Андрей Коробейщиков – Яран (страница 2)

Через три часа он уже въезжал в небольшую березовую рощу через старые выцветшие ворота, на которых гордо краснели свежевыкрашенные буквы названия садоводства. Сердце заметно стало биться чуточку сильнее. Это было невероятно волнительно, снова оказаться в месте, пропитанном самыми светлыми воспоминаниями и эмоциями.

Их дом находился на первой линии от реки, но к нему нужно было свернуть с главной дороги. А вода была так близко, что Юра решил сначала съездить на берег. Кроме того, именно на берегу стоял в свое время маленький продуктовый магазинчик, где Романов планировал купить хоть какой-нибудь еды. Внезапный план не оставил ему времени позаботиться о покупках провианта в городе. Юра захлопнул дверцу автомобиля и пошел по песку вдоль реки, рассматривая когда-то знакомые места. Как это было ни странно, вопреки пессимистическим ожиданиям, магазинчик был на месте и даже работал! Невероятно, почти тридцать лет прошло, здесь наверняка сменилось несколько хозяев, но маленький хрупкий домик по-прежнему гостеприимно распахивал свою единственную дверцу с висящей марлей на входе. Юра откинул импровизированный полог и с трепетом вошел внутрь. Здесь, конечно, все было по-другому. Другие обои, другое расположение витрин, да и сами витрины были уже совсем иными – вместо старых массивных сооружений в зале стояли два вполне современных агрегата с системой охлаждения. Продавец тоже был другой. Юра усмехнулся. Вместо всегда улыбчивой тети Нюры, место за прилавком занимал хмурый молодой человек, судя по поведению, являющийся и продавцом, и грузчиком, и директором. Романов мельком взглянул на информационный стенд на стене. «Предприниматель Васютин Д.С». Ну, скорее всего, так и есть. Кто-то из местных садоводов, совмещающий приятное с полезным. Парень выразительно посмотрел на часы, как бы намекая, что времени до закрытия осталось всего десять минут. Юра с пониманием кивнул, давая понять, что ситуация ему ясна, и тут же принялся бегло просматривать товар в витринах. Так, хлебушек, паштетик, колбаска, запаянная нарезка сыра… Он вдруг вспомнил, что одним из любимых лакомств, покупаемых в этом магазине, были пряники и консервы «Фрикадельки в томатном соусе». Ему вдруг до невозможности захотелось именно пряников и фрикаделек. Причем именно в томатном соусе. На витрине ничего подобного не наблюдалось. Юра наклонился к продавцу:

– Скажите, уважаемый, а пряники у вас есть?

Парень отрицательно качнул головой:

– Нет. Только вафли остались и шоколадки.

Юра с сожалением выбрал пару шоколадок.

– А-а… – он смущенно еще раз пробежался глазами по консервам, лежащим в углу одной из витрин, – а, случайно, «Фрикаделек в томатном соусе» у вас нет?

Продавец даже не сразу понял, о чем идет речь.

– У нас же здесь не супермаркет…

– Да нет, такого сейчас, наверное, даже в супермаркетах нет, – пробормотал Юра и на вопросительный взгляд предпринимателя улыбнулся: – Была надежда, что только в таком месте что-то подобное еще могло залежаться.

– В каком смысле «залежаться»? – переспросил явно уязвленный продавец, – у нас хоть и маленький магазинчик, но здесь ничего больше двух дней не задерживается.

– Да нет, – примирительно сказал Юра, рассмеявшись, – с более старых времен, лет тридцать с лишним тому назад.

Продавец окончательно перестал понимать, чего хочет от него этот странный поздний покупатель. Юра, оценив уровень чувства юмора предпринимателя, решил не развивать тему.

– Последний вопрос – спиртное качественное у вас есть? Дорогое что-нибудь…

Продавец хмыкнул:

– Дорогое не значит качественное. Пиво осталось, вино молдавское, ну и водка…

Юра кивнул головой на бутылки с красным вином, показав два пальца.

Выйдя на улицу с пакетом, Романов еще раз с грустью окинул взглядом знакомый с детства магазин. Тридцать лет. Глупо было надеяться, что он зайдет, и его встретит здесь своей фирменной улыбкой тетя Нюра, подмигнув и спросив:

– Ну что, Юрка, хлебушка горячего возьмешь?

А он бы кивнул головой и показал два пальца – одну буханку домой, а другую – частично покусать по дороге, вгрызаясь в горячую мякоть свежего хлеба, частично – «на общак» пацанам, которые наверняка уже ждали его около Гиганта-дерева, чтобы пойти купаться или играть в лесных лучников из банды Робин Гуда. Юра подошел к автомобилю и, положив пакет с продуктами на заднее сидение, еще раз, так, машинально, бросил взгляд в сторону огромного ствола. Нет, никого там не было. И одному только Богу известно, куда разметало по жизни тех юных мальчишек, которые беспечно проживали тогда свои летние деньки, даже не думая о том, что будет с ними спустя несколько десятков лет. И вот он, один из этой счастливой компании, через треть века, опять оказался в этой точке пространства, правда, совсем с непонятными целями. Юра чувствовал, что за вполне объяснимым желанием отдохнуть на свежем воздухе, было что-то более важное, более глубокое. Он провел рукой по щеке, покрытой небольшой щетиной, и улыбнулся. Может быть, это и вправду было тайной надеждой ПРОСНУТЬСЯ – А ТЕБЕ 8 ЛЕТ, И ВСЯ ЭТА ФИГНЯ ПРОСТО ПРИСНИЛАСЬ… А что может быть более подходящим для такого ночлега, чем дом, где тебе снились самые яркие детские сны?

Дом был таким же, каким Юра видел его последний раз. Правда, раскрашен в совсем другие цвета. Но в целом все вокруг было неизменным. Те же деревья, окружающие дом со всех сторон, подобно живой изгороди – сосна, две березы и раскидистая рябина. Старая банька, почерневшая от времени. Не было только собачей конуры, и вместо вишневого сада густели заросли смородины. Сам же дом словно жил вне времени. Было видно, что дедушка следил за ним, пока был жив.

Юра открыл ворота и заехал на «Range» на территорию участка. Когда он вышел из машины, то сразу столкнулся с настороженным взглядом пожилой женщины, стоявшей за колючей стеной малины, служившей естественным ограждением от соседского участка. Юра приветливо помахал ей рукой и сразу прояснил ситуацию:

– Я – Романовых внук.

Соседка с пониманием кивнула, тут же потеряв к нему интерес, и исчезла за углом новенькой бани, явно построенной совсем недавно. И баня, и новый дом, гордо возвышающийся на соседском участке, смотрелись рядом со старым домиком Романовых особенно контрастно. Юра открыл заднюю дверь автомобиля и, достав оттуда пакет, медленно пошел к своей усадьбе, вдыхая полной грудью богатую гамму запахов летнего сада. Крыльцо чуть скрипнуло под его весом, словно не узнавая того, кто когда-то носился здесь в выцветших кедах, перепрыгивая через всю лестницу целиком. Он протянул руку вверх и уже забытым движением подцепил пальцем ключ, спрятанный за верхним штакетником двери. Дверь отворилась и впустила вечернего гостя в прохладу гостиной. Романов замер на пороге и осмотрелся. Внутреннее убранство дома, так же как и его внешний вид, изменилось незначительно. Все-таки было видно, что хозяевами здесь долгое время были люди, которые стремились всячески поддерживать определенное настроение и в домике, и на участке. Юра хмыкнул и, поставив пакет на стол, достал оттуда одну из бутылок вина. Содрал упругую пластиковую капсулу и, найдя в ящике стола старый кривоватый штопор, извлек с характерным звуком из горлышка пробку. По комнате сразу распространился терпкий запах красного вина. Юра опять вышел на крыльцо и, еще раз втянув в себя теплый воздух сада, с наслаждением сделал несколько глубоких глотков. Он хотел успеть сделать до заката одно очень важное дело, если уж пошла такая ностальгическая тема.

Он шел по узким вечерним улочкам садоводства, вспоминая, как они выглядели раньше, и лишь смутно угадывал знакомые очертания. Все-таки здесь все стало совсем другим. Остались еще какие-то отдельные элементы его детского мира, такие, как их домик, Гигант-дерево, река, но в целом прошедшие тридцать с лишним лет изменили облик этого места практически до неузнаваемости. Романов сделал еще пару глотков вина, чувствуя, как хмель приятной волной распространяется по телу. Он улыбнулся, вспоминая…

Это было одно из самых любимых занятий здесь во время, когда родители приезжали в «Рябинки» в отпуск. Папа обычно брал с собой пару бутылок красного вина. Одну он выпивал в первый вечер, а вторую растягивал на несколько дней. Но вот в первый вечер своеобразным ритуалом у них было выйти перед самым закатом и пойти гулять по садоводству. Они все вместе шли рядом, а Юра держал родителей за руки. Периодически папа с мамой делали несколько быстрых шагов и подбрасывали его вверх, а он взлетал, вереща от восторга, и не было ничего на свете чудесней, чем ощущение полета и прикосновение родительских рук. Самые лучшие качели во Вселенной! А потом чуточку захмелевший отец принимался рассказывать ему сказку про тот или иной дом, на который Юра показывал пальцем. В нарядных домиках с пышными клумбами цветов, оказывается, жили добрые феи или таинственные сказочники. В густых зарослях малины прятались гномы. А мрачные дома с темными окнами скрывали в себе злых волшебников и даже вурдалаков. Юра опять глотнул вина, отсалютовав дороге перед собой, словно произнеся беззвучный тост за это чудесное прошлое. Вокруг уже было совсем темно, и идти дальше без фонаря было практически невозможно. Романов остановился и, слегка покачиваясь, помахал рукой темноте, делая несколько глотков.