Андрей Кокоулин – Просто механический кот (страница 24)

— Стой смирно.

Мурлов осмотрел кота, подергал, разгладил шкуру под глазом, ощущая под пальцами проминающийся каркас. Несколько раз провел ладонью от головы к хвосту, заставляя Осю щериться и показывать мелкие зубы. Осторожно надавил, вправляя объектив в орбиту. Раздался чуть слышный щелчок.

— Смотри-ка, как новенький.

Ося стукнул хвостом и мяукнул. Мурлов притянул его за мордочку близко к своему лицу и всмотрелся в черноту зрачков.

— Ты думаешь, все для тебя кончилось? — произнес он. — Не-а. Ты, мой милый, познаешь всю мою любовь. А она, уж извини, своеобразна. Сидеть!

Мурлов прижал палец к Осиному лбу. Инструкция чуть не упорхнула с колена. Кот зажмурился под пальцем.

Так, подумал Мурлов, а что за режимы показывал мне лупоглазый менеджер на складе? Тоже ведь какой-то домашний и охотничий. Или это разное? Он полистал книжку. Ага. Шаблоны — это шаблоны. Границы существования меха. А переключатель за ухом — это некий дополнительный вариатор поведения.

Хотя не понятно.

Мурлов выудил из кармана мобильник. Не слишком ли рано? Впрочем, как клиент он имеет право хоть ночью…

Он набрал номер. Гудки скоро сменились бодрым голосом соседа:

— Да-да, слушаю.

— Николай Петрович? Здравствуйте, — сказал Мурлов в трубку. — Не разбудил?

— Нет, Валентин э-э…

— Сергеевич, — подсказал Мурлов.

— Простите, из головы вылетело, — сказал сосед. — Собираюсь на презентацию, оперативная память — вся в цифрах и диаграммах. У вас какой-то вопрос?

— Да, я по поводу поведенческих шаблонов.

— О, глубоко вы…

— Да вот, пробую. Но я про переключатель за ухом. Мне менеджер сказал, что он тоже меняет модель поведения.

Николай Петрович словно не понял.

— Переключатель?

— Да. За ухом.

— Ах, этот! — сосед рассмеялся. — Нет-нет, это вам неправильно сказали. Это переключатель не меняет модель поведения, он включает самообучение. Механимус как бы получает возможность накапливать опыт и, соответственно, встраивает его в алгоритмы дальнейших действий. Шаблоны — это другое. Шаблоны — это, если говорить грубо, жесткая основа. Базис. А самообучение — гибкая надстройка. В аутентичном режиме ваш кот, допустим, будет запрограммирован периодически нежиться на подоконнике. Но вам достаточно согнать его с подоконника один раз, сказать: «Нельзя», и он это запомнит. Самообучение, конечно, тоже не панацея, блок имеет ограничения по объему и построению сложных алгоритмов…

— А мышей ловить? — спросил Мурлов.

— Ну, если научите.

— Как? Сказать: «Делай, как я» и поймать мышь самому?

Николай Петрович рассмеялся.

— Нет-нет. Этого делать точно не стоит. Ваш кот вас не поймет.

— Но в режиме «поводка»…

— Нет, не сработает, это другое. — Сосед похмыкал, раздумывая. — Насколько я помню, в той же разработке на аутентичное поведение у нас проходил некий протокол на реакции на солнечные «зайчики», клубки, бумажки на ниточках… Впрочем, вам лучше попробовать в этом смысле «охотничий» шаблон.

Мурлов переложил телефон к другому уху.

— У вас нет такого шаблона.

— Ну как же? Вы всю инструкции прочитали?

— Я ее второй день штудирую.

— Тогда вы должны бы…

Мурлов раздраженно тряхнул книжкой в руке.

— Николай Петрович! Вот, дословно. «В механимуса заложены три готовых поведенческих шаблона». Три! Первый — аутентичный, то есть, максимально близкий к обычному поведению животного.

— Да, — вставил слово сосед.

— Второй — это «поводок», где животное следует за тобой по пятам. И третье — шаблон игровой, названный «Прятками».

— Ах, да-да! — сказал Николай Петрович. — Простите меня, запамятовал. Надо, похоже, пропить курс мемостимуляторов. Это я шучу. Просто первоначально этот игровой шаблон был именно что охотничьим. Он писался под собачий профиль. А из механического кота, как вы понимаете, охотника на утку или зайца сделать проблематично. В «Прятках» этот шаблон урезан и, честно говоря, на мой взгляд, серьезно еще не оттестирован.

— Я понял, — сказал Мурлов.

— Вы можете подключить самообучение к «пряткам», возможно, ваш кот и научится ловить мышей. Но «аутентичный» — самый популярный шаблон, лучше пользуйте его. Тем более, что в «прятках» мы, кажется, поставили ограничения…

— Да, тридцать минут.

— Не помню, с чем это связано, кажется, с быстрой заполняемостью модулей памяти, поэтому советую вам все же первый шаблон.

— Все, понял, спасибо.

— Наш кот оправдывает ваши ожидания, Валентин… Сергеевич?

Мурлов посмотрел на Осю.

— В целом, да.

— Рад, рад, — рассмеялся Николай Петрович, — пользуйтесь! Мы вложили в него много труда и мысли. Это действительно уникальный механизм.

— До свидания.

Мурлов отключился.

— Ну, что, Ося, — склонился он к коту, — хочешь самообучиться? Вдруг у тебя получится выкинуть неожиданное коленце? Не такое, как в ванной, конечно. Но, скажем, какое-нибудь милое и забавное, вроде концерта по заявкам. Можешь смурчать «Металлику»? Или исполнить «Агату Кристи»?

Поводя пальцами по шерсти, Мурлов добрался до уха. Ося довольно заурчал.

— О ты какой!

Мурлов нащупал переключатель. Щелчок, скорее, «услышали» пальцы, чем Мурлов уловил характерный звук. Глаза-объективы Оси на мгновение изменили цвет, но механимус остался неподвижен. Мурлов пощелкал переключателем снова, но никакого подтверждения в том, что Осирис включил режим самообучения, не получил. Он зашуршал страницами инструкции и скоро выяснил, что любое действие, связанное с программированием, требует идентификации владельца.

— Наворотили, — проворчал Мурлов.

Он снова переключил режимы, потом прижал палец к брелку, дождался зеленой риски на боковой грани и на всякий случай произнес прямо Осе в морду:

— Мурло-ов!

Где-то секунд через десять кот сузил зрачки, и взгляд его показался Мурлову гораздо более осмысленным, чем раньше.

— Ну, здравствуй! — сказал Мурлов Осе. — Здравствуй, ко-отик!

Механимус несмело мяукнул.

— Ближе, ближе, — подозвал его Мурлов.

Ося выпрямил передние лапы, внимательно разглядывая протянутую ладонь. Мордочка его казалась задумчивой.

— Ты же умненький котик? — предположил Мурлов, приходя в сладкое волнение. — Давай, ткнись носом. Выкажи расположение.

— Мяу?

— Носом — в ладонь, — приказал Мурлов резким голосом.