Андрей Кощиенко – Сакура-ян (книга 6-1) (страница 34)

— Нужно полностью пересмотреть стратегию в сторону комплексного подхода, — предлагает третий, самый молодой участник совещания. — Мне кажется, ни одна из инициатив не сработала, потому что на проблему смотрели слишком узко. Нельзя просто брать таблицу с данными и, руководствуясь лишь ими, запускать социальные программы. Это не работает.

— Возможно, — не спорит пухляш. — Однако проблема не только в том, что никто не знает, как. Сложность ещё в том, что демография очень инертный процесс. От начала внедрения инноваций до получения статистически годного результата должно пройти, по крайней мере, десятилетие. Но если вам повезёт, и вы вдруг угадаете верный путь, то все положительные результаты достанутся нашим соперникам. Через пять лет мы проигрываем выборы, так как нет положительных результатов. А через десять лет, когда они появятся, все заслуги присвоит себе правящая партия.

— И мы снова проигрываем выборы, — резюмирует седовласый.

— Какой тогда выход? — растерянно спрашивает молодой.

— Никакого, — отвечает толстяк. — Кроме чуда.

— Вроде?

— Вроде сидящего сейчас в Японии.

«Чудо»

— Вы имеете в виду эту девочку… Агдан?

— Ну да. Не понимаю, как ГынХе позволила ей уехать. Это ведь настоящий джокер, если она захочет пойти на третий срок.

— По конституции президент избирается только дважды.

— А президент, имеющий в своей команде реинкарнацию ГуаньИнь? Сколько раз будет позволено ему выдвинуть свою кандидатуру?

Молодой кореец задумывается.

— Если так, то думаю, он вполне может править пожизненно, — помолчав, сообщает он.

Седой кореец одобрительно кивает. Видимо, мысли у них сошлись.

— А если с Агдан ничего не получится?

— Ну, тогда виноватой окажется она, а наш результат будет не сильно отличаться от того, если бы мы её не привлекали.

— Почему только она — «виновата»?

— Два раза она ведь уже делала подобное, значит — сможет ещё раз. А не выйдет — просто не захотела. Мы, со своей стороны, сделали всё что могли, — вырвали из лап японцев и вернули на родину. Дальше исключительно она.

— А когда мы её — «вырвали из лап японцев»? И как?

— Над этим придётся подумать. Но я более чем уверен, что это окажется гораздо проще и дешевле решения демографической головоломки Хангук.

— Мы точно сможем её контролировать?

— Предлагаю подумать об этом в следующий раз. В любом случае мы можем обвинить её в отсутствии содействия нации.

Шестой лепесток унесён ветром…

Лепесток седьмой

Время действия: девятнадцатое июля, вечер

Место действия: Токио. Роскошный кабинет современного дизайна на верхнем этаже величественного небоскрёба.

— Как я понимаю, ты решил жениться, — пожилой японец с жёстким выражением лица пристально смотрит на Акиро. — Иначе я не вижу смысла в твоей просьбе.

— Годы не нанесли ущерба вашему несравненному уму, уважаемый отец, — склонив голову, с почтением в голосе отвечает тот, — он по–прежнему остр и легко видит сокрытую истину.

— Домо, но не кажется ли тебе, что просить у Императора высшую степень — наглость, которую, пожалуй, даже я не могу себе позволить.

— Это самый лучший из возможных вариантов.

— И чем же он тебе так нравится?

— Указ императора Мэйдзи гласит, что в высших степенях орден «Драгоценной короны» является придворным, которым награждаются исключительно члены императорских или королевских семей, а также представители высшей аристократии. Если моя избранница получит регалию первой степени, то это разом снимет все вопросы о её родовитости. И наша семья не потеряет в статусе, если я приведу в неё не безродную кореянку, а аристократку, чьё происхождение подтверждено самим Императором.

— Об этом я и подумал, когда ты попросил у меня о всей силедзайбацу, — бесстрастно произносит пожилой японец и напоминает: — Ордена первой степени вручаются дочерям императора в пятнадцать лет. Императрицы или кронпринцессы получают их после помолвки, а жёны принцев — при бракосочетании. Вслед за вашей свадьбой её награда официально сделает тебя принцем, поскольку твоя семья принадлежит к древней аристократии, а ты — женишься на принцессе.

— Разве это плохо? — осторожно интересуется сын.

Японец окидывает его оценивающим взглядом.

— У меня не было планов на то, что ты поднимешься так высоко, — честно признаётся отец. — Победить в одном сражении не всегда означает выиграть войну. Сможешь ли ты быть и далее безупречным стратегом?

— Обещаю, отец! — горячо восклицает Акиро.

Его собеседник покачивает головой, демонстрируя сомнение в прозвучавших словах.

— Многое придётся изменить, — произносит он.

— Застывшее означает умершее, — отвечает сын.

— Я вижу ты готовился к разговору, раз припас цитаты. А что скажешь о реакции двора на нашу попытку приблизиться к трону?

— Отец, вы же знаете, что они сами постоянно занимаются поиском вариантов, как самим это сделать. Обращу ваше внимание на факт, что никто ещё до сих пор не попытался заявить права на Агдан. А интриги всегда были интеллектуальным развлечением для аристократов. Жизнь постоянно выкидывает новые комбинации, которые нужно лишь заметить и просчитать, к чему они могут привести. Но если вы на это неспособны, то какие у вас тогда претензии?

Глава дзайбацу пристально смотрит сыну в глаза, похоже, меняя о нём своё представление.

— … Поэтому, кроме всплеска зависти и негодования в собственной недальновидности, я не вижу никаких серьёзных последствий для корпорации. Возможно, в следующий раз, при случае, нас попытаются подвинуть в сторону более «жёстко», но на этом всё.

— Я слышал, что кто–то прячет Агдан от внешнего мира… — чуть усмехается пожилой японец. — Не разрешает ей давать интервью…

— Сплетни неудачников, ничего более, отец. Девушке нужно было время для осознания себя в новой реальности. Просто немного оградил её от сонма любопытных. Сейчас как раз пришло время разрешить ей появляться на публике.

— Ты говорил о своём желании с матерью? С бабушками?

— Нет, отец. Ваш сын не осмелится нарушить правила, приведя в семью жену, несоответствующего уровня. Поэтому вначале нужно решить проблему, о которой я вам рассказал, и если это получится, лишь тогда я рискну побеспокоить своими желаниями своих драгоценных родственников.

— Пока же им и знать не нужно, — иронично хмыкает пожилой японец, сделав вывод.

— Именно так, отец.

— А со своей избранницей ты уже разговаривал на тему замужества? Она согласна?

— Тоже ещё нет, отец. Она не знает о моих планах. Решил не спешить, давая призрачные обещания. Для девушек это может обернуться сильной травмой.

Отец несколько раз одобрительно кивает.

— То, что ты держишь всё в себе, означает ли это, что твой брак будет без чувств? — чуть помедлив, интересуется он.

— Я следую вашим наставлениям, полученным в юности. Создаю фундамент семьи, на котором вырастет сакура любви.

Пожилой японец ещё раз одобрительно кивает.

— Если Император наградит Агдан орденом, многие увидят в ней большие перспективы. Не боишься конкурентов?

— Ей будет не до кого. Она будет занята концертом в «Токио Доум», который я ей организовал. Когда она творит, она живёт в другом мире.

— Как же ты тогда собираешься обратить на себя её внимание?

— Все организационные вопросы ЮнМи будет решать только со мною, что означает максимум общения. Окружу её комфортом и избавлю от финансовых проблем. Сейчас она ментально всё ещё девочка из бедного квартала, борющаяся за выживание. Но после того, когда она исполнит свою мечту, внезапно обнаружится, что сражаться ей больше не нужно. Достаточно просто попросить у меня и получить желаемое. «Женщина принадлежит мужчине, который лишил её самостоятельности», — так говорят.

— «Девочка из бедного квартала» твоей маме не понравится, — предупреждает глава дзайбацу.

— Обладательница международных американских премий «Грэмми» и «Хьюго», с грациозным телом танцовщицы, полиглот, владелица голубых глаз, подтверждающих её родство с королевской династией, красивая, с прекрасным голосом. Вы не представляете, отец, какой у неё вокал! Специалисты, которые слушали её, ушли в растерянности! Все мамины требования перекрыты несколько раз. Я нашёл для неё идеальную невестку!

— Она кореянка.

— Все знают, что дети от родителей разных наций более сильны здоровьем и зачастую гораздо красивее обычных людей. Отец, хотите внучек с голубыми глазами?