Андрей Климов – От Хитровки до Ходынки. История московской полиции с XII века до октября 1917 года (страница 30)
Полицейскими частями руководили частные приставы, отвечавшие за «порядок и благочиние» в своей части. Они назначались на должность губернским правлением. Частному приставу придавалось 2 сержанта и под его началом состояла полицейская команда. Устав благочиния предписывал: «Частного пристава дом не запирается ни днем, ни ночью подобно пристанищу в опасности находящимся или нужды имеющим во всякий час, да примет и выслушивает терпеливо жалобы, прошения, уведомления, извещения или донесения о содеянном в его части».[332] Это говорит о том, что в обязанность полиции вменялось оперативно реагировать на обращения граждан, причем в круглосуточном режиме.
Административно-полицейское деление Москвы на сотни, было заменено делением на части, а те в свою очередь делились на кварталы, в которые входило по 50–100 дворов. Полицейской деятельностью в квартале руководил квартальный надзиратель, имевший в заместителях квартального поручика. Им подчинялись все сторожа квартала.
Первоначально в 1782 г. Москва была разделена на 5 районов: Кремль, Китай город, Белый город, Земляной город и район от Земляного города по Камер-коллежский вал, к которому были присоединены близлежащие слободы: Андреевская, Даниловская, Новая деревня и Бутырская. Чуть позднее, по требованиям Устава благочиния «сообразно с положением города, его пространством и удобностью, Москва разделена на 20 частей и 88 кварталов».[333] В каждой полицейской части находилась Канцелярия частного пристава, называвшаяся частным или съезжим домом. Съезжие дома поддерживали взаимодействие с органами местного самоуправления и находившимися в их ведении старостами, сотскими и десятскими. Также съезжие дома осуществляли судебные функции и приводили в исполнение приговоры по мелким преступлениям. При полицейских частях функционировали Словесные суды, производившие правосудие по гражданским мелким делам.
Кроме этого в съезжих домах находились один или два подьячих, отвечавших за делопроизводство, врач для оказания экстренной медицинской помощи, а при необходимости выполнявший функции судебно-медицинского эксперта, повивальная бабка для «родовспоможения», частный маклер, осуществлявший учет всей городской недвижимости (строительство, снос, регистрация актов купли, продажи, сдачи помещений в наем), а также маклер «слуг и рабочих людей», оказывавший услуги посредника при найме рабочих, прислуги, он же фиксировал в маклерскую книгу к кому и на какой срок были наняты работники и тд.
Сначала полицейские части в Москве имели только порядковые номера, чуть позднее стали именоваться по названиям обслуживаемых ими территорий.
Кремль, относительно поддержания безопасности и порядка, находился в ведомстве гражданского губернатора и обер-коменданта. В Китай городе вместе с Кремлем располагалась одна полицейская часть (Городская), и два квартала, в Белом городе 2 части (Тверская, Мясницкая) и 10 кварталов, в Земляном городе 6 частей (Пречистенская, Арбатская, Сретенская, Яузская, Пятницкая, Якиманская) и 31 квартал, в районе за Земляным городом до Камер-коллежского вала и за ним в слободах 11 частей (Хамовническая, Новинская, Пресненская, Сущевская, Мещанская, Басманная, Покровская, Лефортовская, Рогожская, Таганская, Серпуховская) и 46 кварталов (см. карту).
Кремль, относительно поддержания безопасности и порядка, находился в ведомстве гражданского губернатора и обер-коменданта. В Китай городе вместе с Кремлем располагалась одна полицейская часть (Городская), и два квартала, в Белом городе 2 части (Тверская, Мясницкая) и 10 кварталов, в Земляном городе 6 частей (Пречистенская, Арбатская, Сретенская, Яузская, Пятницкая, Якиманская) и 31 квартал, в районе за Земляным городом до Камер-коллежского вала и за ним в слободах 11 частей (Хамовническая, Новинская, Пресненская, Сущевская, Мещанская, Басманная, Покровская, Лефортовская, Рогожская, Таганская, Серпуховская) и 46 кварталов.
Итак, по Уставу благочиния в Москве по штату было 20 частных приставов, которые во время пребывания в должности числились чиновниками VII класса по Табели о рангах, 88 квартальных надзирателей, которые по аналогичным условиям числились чиновниками X класса и соответственно 88 квартальных поручиков – чиновников XI класса.
Согласно данных статистического исследования Михаила Степановича Гастева – чиновника канцелярии Московского военного генерал-губернатора, опубликованного им в 1841 г. на основании данных Губернского архива старых дел, сторожей для ночной стражи по штату было предусмотрено в каждом квартале по 12 человек, всего 1056, с жалованием 18 руб. в год. Также в ведении Управы благочиния находились «рабочие для пожаров», всего 2824 человека, которые наряжались от домов, в зависимости от числа покоев (комнат) в доме. Их содержание возлагалось на домохозяев. В распоряжении Управы по штату состояло 464 «казенных извозчика», 664 лошади для подвозки пожарных инструментов. При этом в полицейских частях использовались только 464 лошади, остальные «употреблялись на разные командировки».[334] Затраты на жалование пожарным извозчикам, подковка лошадей, ремонт сбруи, закупка фуража, починка повозок и пожарных инструментов осуществлялись за казенный счет. Деньги на эти нужды отпускались частным приставам. Через них же осуществлялись закупки для содержания и обслуживания уличных фонарей, которых в Москве было установлено 3500 штук.
При Управе благочиния несли службу 180 конных драгун, а в 1788 г. при ней же были сформированы 2 гусарских эскадрона из «праздно шатавшихся разночинцев и вербовкой из вольноопределяющихся на основании законов».[335] Данные эскадроны подчинялись обер-полицмейстеру и использовались в качестве патрульных как в черте города, так и за его пределами по контролю за общественным порядком.
Между тем штатный состав московской полиции оставлял желать лучшего. Стараясь заполнить недостаток нижних чинов полиции по указанию Сената из военного ведомства в распоряжение московской полицмейстерской канцелярии направлялись отставные военные или осужденные военным судом «за неважные вины»[336] солдаты. Причем отправка военнослужащих в полицию не редко осуществлялось в качестве наказания, что, естественно, не приводило к улучшению качественного состава городских правоохранителей. Так, в марте 1791 г. главнокомандующий Москвы князь Прозоровский А.А. за побег солдат со службы распорядился назначить им битье шпицрутенами через 1000 человек и отправить на службу в Московскую полицию троих рекрутов.[337]
Павловские реформы позволили увеличить полицейский аппарат Москвы, но вместе с тем они усложнили управление городом. Компетенция создаваемых учреждений нередко пересекались, а потому их деятельность иногда оказывалась не жизнеспособной. После утверждения Павлом I в 1799 г. Устава столичного города Москвы, Управа благочиния была упразднена. По Уставу главное городское начальство входило в Департамент комиссии о снабжении столичного города Москвы припасами, распорядком квартир и прочих частей до полиции относящихся. Департамент находился под президентством военного губернатора.
Под непосредственным наблюдением Департамента комиссии о снабжении находилось городское правление или ратгауз. Часть полномочий управы благочиния была передана ратгаузу, выполнявшему наряду с административно-полицейскими финансово-хозяйственные, а также отдельные судебные функции гражданских и уголовных судебных дел. В соответствии с Уставом столичного города Москвы, в полномочия московского рат-гауза входило: обеспечение пожарной команды города пожарным инвентарем, выделение денег на его приобретение, выплата жалования служащим пожарной экспедиции (п. 27, 32 гл. VI Устава); еженедельное информирование Департамента Комиссии о снабжении Москвы припасами о городских ценах на продукты и о количестве поступивших в город товаров (п. 17 гл. I Устава); выдача разрешений крестьянам на мелкую торговлю; контроль количества завезенных в город товаров (п. 27 гл. V Устава).
Другую часть полномочий управы благочиния включила в себя созданная, на основании Устава, Полицейская экспедиция, находящаяся под непосредственным начальством обер-полицмейстера, который в свою очередь подчинялся военному губернатору. Для осуществления военным губернатором контроля за деятельностью городской полиции в его аппарате состояли два адъютанта от полиции.
Полицейское управление Москвой было разделено на два отделения, каждым из которых руководил полицеймейстер. В результате появилась новая территориальная административно-полицейская единица. Оба полицмейстера подчинялись московскому обер-полицмейстеру.
Частные приставы стали называться инспекторами, квартальные надзиратели – унтер-инспекторами. В кварталах, вместо одного квартального поручика по штату предусматривалось по два квартальных комиссара и по три городовых унтер-офицера. В каждой городской части полицейские (воинские) команды состояли из одного офицера, двух вахмистров и двух унтер-офицеров конных, 24 драгунов, 4 пеших унтер-офицеров и 20 солдат, одного барабанщика, всего по городу 1080 человек, состоящих в полицейских командах.[338] Набор личного состава, кроме офицеров, производился из кавалерийских и пехотных солдат, не способных к строевой службе. Два состоявши на службе в полиции Москвы гусарских эскадрона были возвращены военному ведомству.