Андрей Кощиенко – Сакура-ян (Книга 6-2) (страница 24)

— Скажи, когда тебе будет удобно, — предлагаю я.

— Примерно… через час.

— Поняла. И давай договоримся — никаких подарков! Не хочу чувствовать себя неловко.

— Договорились! Жди меня через час.

— Жду!

«Так, — думаю я, разорвав соединение, — нужно сообщить начальству, что сегодня работ больше не будет, поскольку меня ждёт „очень важная встреча“. Если оно захочет, пусть само развлекает „прибалделый“ стафф на своё усмотрение. А мне — в душ и собираться. И этот Акиро… Ниппонец явно на волне эйфории, как я и предполагал. Опасно, однако. Может поверить, что круче его, — одна лишь Фудзияма и фиг разубедишь. Значит, Харуко–сан необходима. Однако следует с ней предварительно переговорить. Вдруг выяснится, что надёжи на неё никакой, и будет лучше мне остаться там, где я сейчас. Прикинуться перед Акиро мёртвым или больным. Но очень не хочется жертвовать разговором о ценах на билеты. Интересно, чего ниппонец ещё придумал? Чел в „теме“, может дельного посоветовать… Просто аж руки чешутся рассчитаться со всеми долгами, со всякими мудаками и, наконец начать жить в своё удовольствие! Мир большой, в нём много офигительных вещей, особенно для человека с деньгами, и если не пытаться „заглотить“ их все в один присест, то развлечений хватит до самой смерти. Это при условии, что я сейчас заработаю кучу бабла! Серёга, клювом не щёлкай! Всё идёт отлично, поэтому нужно быть особенно настороже!»

(несколько позже)

Уведя Харуко в место, в котором можно поговорить тет–а–тет, объясняю ей имеющуюся проблему, используя понятия и речевые обороты, присущие местным аборигенам.

— У меня есть миссия в этом мире… — говорю я своей внимательной слушательнице и вижу, как у неё шире распахиваются глаза.

«Ага, — удовлетворённо констатирую я, — идея добавить таинственности, но без конкретики, кажется, сработала. Девушка „клюнула“. Однако знай она, что „миссия“ — это про „разбогатеть и стать знаменитым“, наверное, не смотрела бы на меня с восхищением…»

— И Акиро–сан помогает её осуществить…

Ни слова ведь не соврал!

— Он потрясающий, высокоранговый мужчина, с которым у меня сложились прекрасные отношения. Но вся проблема в слове «мужчина». Не нужно тебе рассказывать о способности противоположного пола вытворять разрушающие вещи, стоит лишь ему взять в голову мысль о конкретной женщине…

Понимание во взгляде «шпиёнки».

— … Не хочу, чтобы Акиро–сан пострадал, если он вдруг поведёт себя незрело. Случись подобное, наши с ним отношения будет невозможно восстановить. Поэтому прошу тебя о помощи. Сможешь?

— Конечно, ЮнМи–сама! — с энтузиазмом обещает Харуко. — Скажите только, что я должна сделать?

— Не оставляй меня с ним наедине. Даже если станет требовать, чтобы ты ушла, не подчиняйся. Будь всегда рядом. У тебя есть своё начальство, вот и прикрывайся его приказами. Твоё неповиновение пойдёт на пользу всем: мне, тебе, а больше всего — господину Акиро. Поняла?

Харуко с готовностью трясёт головою, соглашаясь.

— Поняла, поняла, госпожа, — повторяет она.

— Точно? — с подозрением глядя на неё, спрашиваю я. — Я могу надеяться на твою преданность?

— Конечно, ЮнМи–сама! Верьте в мою верность! Сделаю всё, как скажете!

Мне приходит мысль, что разговор смахивает на принесение клятвы. И требуется какой–то жест или символ для его завершения, ну как точка в конце предложения.

Наклоняюсь и легко прикасаюсь губами к щеке Харуко.

— Аригато годзаимас, — отстранившись, благодарю я. — Мне очень приятно, что могу на тебя положиться. Ты замечательная, Харуко.

В ответ девушка смущается и слегка краснеет, но молчит, возможно, не зная, что сказать. И я тоже не знаю, нужно ли ещё дальше трындеть?

— Всё, мне нужно в душ и одеваться, — говорю я и командую: — Пошли!

— Да, ЮнМи–сама, — наклоняет голову моя верная телохранительница.

Уж не знаю насколько, вскрытие, как говорится, покажет. Но в данный момент я сделал всё, что мог, для своей безопасности и теперь могу смело ехать, решать финансовые вопросы. «Долги раздам — и свобода нас примет радостно у входа»! Юх–хе!

(позже. Незадолго до появления Акиро)

— Харуко–сан! — восклицаю я, привлекая внимание девушки. — Скажи, как я выгляжу?

Но глядя через отражение в зеркале на всех присутствующих в комнате, можно было этого не делать. Все смотрят только на меня. А именно на то, во что превратилась ЮнМи–сан в новом прикиде. А превратилась она. Таддам! В мальчика. Внешне.

(участница группы ' Twice', госпожа Чонён)

Подумав о том, что нужно вновь для «выхода в город» делать макияж, укладывать волосы, подбирать туфли и аксессуары, а потом во всём этом аккуратно ходить, соответствуя образу… Столько впустую потраченного времени и напряга! И вспомнилось мне, как я на пару с ЧжуВоном, распугивал его невест.

«Почему бы и нет? — спросил я себя. — Акиро такой ещё ЮнМи не видел. Офигеет. А вдруг он — гомофоб? Насторожится моим внешним видом и откажется от своих сексуальных поползновений. Понимаю, что 'навсегда», в принципе, оно невозможно, но хотя бы на время, пока «угар удачи» не спадёт… Да и от взглядов обывателей будет проще скрыться. Никто не ожидает увидеть мяу–Каннон в столь радикально изменённом имидже. Пропустят, не заметят. Отличная возможность побродить по улицам на расслабоне.

— Я похожа на парня? — поворачиваюсь я к женщине–стилисту, одной из двух, помогавших мне создать «образ на один выход».

— Прошу прощения, ЮнМи–са ма, — кланяется та. — Очень похожи.

— Не нужно тогда извиняться. Работа сделана на отлично!

— Аригато годзаимас, госпожа, — кланяюсь я женщине и тоже самое делаю в отношении второй.

Выпрямившись, с улыбкой смотрю на так и не ответившую мне Харуко. Кажется, психологически устойчивая охранительница малость «подзависла». Эффект — положительный! Теперь интересно увидеть реакцию «потомка древнего рода». Очень даже.

(агентство «Gonzo Studio»)

— Hey, boy! How are you doing?

Акиро тихо и мирно ждавший появления ЮнМи, невольно вздрагивает от незнакомого громкого голоса, неожиданно раздавшегося за его спиною. Обернувшись на обращение, явно направленное в его адрес, он обнаруживает незнакомого парня хрупкого телосложения, вырядившегося в мешковато сидящий на нём тёмный пиджак, светлые брюки и белую рубаху, на расстёгнутом воротнике висит незатянутый галстук. Руки парень засунул в карманы брюк и смотрит на Акиро сквозь круглые стёкла тёмных очков, при этом воинственно выпятив челюсть.

(участница группы ' Twice', госпожа Чонён)

«Кто он такой? — озадаченно думает Акиро, разглядывая человека, лицо которого кажется смутно знакомым. — Мы встречались? Не помню. И почему он демонстрирует свой агрессивный настрой? Это бывший парень ЮнМи — ЧжуВон? Откуда он тут взялся?»

«Нет, не он, — присмотревшись, решает японец. — Не похож на того, которого я видел на фотографиях, и тот был крупнее. Тогда кто? Ещё один поклонник? Из Америки? ЮнМи там была. Поэтому он разговаривает на английском?»

— Very well. But have we met? — слегка напрягшись, Акиро строит фразу на английском.

— Оу–у, — выдаёт парень одобрительный звук и продолжает на том же английском: — Хорошее произношение. В тебе таится ещё много талантов, бой. Приятно это узнать.

«Кажется, мы где–то встречались, — делает вывод Акиро, — но где?»

— Не узнаёшь? — видимо догадавшись о его трудностях, с улыбкой спрашивает очкарик. — А обещал, что будешь рад любому моему виду…

Японец окончательно перестаёт понимать «контекст происходящего». Неожиданно переведя взгляд в сторону, он замечает Харуко, стоящую недалеко за спиною странного американца.

«Почему она тут? — не понимает он. — Она же всегда рядом с ЮнМи? А сейчас она привалилась к стене, и, кажется, готова расхохотаться. И две незнакомые женщины, дальше по коридору, выглядывают из двери. Вид у них — просто заговорщицкий!»

Бросив разглядывать людей в коридоре, Акиро буквально впивается взглядом в парня и… обнаруживает знакомой формы нос и губы!

— Юн…Ми…? — не веря глазам, осторожно произносит он.

— Ах–ха–ха! — восторженно хохочет «мальчик», вскидывая голову. — Догадался! А я уже думала, что придётся ещё раз знакомиться! Ха–ха–ха!

— Что с тобой случилось? — потрясённо спрашивает Акиро. — Что на тебе за одежда?

— Нравится? — с очень довольным видом вопрошает его собеседница и разводит руки в стороны для лучшего обзора. — Мой новый образ — «инкогнито»! В котором можно посещать людные места без опасения быть узнанной! Разработан только что.

— И ты в таком виде хочешь выйти на улицу⁈

— Почему нет? Сможем спокойно зайти в бар, сесть за стойку, и никто не станет кричать: «Мяу–Каннон»! Ловите её!'. Правда, хорошо придумано?

— Это невозможно!

— Почему?

— Император Ниппон только что наградил тебя высшей наградой страны, а ты собираешься изображать парня? Когда люди увидят тебя в таком виде, что они подумают? Точно решат, что ты дурочка, которая не понимает своего статуса! Глупо, очень глупо, ЮнМи!

Разработчица стиля «инкогнито», втягивает живот и распрямляется, смотря на разгневанного японца.

— Я актриса, — с ноткой гордости напоминает она, — и преображение, — моя повседневная деятельность.

— Когда ты ей успела стать? Сейчас ты певица! И даже если считаешь, что сценический образ даёт тебе право называться актрисой, то, пожалуйста! Но только на сцене, на съёмочной площадке, но не в обществе! В нём ты должна соответствовать своему уровню, а не вести себя словно наивная майко, которая думает только о том, как развлечь публику!