоминая, что мы не одни. — Иди, сядь к себе…
Харуко тут же пересаживается, беспрекословно выполняя приказ.
«Хьюстон, у меня проблемы… — думаю я, глядя на её лицо, на котором лишь выражение благожелательности, словно ничего и не было буквально пару мгновений назад. — Кажется, я выпустил джина из бутылки. Хребтом чую, если Харуко–сан возьмётся играть мною, мне крандец. Но просто чертовски хочется узнать, как она целуется! Один только раз попробую и всё! Клянусь!»
(позже. Здание '
Gizo
Studio')
Выбравшись из машины бодро чапаю в направлении входа в агентство. После «обнимашек» в машине, на волне драйва вспомнилось, что вручение награды открывает возможность продавать билеты на концерт по более высокой цене. И вот, с того момента занимаюсь расчётами, пытаясь нащупать грань между разумностью и собственной жадностью. Вычисления бодрят, наполняя организм азартом и энергией. Даже мысли о том, что Харуко вполне себе может собирать компромат, чтобы потом им меня шантажировать, как–то не печалят. Ух, я её «пошантажирую», эту «медовую ловушку»! Допрыгается сверкать своими коленками!
Но это фигня. Имеется более интересная тема — сколько же в итоге у меня будет денег? По самому оптимистическому сценарию, после того как я раздаю все долги, на руках остаётся почти четыре ляма вечнозелёных. Но только в случае, если Акиро не подведёт и мне вместе с орденом дадут пятнадцатипроцентное льготное налогообложение. Если же халявы не будет, тогда придётся действовать по варианту «Б» — валить в офшор, если не хочу отдать всё в бюджет Ниппон. Я немного «читнул» последовательность создания предприятия в свободной экономической зоне и кое–какие «наработки» в голове уже имею. Однако насколько правильно моё понимание прочитанного — это вопрос. Хорошо бы заниматься этим делом под руководством человека, имеющего практический опыт. Который уже прошёл дорогу от начала и до конца. А свести меня с таким специалистом может только «потомок древнего рода»… Ну, не только он, конечно. Но он находится в самой ближней зоне доступа.
Задумываюсь, подходя к дверям здания, над способом его на это сподвигнуть, если император «зажилит бонусы».
Харуко–сан лихо завернула фразу, сказав: «Всё, что у меня есть, у вас есть тоже или вам не нужно». В отличии от неё, у меня есть то, что нужно Акиро, но это я ему не дам. Тогда — договорняк? Я постою рядом с тобой, пока ты будешь встречать императорских послов, а за это ты познакомишь меня с нужными людьми! Окей?
«Не слишком ли нагло? — задаю себе вопрос, входя в дверь. — Японец не офигеет от такого делового подхода? Впрочем, я же согласился на авантюру с помолвкой? Значит, за ним должок…»
Опс…!
Холл, находящийся за входной дверью, заполнен персоналом агентства, построившимся ровными рядами. Впереди — господин директор с торжественным выражением на лице.
«Чёрт! Поздравлять будут! — остановившись, понимаю я. — Нужно будет сказать слова в ответ. А я не готов, не ожидал. Конечно, можно повторить прозвучавшее на съёмках, но всё равно, почему Акиро не предупредил, что сегодня будут распространять новость о награждении? Что за невнимание к моей персоне⁈»
Время действия: этот же день,
десятое августа. Вторая половина дня
Место действия: Корея, Сеул, работающий телевизор
«Уважаемые телезрители! — говорит диктор голосом, в котором слышна лёгкая тревога. — » Канал «Yonhap News Agency», новостного агентства Хангук, предоставляет вам экстренное сообщение, поступившее по официальным каналам из Ниппон. Согласно полученной информации Его Императорское Величество Акихиро, Император Ниппон, удостоил высокой награды гражданку Республики Корея, госпожу Пак ЮнМи.Госпожа Пак ЮнМи награждена орденом «Драгоценной короны первой степени». Это высшая государственная награда страны для женщин, которой удостаиваются исключительно члены императорской фамилии и главы зарубежных государств. Награда присуждена госпоже Пак ЮнМи за выдающиеся заслуги перед Японией.
Более подробная информация о заслугах госпожи Пак ЮнМи будет предоставлена дополнительно по мере её поступления. Мы поздравляем госпожу Пак ЮнМи с выдающимся достижением и ждём скорейшего её возвращения на родину с наградой…'
Время действия: этот же день,
десятое августа. Ближе к вечеру
Место действия: Корея, Сеул, Агентство
«DC Media»
«Собрано уже девятнадцать тысяч подписей под жалобой в „КЕМА“ на агентство „DC Media“!»
Директор упомянутого агентства, господин Ким ИнХон, хмурится, прочитав столь «радостное» для него сообщение. Сегодня это уже третий раз, когда он заходит на интернет–страницу главного фанатского сообщества «Соши», чтобы посмотреть, с какой скоростью идёт процесс сбора подписей.
«Похоже, они не собираются останавливаться, — с огорчением думает он. — Отвратительные люди. Ну какая вам разница, кто написал песни? Вы же не на Агдан смотрели, а на „КАРА“! И вам всё нравилось, а теперь внезапно перестало. Пустоголовые лицемеры…»
«Но, что же делать? — думает директор, отодвинувшись от монитора с чатом на экране. — Уже поступило два „останова“ приглашений „КАРА“ для участия в мероприятиях, хотя предварительно всё было согласовано. А теперь организаторы хотят получить „дополнительную информацию“. Что за „информация“, зачем она им? Боятся честно признать, что просто подстраховываются в ожидании реакции „КЕМА“. Трусливые собаки… Конечно, это совсем не катастрофа, но ситуация может легко в неё превратится, если остальные руководители компаний начнут демонстрировать „стадный инстинкт“ или „КЕМА“ прокомментирует ситуацию негативно…»
«Мне нужен план на случай деструктивного развития ситуации», — говорит себе ИнХон, одновременно понимая, что придумать его не получится.
Что можно придумать, когда единственный твой рынок продаж для тебя закрывается? А долги за кредит приходится платить каждый месяц. С момента заключения договора с Агдан всё шло довольно неплохо, можно даже сказать — оптимистично. Новые композиции, написанные специально для «КАРА», быстро стали популярными, а группа полюбилась зрителям. Случившийся perfect all-kills сделал реальную заявку на главный приз года. И вдруг сегодняшнее «расследование» «Dispatch», словно специально рассчитанное на то, чтобы остановить набирающий разгон «DC Media».
«Кому–то я перешёл дорогу, — приходит в голову ИнХона очевидная мысль. — Кому?… Из последних, ожидаемых новинок, „Hoot“ не получил первых мест. Неужели это дело рук подлого СуМана⁈ А „КАРА“ радовались, что сумели обойти „Соши“! Вот как радость повернулась. И ничего не докажешь… Любой владелец агентства мог слить в „Dispatch“ опубликованную информацию. Даже не за деньги, а просто из желания сделать гадость тому, кого посетила удача… Но, что же мне делать? Можно просто ждать, как будет развиваться ситуация. Вдруг зрители не отвернутся от группы, и всё выправится само–собой? Но если этого не произойдёт, то я просто упущу время, которое можно было потратить на подготовку… Вот только к чему?»
— Вы слышали новость, господин директор⁈ — не постучав, буквально врывается в кабинет к ИнХону его заместитель, господин СуДжон.
— Какую? — удивлённо спрашивает ИнХон.
— Госпожу Агдан наградили в Японии орденом «Драгоценной короны первой степени»! Таким орденом награждают только наследных принцесс, королевских особ и глав государств! Высший орден в Ниппон! Агдан, оказывается, настоящая принцесса! Как вам такое, господин ИнХон?
— За что её наградили? — пытаясь осмыслить неосмысливаемую новость, интересуется владелец агентства.
— За особые заслуги перед страной! Подробности не раскрываются, но так сказано в официальном сообщении! Я вот думаю, что же она должна была сделать, чтобы получить такой орден?
ИнХон в этот момент силится представить, как эта новость скажется на отношении хангук сарам к его гёрлз–группе.
— Наверное, нужно было выдать какой–нибудь государственный секрет, — делает предположение возбуждённый происходящим СуДжон. — Не зря же её дядя переправлял контрабанду в Пукхан!
ИнХон со всей отчётливостью понимает, что его малодушная надежда на то, что всё как–нибудь «само утрясётся», растаяла подобно туману под жаркими лучами солнца. Уж если его помощник делает такой вывод, то и другие додумаются до того же самого. Теперь можно даже и не мечтать о «Дэсане». Даже если людям не придёт в голову ничего подобного, одной формулировки «за что», будет достаточно. Кореянка, оказавшая «особые заслуги» Японии, в глазах большинства хангук сарам, — предательница, и этого факта теперь не отменить. И тех, с кем она работала, патриотично настроенные корейцы будут хейтить, как только у них будет для этого возможность. Стать «изгоями» для «КАРА» сейчас очень реальный сценарий.
