Андрей Климов – От Хитровки до Ходынки. История московской полиции с XII века до октября 1917 года (страница 58)

Как мы уже говорили, 70-е годы оказались провальными для реформирования московской полиции, в первую очередь, в подборе кадров значительно увеличившегося после большого перерыва штата, в отличии, кстати, от столичной полиции. Причин этого может быть несколько. Но одна из явных – экономия средств городскими властями, прежде всего, московской городской Думой. Недофинансирование полиции аукнется властям уже совсем скоро – в дни Первой русской революции, когда стала ясно, что недоукомплектованная и недофинансированная полиция не смогла ничего противопоставить революционным толпам, настоящей пробоине в общественной безопасности.

Во второй половине 80-х-первой половине 90-х гг. увеличение штата московской полиции продолжилось. Так, 14 ноября 1887 г. вышло Высочайше утвержденное положение Кабинета министров «Об усилении состава полиции в городе Москве»[521].

В числе нормативных актов по увеличению штата полиции в Первопрестольной в 90-х годах можно назвать мнение Государственного Совета «Об утверждении дополнительного штата Московской городской полиции» от 24 мая 1893 г. Вскоре после этого, 21 июня 1893 г. и.д. московского Обер-полицмейстера писал Генерал-губернатору о финансировании московской полиции: «…2. Исчисленный по сему штату ежегодных расход, в размере семидесяти семи тысяч ста восьмидесяти рублей, отнесен на средства города Москвы. 3. Увеличить взимаемые в пользу города Москвы сборы за прописку паспортов и видов до размеров установленных в сем отношении для города С.-Петербурга». Предложить в дополнительный штат московской городской полиции должности: «Помощник Обер-полицмейстера (из военных чинов) – 1 с жалованием 3000 руб. Помощник Управляющего канцелярией – 1 с жал. 2000 руб. Помощник письмоводителей Участковых приставов – 40 чел. с жалованием по 300 руб. На канцелярию расходов Участковых приставов и на наем для них писцов – 48000 руб.[522] Всего было выделено на дополнительный штат 77180 руб. Эти, казалось бы, незначительные подвижки в дальнейшем увеличении штата московской полиции, помогали в работе ключевым фигурам – Обер-полицмейстеру, Управляющему его канцелярии, на местах – участковым приставам.

Следующее изменение, касающееся организационной структуры московской полиции, произошло в 1894 г. Был образован еще один полицейский участок – Петровско-Разумовский, правда, он был выделен в отдельную структуру с уже существовавшим штатом нижних чинов полиции, работающих на этой территории. На вакантные должности направили полицейских из других участков. Фактическое увеличение штата московской полиции состоялось лишь на одну должность – товарища (заместителя) Обер-полицмейстера[523].

Сохранились сведения о личном составе Московской городской полиции на 2 февраля 1898 г. Для статистических данных интерес представляет список чинов за 1898 г. Так, согласно документа все вакансии в центральном аппарате были заполнены. Однако, среди частных приставов некомплект составил 5 %, старших помощников пристава – 37 %, младших помощников пристава – 5 %, околоточных надзирателей – 2 %. Больше до начала XX в. серьезных изменений в штате московской полиции не было.

Как вывод по деятельности и организационно-правовым нормам функционирования московской полиции во второй половине XIX в. можно сказать следующее:

В отличие от первой половины века, вторая оказалась для московской полиции гораздо более насыщенной, ибо такой же насыщенной было социально-политическая история Российской империи этого периода. Реформирование московской полиции проходило в рамках Великих реформ императора Александра II, судебных, полицейских и других реформ государственного управления.

Организационная структура московской полиции, Управы благочиния тяжело менялись уже во время реформ – в 60–70 годы XIX в., бюрократическая система со скрипом переходила на новые формы правления, центральная и городская власть неохотно расставалась с финансами, которые надо было выделять на обеспечение московской полиции.

Новая структура московской общей полиции, Канцелярия Обер-полицмейстера в 80-х и 90-х годах также требовали гораздо большего финансирования, как и политическая полиция – жандармерия, охранное отделение, которые в связи с возрастанием революционного движения, деятельностью революционно-террористических организаций все же получало большее финансирование. Недопонимание политической элитой, предпринимательской элитой, которые были представлены, например, в Московской городской Думе, принимающей решения о финансировании полицейских учреждений, того факта, что общая и политическая полиция совместно являлись субъектами общественной безопасности.

В ходе реформы в начале 80-х все же произошла передача в центральном блоке управления функций от упраздненной Управы благочиния к Канцелярии Обер-полицмейстера, с расширением исполнительных и контрольных функций последней.

Деятельность московских полицейских структур регламентировалась изданными законодательными актами высшей власти империи: Высочайше утвержденными указами, мнениями Госсовета, распоряжениями правительства; ведомственными приказами и распоряжениями Министерства внутренних дел, Департамента полиции; местными властями – московских Генерал-губернатора и Обер-полицмейстера.

По значимости Положение о московской городской полиции от 5 мая 1881 г. среди всех важных в той или иной степени нормативно-правовых актов имело первостепенное значение.

В правовом плане по вопросам финансирования, организации и функционирования московская полиция взаимодействовала с представительным органом – Московской городской Думой, которая принимала свои решения, основываясь не на потребности обеспечения общественной безопасности в городе, а исходя из финансовой целесообразности. Однако, и сама она зависела от исполнительной власти – Генерал-губернатора и даже Обер-полицмейстера. Правда, с позицией последнего она могла не согласиться, опираясь на какую-нибудь норму принятого в Российской империи закона.

Московская Управа благочиния, функционировавшая до начала 80-х годов, была сильной и властной структурой, самостоятельным административно-полицейским подразделением, обладающая огромными распорядительскими функциями, с упорядоченным ведением делопроизводства. Пришедшая ей на смену Полицмейстерская канцелярия при Обер-полицмейстере стала больше органом бюрократическим, выполняющая волю и решения последнего как начальник полиции. Это было обусловлено делением самой канцелярии на подразделения, каждое из которых выполняло свои обязанности на вверенном участке работы.

Глава 19

Организация, правовые основы функционирования и деятельность московской полиции в начале XX века (1900 – февраль 1917 гг.)

В начале XX в., в 1902 г. Московская полиция отметила свой 200-летний юбилей. К этой дате она уже богатый опыт борьбы с уголовной и даже политической преступностью, опыт поддержания и в, случае необходимости, наведения общественного порядка. Организационно-штатная структура тоже была достаточно развитая, сопоставимая только с Санкт-Петербургской полицией, несмотря на то, что на столичную полицию выделялись гораздо большие финансовые ресурсы. Базовый штат Московской городской полиции был утвержден, как мы сообщали, 5 мая 1881 г. Но этот штат исходил из проведенной переписи населения Москвы в 1871 г. Согласно ему тогда в Москве числилось 602 тыс. жителей. По последней переписи накануне XX в., в 1897 г., как мы уже указывали, в Первопрестольной проживало уже более миллиона – один млн. 35 тыс. жителей.

В связи с этим требовалось и увеличение штата полиции в расчете одного чина тысячу жителей. «Настаивая на необходимости усиления полиции в Москве, обер-полицмейстер писал, что на территории города в существующих границах необходимо создать по крайней мере три новых полицейских участка с соответствующим штатом. В прежних же участках требовалось увеличить количество полицейских чиновников. Во-первых, это было связано сростом числа дел, в них разбираемых. Во-вторых, ежедневно в среднем девять помощников приставов отвлекались от службы в участках и заступали в общегородские наряды. Забрать чиновников для этого можно было только из тех участков, где было по два помощника пристава. А таких участков насчитывалось всего 21. Значит, практически через сутки участковое управление лишалось одного из своих офицеров. Также в общегородские наряды каждый день в среднем назначалось 40 околоточных надзирателей, то есть 1/5 часть их наличного состава. А еще надзиратели по очереди несли дежурства при участковых управлениях. То есть два дня из шести надзиратель был оторван от своего околотка. Средний околоток в Москве имел свыше 5 тысяч жителей и до 250 домов. Обер-полицмейстер рассчитал, что эффективно выполнять все свои служебные обязанности может только при условии, что в околотке проживает не более 3 тысяч человек. Поэтому старший полицейский начальник Москвы просил добавить к имеющимся 204 надзирателям ещё 110 человек»[524].

Голос московской власти был услышан. В этом же 1902 г. в плане дальнейшего увеличения штата 4 февраля было обнародовано Высочайше утвержденное мнение Государственного Совета «Об усилении штата Московской городской полиции»[525]. В документе говорилось: «Проект штата участкового управления, полицейской стражи, полицейского резерва и служительской команды Московской городской полиции поднести к Высочайшего Его Императорского Величества утверждению». Это значит, что представленное изначально московскими властями штатное расписание было одобрено. В пункте 5 было конкретно указано: «Положенное для города Москвы число военных чинов, допускаемых на должности Участковых Приставов и их Помощников и чинов полицейского резерва (п. 5 ст. 155 Уст. служб., изд. 1896 г.), увеличить с 66 до 75 человек»[526].