Андрей Кощиенко – Айдол-ян. Часть 3 (страница 72)
— Всё после возвращения из части, господин директор, — твёрдо говорю я. — Мне нужно время на подготовку. Вы же не хотите, чтобы агентство во время вашего управления опозорилось перед такой уважаемой государственной структурой как армия?
ЮСон недовольно пожимает губы.
— А у тебя есть, что? — спрашивает он. — Репертуар есть?
— Ну так вот я и собираюсь заняться этим вопросом! — восклицаю я.
ЮСон задумывается.
— С АйЮ что? Говорили? — спрашивает он.
— Когда? — удивляюсь я. — За ней следом две съёмочные группы по пятам таскаются. Всё снимают. Только официальные разговоры. Всё, как вы сказали.
— Всё как было обещано, она сделала, — обращает моё внимание на произошедшее директор. — Нация услышала её благодарность и признание, направленные в твой адрес. Проблем для совместной работы быть не должно.
— Да, господин директор, — соглашаюсь я. — Всё верно. Спасибо.
— Ладно, — кивает мне директор. — Иди готовься. Да! Пришло приглашение из «Кирин». Тебя приглашают на празднование начала ученого года. Пойдёшь, или написать им отказ?
— А что, уже начало учебного года?! — изумляюсь я.
— Представь себе, да.
Ничего себе, как время бежит! «Кирин»? Да ну…
— Пишите отказ, — говорю я.
— Не хочешь на праздник в родную школу? — прищуривается на меня директор.
— Напишите им, что как только они найдут того, кто мне на выпускном в глаза светил лазером, обязательно приеду! — говорю я. — А пока там не безопасно. Кто знает, что они ещё там придумают? Чуть без глаз тогда не осталась.
— Зато они у тебя сейчас такие, что у всех французов сразу на тебя встаёт, — посмотрев на меня, сообщает неожиданную мне новость ЮСон.
Озадачено обдумываю поступившую информацию.
— Господин директор, — обдумав, говорю я. — Я понимаю, что то, что естественно, то не безобразно, но в разговорах я предпочитаю обходится без излишнего натурализма.
Смотрю в глаз директора, ожидая реакции. Спустя несколько секунд он кивает.
— В некоторых случаях так короче и сразу всё понятно, — объясняет он.
— Предпочитаю использовать все богатства языка, накопленные нацией за столетия, — я ещё раз повторяю своё пожелание, другими словами.
— Я понял, — говорит ЮСон и задаёт вопрос по другой теме. — Что в группе? Как отношения с сонбе?
— Проблем нет, — отвечаю я.
Ну если не считать того, что вчера пришлось делать каменный покер фейс, пока КюРи делала многозначительные выражения лица, то да, проблем нет.
— Ладно. Хорошо, — говорит ЮСон. — Тогда иди, работай. Но французы на тебя действительно запали. Я им по секрету сказал, что ты из королевского рода. Поэтому, у тебя такие глаза. Не ошибись, если спросят.
Блин! Этого ещё мне не хватало!
— Буду знать, господин директор, — не став возмущаться запуском всякой ерунды в мою жизнь отвечаю я. — Спасибо за информацию.
— Подумай, над информацией, — веско, со значением, произносит ЮСон. — Глаза у тебя есть. Это половина. Вторая половина — это хит на французском. Тебе нужен хит, и тогда ты сможешь потягаться с АйЮ во французском чарте.
— На всё нужно время, господин директор, — отвечаю я. — Даже чтобы думать, нужно время. А у меня его нет.
— У меня его тоже нет, — помолчав, произносит директор. — Мы с тобой в одинаковом положении.
Конец трека четырнадцать
Трек пятнадцатый
— Все знают, что вчера произошло на французском дефиле? — спрашивает ЮСон у группы и делает паузу, ожидая ответа.
Девушки, озадаченные вопросом, мнутся, начинают переглядываться, потом все взгляды фокусируются на КюРи.
— Нормально всё было, господин директор, — говорит за всех БоРам. — Если бы было не нормально, то ЮнМи бы об этом рассказала…
ЮСон скептически смотрит на самую говорливую и разочарованно цыкает зубом.
— Вы, что, новости не смотрите? — спрашивает он. — Ваша макне принимает участие в шоу мирового уровня, а вам даже не интересно? Чем вы там занимаетесь в общежитии? Что вы там все делаете?
— А-аа, ну…понимаете, господин директор, — пытается объяснить факт отсутствия интереса к одной из участниц группы БоРам. — Дело в том, что лучше всех из нас с цифровыми технологиями обращается КюРи. Обычно она рассказывает нам все новости, когда мы завтракаем. Но этим утром она ничего не рассказывала… И ЮнМи тоже ничего не говорила, что было вчера. Мы подумали, что это был самый обычный показ…
ЮСон переводит взгляд на КюРи и вопросительно приподнимает брови.
— Да, так было, господин директор, — кивая, не отрицает КюРи без слов поняв, что сейчас её очередь оправдываться. — Я всегда рассказывала новости. Но, СонЁн сказала, что это портит ей аппетит и попросила меня прекратить это делать. А все остальные её поддержали…
Теперь ЮСон переводит взгляд с КюРи на СонЁн.
— КюРи, последнее время рассказывала только о каких–то ужасах, господин директор, — объясняет та. — Это совершенно неправильно, когда день начинается с негативных эмоций…
ЮСон некоторое время смотрит на неё, потом обводит взглядом остальных.
— Я просто потрясён, — сообщает он, — тем количеством свободного времени которое позволяет вам заниматься всякой ерундой!
Девушки виновато опускают головы и складывают перед собой опущенные ручки.
— Какая–то детская возня, можно сказать, уже, не девушек, а молодых женщин! Всё в обиды играете, вместо того, чтобы заниматься взрослыми делами! — возмущается ЮСон. — АйЮ, любимица нации, вчера, продвинула участницу вашей группы так, как … даже не знаю кто, мог её ещё так продвинуть! Можно сказать, вставила ей в зад ракетный ускоритель для взлёта! А вы всё выясняете, кто, что, кому сказал! И кто из вас дурнее! А?
Девушки стоят, опустив головы, ожидают, когда начальник выпустит пар.
— Вам сейчас нужно думать о том, как взлететь вместе с нею! Об этом нужно беспокоиться, а не о радостной встрече нового дня, с положительными эмоциями!
— Простите, господин директор, — извиняется СонЁн. — Больше такое не повторится…
— Простите нас, господин директор! — хором произносят остальные и кланяются.
ЮСон смотрит, как они делают это ещё раз.
— Повыгонять бы вас всех, — с мечтательной интонацией произносит он. — Но у меня слишком большое и доброе сердце, чтобы совершить столь ужасный поступок.
— Спасибо, господин директор! — снова кланяются девушки.
— Ладно, уговорили, не буду, — тоном римского императора способного приказать остановиться солнцу в небе, говорит ЮСон и переходит к конкретике. — Значит так. Я вас позвал, чтобы сказать следующе. У ЮнМи сейчас хорошие шансы взлететь в международный топ популярности…
ЮСон делает паузу и повторяет последнюю фразу с серьёзной, «глубокой» интонацией. — Очень хорошие шансы.
— И вы летите с ней… пока, — снова выделив интонацией последнее слово, говорит он. — Хотя ЮнМи уже достигла уровня, с которого можно отправляться в сольное плаванье.
ЮСон снова оглядывает группу, превратившуюся из виноватой в насторожившуюся.
— Я раздумываю над этим шагом, однако, не спешу его делать. Но своей тупостью вы просто толкаете меня в спину. И я могу его сделать раньше, чем собирался. В общем, у вашего макне, или томбоя…, впрочем, не важно! Вы прекрасно понимаете о ком речь, сейчас у неё большая нагрузка. И вы занимаетесь тем, что бережёте, холите и лелеете её как ребёнка. Надо с ложечки кормить — кормите. Надо пятки чесать, чтобы уснула — чешите! Упаси, как говорится, если она на вас из кого–то пожалуется. Выгоню из группы сразу в «подвал»! Вам понятно? — спрашивает ЮСон.
— Да, господин директор… — опускает головы группа.
— Не надо так печально, — произносит директор. — От вас всего лишь требуется засунуть свой норов куда подальше и быть милыми онни для своей младшей. Взамен вы получаете деньги, популярность и сольные проекты для каждой. И не только в рекламе, а музыкальные сольные проекты, которые продлят вашу жизнь в рекламе. Замкнутый круг. СонЁн уже получила такой проект, даже не один, теперь настала очередь БоРам.
— БоРам, твоя песню, которую ты записала с ЮнМи, будет продвигаться на французском рынке. Я принял такое решение и заключил для этого договор с французским лейблом. Так что молись своей удаче или, ещё чему, что тебе больше нравится. ЮнМи везёт, поэтому, я сделал для тебя максимум возможного — пустил твою песню вместе с её.
— О-о! — распахивает широко–широко глаза БоРам и, многократно кланяясь, рассыпается в благодарностях. — Спасибо большое, господин ЮСон! Я буду очень стараться! Сделаю всё, что нужно, чтобы добиться успеха! Спасибо большое господин директор!