«Среди вас таких точно нет! — насмешливо хмыкает про себя ЮЧжин. — В полиции работают одни идиоты, а больше никому до этого просто нет дела! Я умна и поэтому непобедима!»
Девушка с довольным видом выключает компьютер и неожиданно для себя вновь задумывается над вопросом — «может ли кто–нибудь догадаться о её роли в судьбе Пак ЮнМи?»
(в то же время, загородный дом семьи ЧжуВона)
«Так, так, так. Значит, девочка и в самом деле, не виновата, — приходит к выводу МуРан, ознакомившись с выложенными в сети фактами. — ЧжуВон был прав, когда защищал её. Интересно, ЮнМи ему рассказала больше, чем другим, или он почувствовал, что она говорит правду? Если второе, то значит между ними есть 'связь»…
Хальмони задумывается над возможными последствиями «второго варианта».
«Интересно, что теперь будет делать ГынХе? — перепрыгивают мысли пожилой женщины с обдумывания будущего своего внука на текущую повестку дня. — Получается, ЮнМи зря подвергли „отмене“, её действительно оговорили. Глава нации не пожелала лично разобраться, в результате мировая корейская знаменитость сбежала в Японию и не намерена возвращаться. Думаю, примерно так завтра будут писать в оппозиционных газетах. Впрочем, вряд ли это как–то повлияет на лидера нации. На третий срок она уже никак не пойдёт, конституция не позволяет, а лично её вины в случившемся нет. Скажет, действовала, „исходя из поступающей информации“. Президент не обязана разбираться в каждом судебном деле лично. Сейчас прикажет — „провести расследование“, по результатам которого министерство юстиции кого–нибудь уволит или накажет, этим всё и закончится…»
«А кто эта женщина, которая так ненавидит ЮнМи? — задаётся вопросом хальмони, вновь возвращаясь к „своим баранам“. — По какой причине она могла желать ей столько зла? Ведь организовать такую, скажем, непростую „подставу“, для этого нужны немалые средства, организаторские способности, а главное — весьма сильное желание…»
«Серый кардинал» семьи задумывается, начиная перебирать возможные варианты. В начале отсеиваются гипотетические конкуренты из музыкальной индустрии, которым ЮнМи перешла дорогу. В тот момент она знаменитой не была и повлиять на чью–то карьеру или доход, в принципе, не могла. Спор о наследстве, по причине его отсутствия, тоже отбрасывается. Чья–то зависть из–за удачной карьеры? Возможно. Но при внимательном рассмотрении становится очевидным, что ЮнМи дебютировала, скажем так, в уже довольно средней, по популярности группе, в которую попала не в результате жёсткого конкурсного отбора, а по назначению директора агентства. Кто, в окружении ЮнМи, мог почувствовать себя настолько ущемлённым этим фактом, что пошёл на уголовное преступление, просто не представляется.
«Остаётся только одно, — личное, — обдумав все пришедшие в голову варианты и не зацепившись ни за один из них, решает хальмони. — Непереносимое оскорбление, которое невозможно оставить безнаказанным. Известно, что недоброжелатель ЮнМи, — женщина. А что не может вынести женщина? Удачливую соперницу! Хм, и кто же этот мужчина, ставший яблоком раздора?»
Старая женщина быстро извлекает из памяти очень короткий список известных ей лиц мужского пола, с которыми контактировала ЮнМи, и неожиданно понимает, что роль главного героя–любовника в нём достаётся её внуку!
« ЧжуВон? — озадаченно думает хальмони. — У этого парня много поклонниц, и даже не знаю, как среди них найти ту, единственную?»
Но не сдаваясь, аджума вновь напрягает полушария своего головного мозга.
«Это кто–то близкий, — решает она, — Которой либо было много обещано, либо она много ожидала и была уверена, что получит. Внук, насколько я знаю, никогда никого не обнадёживал, как я его ни заставляла. Значит, нужно найти ту, которая рассчитывала стать его женой…»
« ЮЧжин! — словно вспышка молнии в ночи, пронизывает её догадка. — Она давно преследовала ЧжуВона, желая выйти за него замуж! И конкурировала за его внимание с ЮнМи, как теперь понимаю, неудачно. Достаточно вспомнить её попытку подарить ему нож. Бедняжка тогда явно проиграла войну за креативность, оказавшись скучной и неинтересной на фоне девчонки с окраины, превратившейся в звезду эстрады. Я уже тогда подумала о том, что случится, если внук увлечётся блеском и славой сцены. Но ничего не стала предпринимать, и вот результат — ЮЧжин решила отомстить! Мотив у неё есть, расчёт на то, что, если соперница исчезнет, и ЧжуВон к ней вернётся, понятен. Её решимости бороться за своё счастье — хоть отбавляй! А зная её самомнение, признать свой проигрыш девочке из низкоуровневой семьи она просто не сможет. Иначе потеряет самоуважение. Точно, подкинутый кошелёк — это её рук дело!»
«И как я должна теперь поступить? — озадаченно спрашивает сама у себя МуРан, вычислившая преступницу. — Рассказать об этом ЧжуВону? Хм… Если у него „химия“ с ЮнМи, он тогда может кинуться её защищать и натворить дел, последствия которых рухнут на голову не только ему, но и всей нашей семье. ДонВук будет совсем не рад, если ему придётся вести переговоры с отцом ЮЧжин. У него и так отношения с сыном сейчас сложные, зачем их делать ещё труднее? Поставить в известность ХёБин о выкрутасах её подружки? Думаю, она не удержится и потребует от неё объяснений, а ЮЧжин поймёт, что правда вылезла наружу. Какие шаги она предпримет после этого — сказать сложно. Если не забывать, что она способна организовать подставное дело с участием криминала, то реакция может оказаться совершенно непредсказуемой и чреватой самыми неприятными последствиями. Например, ЮЧжин спрыгнет с моста в реку Хан. Откуда мне знать, что на самом деле происходит в голове у этой девушки? Оставит письмо, в котором обвинит в своей смерти ЧжуВона или ХёБин, и как быть дальше? Опять проблемы ДонВуку. Да ещё какие! Возможна целая война кланов. Или ей придёт в голову идея — убрать свидетелей. Яды ещё никто не отменял, а с ХёБин они вдвоём частенько пьют кофе. Внучку я терять совершенно не желаю!»
«Вот обманщица–то какая! — думает МуРан о ЮЧжин, удивлённая тем, как смогла проморгать „волка в овечьей шкуре“, проникшего в её семью. — Что теперь с ней делать? Ликвидировать, предав огласке её действия? Но для этого нужно иметь на руках неопровержимые доказательства, иначе это будет просто сплетня, которая исчезнет, не успев начаться. В данный момент совершенно непонятно, где искать этот компромат. А если начать его искать, то существует вероятность, что ЮЧжин об этом станет известно, и всё может внезапно усложниться. Пожалуй, самым правильным для меня будет помолчать и подождать. Вдруг всё разрешится само–собой? Например, ЮнМи назовёт имя ЮЧжин. Вероятность небольшая, но тем не менее, существует: у подружки ЧжуВона не всё в порядке с головой. У всех „звёзд“ с умственными способностями не всё нормально. А судя по поступкам ЮнМи, у неё дела с мозгами обстоят даже хуже, чем у остальных. И не нужно будет мне ничего предпринимать!»
«Но держать рядом с собой ненормальную тоже не следует, — думает МуРан о ЮЧжин. — ДонВук запретил пускать её в дом после случая, когда она подставила его своей болтовнёй. Вначале этот запрет соблюдался, но благодаря ХёБин постепенно стал слабеть. Внучка снова общается со своей старой подружкой, заезжает к ней домой, она к ней. Нужно это каким–то образом пресечь, не вызвав при этом у ЮЧжин подозрений…»
«Попробую использовать авторитет отца, — решает хальмони. — Напомню ХёБин о его запрете. Скажу, что он будет сердиться, если увидит, что его указания игнорируют. Конечно, они могут видеться где–нибудь в кафе или магазине, но по крайней мере, в моём доме ЮЧжин не будет… В конце–концов можно объяснить требование уменьшить контакты с подругой, как способ возвращения ЧжуВона в семью. Отец должен видеть, что его дети послушны. А если он опять разозлится, увидев, что слова его ничего не значат, то ни о каком примирении речи быть не может. ХёБин это поймёт.»
«Фух! — выдыхает хальмони. — Сколько думать пришлось сегодня! Прямо мозговой штурм устроила на старости лет. А я ещё ничего. За пять минут злодейку вычислила! Никогда бы не подумала, глядя на эту скромницу, насколько она жёсткая внутри. На роль невестки совершенно не годится. Ни в коем случае нельзя приближать её к дому. Иначе легко можешь отправиться на тот свет раньше времени!»
«Интересно, кто–нибудь ещё догадается, кроме меня, что это ЮЧжин?» — самодовольно думает МуРан.
Время действия: второе августа
Место действия: съёмная квартира в которой живёт ЮнМи
«Принцесса хочет спать! — думаю я, рассматривая собственное отражение в зеркале. — Пожалуй, сейчас тот самый момент, когда можно выпить кофе, дабы воспрянуть. Но где–то читал… впрочем, об этом „кто только не писал!“, что кофе может портить цвет лица. А мне такое — нафик надо! Моему личику ещё работать и работать!»
Сегодня у меня запланированы съёмки в рекламе, причём, за немаленькие деньги. История с «Agdan Shoes», видимо, произвела весьма благоприятное впечатление на местных маркетологов, и мой рекламный прайс хорошо так скакнул вверх, создавая замечательную приятность при произнесении вслух сумм контрактов. А на бумаге, в напечатанном виде они радуют глаз. Кругом сплошное удовольствие. Сегодня будет отличный день, потому что я заработаю ещё кучу денежек! Об этом же сказал Акиро, прислав ЮнМи утром цветы и открытку с надписью — «Хорошего дня, принцесса!».
