Андрей Кощиенко – Айдол-ян. Часть 3 (страница 94)
— Спасибо, оппа, что беспокоишься обо мне.
Отключившись, смотрю на экран своего телефона, которой держу в руке. Прокручиваю в голове только что состоявшийся разговор.
Какой он дотошный поцак, оказывается. Ему слово, а он — пять вопросов в ответ. Следователем, что ли, мечтал в детстве стать? А я вот не мечтал в детстве стать разведчиком, а стал! Мне показалось, что ЧжуВонище озаботился и приступил к планированию. Надеюсь, что это на самом деле так, как мне показалось. Что–то вот не хочется мне скандала. Опять будут вопли, крики, взывание к пунктам контракта… На кой оно мне надо? Лучше тихо и спокойно поработать. Больше денег выйдет.
Охренеть, она попять что–то натворила! Только подумал о том, что за ней следует следить, она тут же подбросила проблему! Словно мысли мои подслушивала! И что делать? Звонить хальмони? Вот она обрадуется… Конечно опять будет ругаться на меня, ведь ЮнМи — моя девушка. Вот чёрт, что за удовольствие иметь девушку, которая создаёт тебе проблемы? От ЮЧжин никогда проблем не было, кроме её приставучести! Как такая, как ЮнМи, оказалась рядом со мной? Какая–то странная гримаса судьбы. Что мне делать? Пшш… Что? Нужно звонить хальмони, спасать министра образования. Вдруг, с ним приключиться такая же беда как с министром иностранных дел?
(
— Да что же она такая бестолковая? — удивляется МуРан. — Невестка, которая не следит за своим языком — для любой семьи проблема.
— Хальмони, она просто ещё не опытная, — объясняет случившееся ЧжуВон. — Вспомни, сколько времени она в этом бизнесе? А журналист поддел её на крючок — разозлил, высказав неуважение к её сестре. Обычная их грязная игра.
— Если он оскорбил её сестру, нужно было перестать с ним разговаривать, — говорит МуРан. — Почему она не остановилась? ЮЧжин такой глупости бы не сделала.
— У ЮЧжин опыта больше, — говорит ЧжуВон. — И она специально обучалась общению с представителями СМИ. ЮнМи этому не училась.
— Что ж ты её не научил? — ворчливо интересуется МуРан.
— Хальмони, когда?! — искренне изумляется этому безосновательному «наезду» ЧжуВон. — Я же в армии?!
— Конечно. Как–всегда, все заняты чем–то важным. А мне — потом решать их проблемы, — всё так же ворчливо досадует МуРан. — Думать надо было, когда подбирал. Сейчас бы проблем не было бы. Вот где искать этого журналиста, если даже не известно, из какого он агентства?
— Если есть возможности, это возможно.
— Возможности! — насмешливо фыркает бабушка. — Почему тот так легко рассуждаешь об этом, ЧжуВон? Наверное, от того, что ты этим не будешь заниматься? Что не так у этой девчонки с языком? Почему она постоянно болтает?
— Может, тебе её следует — научить, хальмони?
— Вот уж не было заботы. Зачем мне вдруг это делать?
— Чтобы она не создавала проблем. Вспомни, чем закончилось, когда она критиковала МИД? Хочешь, чтобы министр образования тоже подал в отставку?
— Ой ты ж божечки мои… Думаешь, второй раз так же случиться?
— Хальмони, я серьёзно. Ну если этого и не случиться, то скандал всё равно будет, — предупреждает ЧжуВон. — Ты знаешь, что деньги любят тишину.
— Да. Лучше всего будет, если просто никто не станет шуметь. Ты понимаешь, о чём я?
— И как ты себе это представляешь? Я её спас. Как ты это объяснишь?
— Паршивец ты такой, ЧжуВон! Все мои надежды на тихую старость пропали в твоей глупости! Почему нельзя думать вперёд?
— Я думаю, хальмони.
— Вижу я как ты думаешь. Твоя бабка только и летает как мудан на драконе, занимаясь твоим спасением. Всё! Не хочу тебя больше слушать! Я рассердилась на тебя!
— Ну, бабуль… Я ещё хотел сказать, что ЮнМи написала песню про…
— Всё! Потом позвонишь! — коротко отрезает МуРан и отключает телефон.
— Наказание просто какое–то, — недовольно шипит она себе под нос.
….
— Боуу-у… — произносит ЧжуВон, смотря на экран своего смартфона. — Хотел сказать, но не успел. Хальмони рассердится ещё больше, когда узнает про песню о драконах. В следующий раз нужно говорить быстрей…
Упс… похоже, это про меня…
Лежу, в сети брожу. Позавтракал, медпроцедуры принял, свободен до следующего раза. Пользуясь возможностью — пошёл смотреть новости. Думал, может уже крик стоит, по поводу моего вчерашнего интервью залётному журналюге, но нет. Тихо. Интересно, почему? Может, боятся «закона об армии»? Вполне вероятно. Не думаю, что могущество империи Ким так велико, что они за одну ночь решили все проблемы. Хотя, кто его знает… Я ж «наивный чукотский юноша» в вопросе корпораций. Чего они могут, чего не могут, знаю только по фильмам. Ещё читал, что они полностью «срослись» с политическим аппаратом страны, поэтому, коррупция в этой стране неуничтожима. Если всех чоболей от этого аппарата разом оторвать и посадить, то всё тут рухнет сразу и ко всем чертям…
Ну, раз «крика» нет, можно посмотреть новости шоу–бизнеса. Вчера в стране «стартанул» очередной учебный год. Все университеты страны проводили под это дело праздничные концерты, приглашая на них артистов различной степени популярности, в зависимости от статуса учебного заведения и его бюджета. Мои «старушки» тоже должны были участвовать в этом ежегодном «чёсе». И я бы с ними был, если бы не попал в госпиталь…
Задав поиск, ищу видео с выступлений в надежде, что кто–то выложил их «фанкам». До официальных видео ещё, пожалуй, далеко, а мне захотелось прямо сейчас посмотреть, как прошло. Неизвестно, будет ли у меня свободное время, когда эти официальные видео будут выложены.
Ба, так это же дядюшка ДжоХван! — соображаю я, увидев начальную заставку одного из видео–треков.
Что–то поёт и, судя по выражению лица, поёт что–то проникновенное. Это где это он? Ролик назван просто — «
Запускаю видео и через несколько секунд слышу в своём правом наушнике знакомую мелодию — «Миллион алых роз».
Офигеть! — искренне удивляюсь я. — А почему я не знаю, что он исполняет мои песни? Я же автор?
Ещё через пару секунд я вспоминаю, что песня был «подарок» для хальмони ЧжуВона, в обмен на дядю и к коммерческому использованию композиция не предназначалась, поэтому никаких претензий тут быть не может. Слушаю до конца, желая оценить, что же в итоге вышло. Я же видел только репетиции. Сценического выступления я не видел.
Нормально, — думаю я, досмотрев до конца. — Дядюшка неплох. Мастерство, как говорится, не пропьёшь.
Пока я думал, ДжоХван на видео, поклонившись, поблагодарил зрителей за их аплодисменты и взялся объявлять следующую артистку, которая будет выступать за ним, тоже с песней жанра «трот».
— «СонЁн! Батарейка любви!» — сделав энергично подсекающий жест правой рукой, восклицает он и вытягивает руку в сторону другого края сцены, указывая на выходящую на неё СонЁн.
Фига себе, жизнь как быстро крутится, — озадаченно думаю я, смотря на экран планшета. — Только вроде два дня на койке провёл, а тут твоё уже и поют, и пляшут и деньги с популярностью за это получают. Да, в этом бизнесе стоять нельзя… Как говорила Алиса — «Нужно бежать со всех ног чтобы оставаться на месте. А чтобы куда–то попасть, нужно бежать как минимум в двое быстрее!». Шоу–бизнес, это … шоу–бизнес! Жестокий и беспощадный!
А у СонЁн, кстати, хорошо получается. Мне нравится. Дядюшка Хван её, что ли, «поднатаскал»? Он ведь спец в этом жанре. Или, может, это у неё от природы? Она же кореянка, а песня — корейская. Вот всё и совпало. Удачно.
В этот момент у меня звонит телефон. Беру, смотрю кто. ЮСон! Узнал об интервью?! Ща будет ор. Подхватываюсь, несусь из палаты в коридор, разговоры вести.
— Чего звонила вчера? — не очень любезно интересуется директор, после окончания взаимных приветствий.
Похоже, после вчерашних возлияний руководство в плохом настроении, но об интервью не знает. Говорить ему про случившийся казус, или нет? Лучше не надо. Человек себя с утра и так неважно чувствует, а ему ещё больше настроение испортят. Зачем? Может, пронесёт?
— Я вчера звонила, но вы были заняты, господин директор, — вежливо говорю я.
— Зачем говоришь мне то, что я знаю сам? — недовольно отвечает мне он и уточняет. — Что тебе было надо?
— Хотела сказать, что закончила работу с текстами для диска СонЁн и мне нужен «KingKorg», чтобы продолжить работу.
— Замечательно, что в агентстве есть люди, которые работают сами, без подробных инструкций, — ворчливо хвалит меня начальник. — Я как раз вчера решал твою проблему с синтезатором. У меня были переговоры с исполнительным директором корейского отделения фирмы «Korg» …