Андрей Кощиенко – Сакура-ян (книга 6-1) (страница 45)

17. «Группа крови» — (Кино, https://youtu.be/oOQCREp4oPI, корейский;

18. «Миллион алых роз» — (Алла Пугачёва), права на композицию у МуРан, корейский;

19. «Take On Me» — (А-ha, https://youtu.be/djV11Xbc914), английский;

20. «My Bad is too Big» — (Blue System, https://youtu.be/PLRMu1wTo0Y), английский;

21. «Армия» — (Ирина Аллегрова, https://youtu.be/wngEIilG6r4), корейский;

22. «Emmanuelle», (https://youtu.be/5K5zhqltmwQ), французский;

23. «Lemon» — (https://youtu.be/P4U_mMpIBCM), японский;

24. «Мама» — (Михаил Шуфутинский, https://youtu.be/9g5rAmpJ6sY Ю), корейский;

25. «Gangsta’s Paradise» — (Coolio, https://youtu.be/EaMG-datrYs, английский;

26. «Прекрасное далёко» — не исполняется, японский.

Понятное дело, перечень составлен без указания «первоисточника», это я так, для себя, в «уме галочку поставил». Никому, кроме меня, знать об этом не следует. И что мы можем сказать, глядя на этот список? Лишь то, что полностью готовых песен на японском, для ниппонской аудитории фактически нет! В наличии имеются исключительно «полуделки», в которых наличествует музыка, но отсутствует японский текст. Единственный, готовый на сто процентов «Lemon», лишь как бы «оттеняет» данный факт. И что с этим делать? Вариант первый — садиться, засучив рукава, и переводить! Второй вариант — Yoko Oginome наше всё! А если говорить точнее, то не она сама, а её репертуар. Сколько нужно песен? Берём полуторачасовой концерт (билеты будут дороже!). Делим девяносто минут на среднюю продолжительность композиции, которую примем равной пяти минутам. Получаем восемнадцать песен. Многовато… Выкидываем одну песню на «поболтушки» со зрителями, вроде «Привет, Токио!», «Как дела?», «Где же ваши ручки?» и тому подобное, остаётся семнадцать. Включаю в список на исполнение «Lemon», — шестнадцать. Далее разбиваю программу на несколько частей — английскую, корейскую, японскую. Получается по пять композиций в каждой, плюс ещё одна, «запасная». Жителям Ниппон оказываю отдельное сильное уважение, исполняю для них только новые песни из репертуара Yoko, ну и «Lemon». Английская часть, — «I Can’t Stand the Rain», «Maybe I, maybe You», «Take On Me», «My bad is too big» и «Legends Never Die». Последняя была посвящена «Голубым драконам», а вот теперь фигушки им! Исполню оригинальный вариант, без всяких переделок. Перед выступлением скажу, что лишаю корейскую морскую пехоту чести быть обладательницей моих песен. Японцам это, уверен, понравится, а корейцам — не очень. Ничего, перетопчутся. Это станет моей «ответочкой» за — « своих не бросаем»!.

Теперь корейский блок. «Мама», «SUGAR FREE» и… И? Даже не знаю… «Батарейку любви» перепеть? Чёт, честно говоря, не хочется. Хм… Оставлю–ка я, пожалуй, корейскую часть «на потом», а вначале займусь более интересным — японскими песнями!

Первый — «Lemon», а далее из творчества Oginome: «Dancing Hero», «The Beat», «Sayonara no Natsu — Kokuriko-zaka kara», что в переводе означает — «Прощальное лето». И лирическая, более серьёзная часть — песня певицы Юкари Ито«Разговор с мизинцем» и «Голубые огни Йокогамы», исполнительницы Саэдзё Хидеки. Хм, получается шесть песен… Для баланса можно уменьшить корейскую часть на одну позицию или «занять запасную» песню…

Итого, мне нужно будет записать пять новых композиций на японском языке. Справлюсь ли я за три месяца? Вполне. Над аранжировками корпеть не нужно, вариант, сработавший на «отлично», мне известен, а искать нечто лучшее смысла нет никакого. Стихи тоже уже написаны. Остаётся лишь исполнить так, чтобы у слушателей «душа сначала развернулась, а потом свернулась». Ну, это сделает мой голос. В общем, ничего страшного, процесс подготовки к концерту «пошёл», работа «мажется».

И последнее, возвращаемся к корейской части выступления… Чё с ней делать? По правде говоря, совершенно нет никакого желания исполнять произведения на корейском. «Маму», не зная языка многие в зале наверняка не поймут, в чём смысл тогда с ней выходить? «SUGAR FREE» — в ней ритм есть, но и хореография неслабая. А подтанцовке разучить новые движения — это куча времени понадобится и неизвестно какой результат в итоге будет за три месяца. Лучше взять что–нибудь такое, не «тили–тили, трали–вали», а «Из далека–аа дол–го, течёт река–аа Вол–га, течёт река–аа Вол–га, — конца и края нет…». Чтобы стоять на одном месте и голосить, без всякого кордебалета за спиной. Может ну его — корейский? Заодно своё «фи» продемонстрирую Стране утренней свежести. Так сказать — «и без вас проживём». А что, вполне себе идея! Пять композиций на английском плюс шесть на японском — уже одиннадцать. Добавляю «Эммануэль», при исполнении которой можно в одиночестве просто бродить сцене, без подпрыгивания. А если взять с собою танцоров, то они могут делать на заднем плане несложные па без обязательной синхронности. Танцующих можно разбить на пары, изображать парижан. Вообще нормально будет. Ещё есть «Ураган», тоже на французском. Вот уже тринадцать композиций набежало. Четырнадцатая — «Porque te vas» на испанском, пятнадцатая — «Джули такси», пусть поклонники АйЮ выясняют, кто лучше спел: я или она? Будет чем бездельникам заняться…. Итого, пятнадцать. И… и… и… Что–нибудь для демонстрации своей невероятной крутизны? Абсолютной всеядности. Например, соло на электрогитаре? Или на синтезаторе? Рояль на сцену тащить, думаю идея — так себе. Не тот формат выступления. Или что–нибудь на немецком, которого вообще никто не ждёт! Все просто офигеют от неожиданности. К примеру, «Чингисхан»? Весьма «богатая» мысль! За бортом осталось творчество «ABBA», «Modern talking» и «Bonny M». Много чего осталось… Ну и пусть! Это мне на будущее, так сказать — «на масленицу». Ведь не последний концерт, как говорит Акиро? Не последний. Значит, останавливаемся на этом варианте, а там — видно будет.

Теперь нужно перенести мои задумки концертного репертуара в компьютерный файл, распечатать и дать на ознакомление «старшим товарищам». Пусть подумают и чего–нибудь предложат. Желательно, умное…

….

Так, это сделано, а далее у меня по плану — подготовка к телеинтервью и разговор с Акиро. «Потомок древнего рода» решил, что Агдан достаточно «окрепла» и её можно выпускать к людям. «Темник» для представителей СМИ с их возможными вопросами и моими умными ответами мне уже выдали, я его «проштудировал» и обнаружил в нём отсутствие весьма важной части. А именно — объяснение случившегося на концерте в «Токио Доум». До сегодняшнего дня мы с японцем на эту тему не говорили. Он не спрашивал, а я не лез. Но в конце концов, момент, когда следует расставить «точки нади́» должен был наступить. Вот он и настал. Так, Серёга, готовься врать! Уж не знаю, когда и как я смогу поправить свою карму, если постоянно приходится занижать её ложью? Ладно, не в первой, как говорится. Даже интересно — насколько «зайдёт» Акиро придуманная мною «отмазка»?

Время действия: двадцать шестое июля

Место действия: агентство ' Gizo Studio'. В помещении, со стеклянными стенами, чтобы снаружи всем было видно, чем занимаются находящиеся внутри, за «переговорным столом», друг напротив друга, сидят ЮнМи и Акиро. Беседуют.

— Я много размышляла о случившемся в тот вечер… — создавая интригу, отвечаю я.

Как и предполагалось, Акиро поинтересовался, какое отношение я имею к тому, что в Японии который день нет самоубийств школьников? Не моих ли рук это дело?

— … Совершенно не помню, чтобы я делала что–то специально. Имею в виду чтение заклинаний под видом рэпа, волшебные руны на сценическом костюме и рассыпание в зал невидимого волшебного порошка. Думаю, скорее всего причина в том, что я стала «проводником». Если почитать рассказы в сети или просто пообщаться с людьми, то можно найти или услышать немало историй о людях, которые в трудные моменты своей жизни, обращались к высшим силам и тут же получали ответ. Например, в виде свалившегося на голову наследства, вернувшегося здоровья или внезапного дождя, полившего посевы на их поле. Как не исследовали, как ни следили за этими везунчиками, — никаких отличий от остальных людей найдено не было. Кроме единственного факта — внезапного и быстрого получения желаемого. Мне кажется, что подобные личности в какие–то моменты становились «проводниками» и «закидывали» свои запросы в какие–нибудь специальные области мироздания, где те сразу сбывались. Скорее всего у меня была такая способность — «транслировать» в «высшие сферы» в определённых условиях. В обоих случаях на концертах в Хангук и в Ниппон, рядом со мною находилось множество людей, желающих одного и того же вместе со мною. Эти два момента, соединились, усилились и куда–то отправились, где всё и сбылось.

— Это единственное моё объяснение случившегося на концерте в «Токио Доум», — говорю я и по глазам собеседника вижу, что он чувствует, что правду ему так и не сказали.

— Почему — «способность была», Агдан–сан? — помолчав, спрашивает Акиро.

— В тот вечер мне было очень плохо. Думаю, причиной этому стал слишком большой поток энергии, и тело просто не выдержало нагрузки. Кровь свободно вытекала наружу сквозь кожу, но врачам удалось меня спасти. Уверена, что скорее всего моя способность быть «проводником» перегорела, поскольку я очень сильно пострадала и должна была умереть. Но совсем не хочу проверять так ли это на самом деле и поэтому отказываюсь впредь исполнять «Прекрасное далёко». Боюсь повторения ситуации, в которой я умру. А у меня ещё полно планов на жизнь.