Андрей Кощиенко – Сакура-ян (книга 6-1) (страница 35)

Потенциальный дед замирает, пытаясь представить, как могло бы выглядеть подобное чудо.

— Цвет которых будет неопровержимым доказательством королевского происхождения их матери, — подкидывает ещё один камушек хитрый сын.

— Жена–кореянка станет поводом для братьев оспаривать уровень твоего влияния в правлении корпорации, — выкладывает последний аргумент отец.

— Я согласен на дискриминацию, — быстро отвечает Акиро.

— Что ж, — сдаётся пожилой японец, — разрешаю тебе поговорить о своём желании с матерью.

— Благодарю вас, отец. Значит, вы поддерживаете мой план?

— Первую степень получить не удастся, — несколько секунд обдумав ответ, категорически заявляет ему собеседник.

— Нас устроит любая из первых трёх. Просите максимум, дадут поменьше.

— Не нужно советовать старшим банальные вещи!

— Простите, уважаемый отец, — кланяется Акиро. — Я волнуюсь и тороплюсь говорить.

— Сначала думай.

— Да, отец.

— Император и твоя мать непременно захотят увидеть девушку, прежде чем принять решение.

— Я всё организую.

— Я тоже желаю её увидеть.

— Хай!

— И её нэко!

— Хай!

……. — Отец?

— Д зайбацу даст тебе всю свою силу, Акиро, чтобы т воя ЮнМи получила орден.

Время действия: двадцать второе июля

Место действия: агентство ' Gizo Studio'

Сижу, слушаю доклад руководителя группы юристов, которые за последние два дня успели смотаться в Корею и вернуться с завизированными документами. Стараясь не подавать вида, злюсь про себя на Акиро: чёрт бы его побрал с его молниеносной организацией работ! Вроде обо всём договорились, но сегодня так жалко отдавать деньги, что аж кушать не хочется. Месячные, что ли, на организм нападут скоро…

— … Сразу, не назвав себя, я сообщил в телефонном разговоре, что госпожа Пак ЮнМи готова выплатить по решению суда десять миллиардов вон, а моя миссия заключается в согласовании сроков и способа передачи денег. После этого владелица агентства мгновенно согласилась ознакомиться с условиями соглашения…

Кто бы сомневался! Вот не повезло: руководитель оказался хорошим психологом. Возьмись он мямлить про «доверенное лицо Пак ЮнМи», трубку бы бросили, на порог не пустили! Услышав же про деньги, ЫнДжу, вероятно, сама ломанулась дверь открывать. Десять миллиардов вон… Как же я обмишурился! Ведь мне на людей теперь будет стыдно смотреть, от осознания своей тупизны!

Покосившись на Акиро, вижу, что тот тоже смотрит на меня. Обозначаю на лице наилегчайшую улыбку и чуть–чуть наклоняю голову, одновременно мысленно обзывая японца «чёртов торопыга». Куда гнал?

— … Все требования, указанные в договоре, были приняты противоположной стороной без каких-либо изменений… — продолжает между тем вещать излишне говорливый японец, возможно решивший использовать выпавший ему шанс — сделать наиполнейший отчёт о переговорах. — Сумма штрафа осталась прежней — два миллиарда вон в случае нарушения условий или одностороннего досрочного расторжения договорённости, плюс стопроцентная компенсация всех расходов госпожи Пак ЮнМи, возникших в результате одного или обоих вышеперечисленных случаев…

«Противной стороной»… Лучшая характеристика моего бывшего агентства!

— … Кроме того, без возражений было принято положение, согласно которому любые комментарии представителей, а также руководителей агентства «FAN Entertainment» в средствах массовой информации о любой деятельности госпожи Пак ЮнМи, являются недопустимыми до истечения срока действия договора и являются его нарушением….

Несмотря на душераздирающее сожаление о даденом согласии, продолжаю держать poker face и слушаю юриста, местами мысленно переводя его «юридический» на «человеческий» язык. ЮнМи ж, блин, принцесса! Она же истерик не закатывает! Тупая только…

— Агдан–сан, — уважительно обращается ко мне Акиро, после завершения доклада юриста. — Договор с владельцем агентства «FAN Entertainment» о его непротивлении вашей деятельности, заключен со всеми необходимыми юридическими аспектами…

«Потомок древнего рода» делает паузу. Я молчу. Опустив глаза, изучаю стол, ибо «взвинчен, раздосадован и… подите прочь!».

— … Думаю, пора переходить к следующему этапу общения с вашим бывшим работодателем, — продолжает «потомок», — согласованию размера денежного возмещения. С этой целью мы направим ему официальный запрос о предоставлении отчёта о количестве накопленных вами роялти, необходимого для обоснования нашего предложения. А именно — вычесть их из суммы, которую вы должны заплатить агентству по решению суда. Это позволит уменьшить потери «FAN Entertainment» на комиссию при конвертации валют…

Сразу не врубившись в это словесное нагромождение, поднимаю голову и удивлённо смотрю на японца. «Считываю» коварную ухмылку в уголке его губ.

— Агентство ведь не платило вам процентные отчисления за авторские права? Так? — спрашивает он, видя, что я «туплю».

— Так! — сообразив о чём идёт речь, энергично киваю в ответ, одновременно представляя физиономию ЫнДжу, когда она узнает о моём желании сунуть нос в её документы.

Жаль, что не смогу увидеть этот момент своими глазами! Просто офигеть — насколько жаль!

— По законодательству вы имеете полное право получать возмещение за свой труд согласно заключённому договору, — уверенно сообщает Акиро и, непонятно зачем, обращается к юристу: — Я не ошибаюсь?

— Абсолютно верно, Акиро–сан, — кивнув, отвечает ему тот, однако добавляет «юридическую ремарочку»: — Но только лишь в случае, если по этому вопросу не было каких–нибудь отдельных указаний суда.

— Вот мы и узнаем. Если были, то нам обязательно пришлют их копию вместе с отказом. Пусть госпожа ЫнДжу немножко поработает на Агдан–сан.

— Вы согласны? — обращается он уже ко мне.

«Ещё как!» — думаю я, улыбаясь и кивая в ответ, уточняя, задаю вопрос: — Если госпожа ЫнДжу вступит в переписку, это документально подтвердит наличие проблемы с выплатой моих роялти, и данный факт можно будет использовать. Правильно?

— Совершенно верно, — с одобрением в голосе подтверждает Акиро. — Конечно, он не станет доводом, играющим решающее значение, но в судебном разбирательстве всё может пригодиться. Например, для формирования морального облика ответчика в глазах судьи…

— … Или для того, чтобы повысить настроение Агдан–сан, — мгновением спустя, с улыбкой добавляет он, продолжая разглядывать меня. — Вижу, юридические проблемы вас утомляют.

— Они не в зоне моих интересов, — объясняю я своё эмоциональное состояние. — Но отнимают очень много времени, которое можно было бы потратить на более интересные вещи.

— На музыку?

— Да, на неё.

— Попробую с этим помочь… — говорит Акиро и, открыв лежащую перед ним папку с бумагами, произносит: — Где–то у меня был подходящий сюрприз в зоне ваших интересов…

«Сюрприз… — услышав волнительное слово заинтересовываюсь я, — надеюсь он с знаком плюс? А то „минусовые“ тут на каждом шагу бродят, в стаи уже сбиваются…»

Все присутствующие смотрят на то, как Акиро (явно перебарщивая с актёрской игрой), с озабоченным лицом перекладывает листки с одной стороны папки на другую.

— Нашёл! — наконец восклицает он, схватив и тряся в воздухе бумажкой, разукрашенной, как мне видно со своего места, множеством разноцветных печатей.

— Показалось, потерял… — смотря мне в глаза сообщает японец, не спеша сообщать, чем именно он размахивает.

— Замечательно, — улыбаюсь я, — уже начала за вас переживать, Акиро–сан…

— За меня? Приятно слышать, Агдан–сан. Но переживать нужно было не за меня. Поскольку это…

Он протягивает руку и, развернув документ, кладёт его передо мною.

— … договор на бронирование стадиона «Токио Доум» для проведения концерта певицы Агдан–сан. Длительность аренды — пять дней, залог, в размере тридцати процентов от её стоимости, внесён, первое выступление запланировано на двадцать седьмое октября этого года…

Зависаю над документом, приоткрыв от изумления рот. Охренеть… Не может быть! Настолько просто? Раз! И то, о чём так долго говорилось и планировалось, взяло и буднично случилось?

Прихлопнув челюсть, пробегаюсь глазами по договору. Я не «Копенгаген» в составлении подобных соглашений, но, на первый взгляд, всё выглядит весьма солидно. Подписи, печати, краткое и понятное, без рассусоливаний, содержание.

Подняв голову, смотрю задумчивым взглядом сквозь японца, решая из чего будет состоять концертная программа? Есть ли резон включить в неё западные хиты? Или для японцев — только на японском? Обойдусь одним репертуаром Оджиноме? Или…

На мгновение отвлёкшись от приятного творческого процесса, оглядываюсь по сторонам, по лицам присутствующих понимаю, что теперь их внимание сконцентрировано на мне. Чёрт! Я же не сказал спасибо Акиро–сан! Этому супер–организатору! Как же это сделать? Даже не знаю, какие слова будет правильно использовать для выражения своего восхищения и признательности. «Любые» — здесь не годятся…

— Совершенно не представляю, Акиро–сан, какие сказать слова в знак благодарности, — честно признаюсь я. — И придумать, чем мне отдариться в ответ на то, что вы осуществили мою мечту.

— Свою мечту вы будете осуществлять сами, Агдан–сан. Я всего лишь упростил ваш путь к ней. И отдариваться вам совершенно не нужно. Потому, что первый концерт состоится двадцать седьмого октября.

— «Двадцать седьмого октября»? — переспрашиваю, удивившись. — А что случится в этот день?