Андрей Канарейкин – Колдовская паутина (страница 13)
— Это другое, глупый Вилламп. Понимать надо.
— Сфоё гофно малина паххнэт, — хмыкнул Штефан и остальные удивлённо воззрились на него, — Я учить расхоший фыражений.
— Ааа…
С шутками-прибаутками, к полудню они доехали до борделя. Мощный орк у входа кивнул странной компании:
— Доброго дня. Босс предупредил что вы придёте.
— И тепфе прифет, Ролг, — ответил Штефан, — ты нас профодить?
— Да, — он бросил пару слов своему напарнику и открыл двойные двери.
— А Токсик в дверь пролезет? — обеспокоенно спросил огненный.
— Пролезет. Сюда бывает и лошадей заводят. Собственно, ваша хозяйка сюда своего огромного жеребца как-то провела. Уж не знаю зачем, — орк заговорщицки подмигнул.
— И правда зачем? — удивлённо заметила феечка, пожала плечами и взлетела.
Вилламп догадывался зачем, но решил придержать свои мысли. Он слез с сухой спины жабо-геккона и подойдя к головам, начал объяснять задачу. Ландскнехт, после слов орка расплывшийся в широкой улыбке, слез с коня, привязал его к коновязи и снял тяжёлую даже на вид седельную сумку, взвалил на плечо.
Сквозь бордель они шли гурьбой. Вёл Ролг, за ним следовал Штефан, над головой которого летала феечка, комментируя развешенные по стенам фривольные картины, затем Токсик, осторожно переступавший в не самом для него широком коридоре и замыкал Вилламп. Вскоре орк привёл их к спуску в подвал, к счастью достаточно широкому даже для Токсика, они прошли вдоль рядов винных бочек к старой двери, врезанной в ещё более старый камень стен. Ролг снял факел со стены, некоторое время гремел ключами, а потом с явным усилием потянул на себя дверь. Вилламп, протиснувшийся мимо Токсика, помог ему. Дальше шёл её более старый коридор с глубокими нишами в стенах. На немой вопрос Виллампа, орк коротко ответил:
— Катакомбы.
Вдруг летящая впереди Флокси воскликнула:
— Ой, какая большая дверь! Нам туда, траханный орк?
Ролг помотал головой:
— Нет. И не трогай её!
— А что за ней?
— Бездна его знает. Но у меня волосы дыбом встают, когда я близко подхожу.
Вилламп осторожно протиснулся вперёд и подошёл к обнаруженной Флокси двери. Камень, но на работу гномов, которые любили такие штуки не похоже. Оно протянул руку к покрывавшим дверь узорам и остановился. Ледяной пробормотал:
— У меня очень плохое предчувствие, брат.
— У меня тоже, — заметил огненный, — будто…
— Ага.
— Хорошо, что здесь нет хозяйки.
— Не говори. Её бы точно потянуло проверить.
Синхронно вздохнув, эттин отошёл от двери.
— Туда нам не надо.
— Как я и говорил, — кивнул Ролг и махнул рукой в сторону бокового ответвления, — идите до конца, там будет спуск. Поворотов нет, так что не потеряетесь. А я пойду назад.
Он передал Штефану свой факел, протиснулся мимо недовольно квакавшего Токсика, и вскоре исчез из виду. Компания же медленно продолжила путь. Спустились они почти без приключений — Токсик один раз всё же застрял в особо неудачном месте. Вскоре нашли пролом в стене, за которым показался полукруглый свод широкого коридора канализации. Когда все выбрались на покрытый трещинами сухой каменный пол, Штефан сделал знак остановиться:
— Одефаться.
Подавая пример, он сбросил с плеча сумку и извлёк из него латный нагрудник. Вилламп снял со спины Токсика алебарду и сумку с короткой кольчугой. Феечке же одевать было нечего, так что она, перевернувшись в воздухе вниз головой, декламировала сочиняемый на ходу стишок:
Вот глупый Вилламп надевает
Большую чёрную кольчугу.
А дядька Штефан прикрепляет
Огромный член к своей кирасе.
Зачем они таким страдают?
Да потому что человеки
И магии не знают. Вооооот.
Ааа! что ты делаешь!
Последняя строчка не попала в рифму, поскольку феечка выдала её, когда огненный выпустил тонкую струйку пламени. Она прошла далеко от феи, но поток горячего воздуха бросил болтливое дитя леса в сторону, закрутил и бросил в пике, из которого она выбралась только у покрытого застарелой грязью пола. Тут же взлетев на уровень глаз великана, она сложила руки на груди и надулась:
— Тьфу, глупый траханный Вилламп. Совсем поэзии не понимаешь.
***
— Стой, кто… а, это вы, — Марек опустил длинный лук.
— Вряд ли убийцы будут ходить с таким шумом, барон, — фыркнул Отто, тяжело опиравшийся на посох. Его пёс при виде гостей даже ухом не повёл.
Вилламп окинул взглядом “подкрепление”. Молодой барон Верецкий облачился в короткую кольчугу без рукавов поверх гамбезона с подвязными рукавами. После смерти отца, у него было достаточно денег на снаряжение, так что такой простой доспех он видимо выбрал чтобы было удобнее стрелять из лука. Колчан со стрелами он по-орочьи повесил на пояс слева, а короткий меч — справа. Отто доспехом не озаботился, если не считать толстого зипуна. Стоявшая в стороне молчаливая эльфийка была затянута в чёрную кожу, не такую откровенно-сексуальную, как предпочитала Тина (вспомнив о демонессе, огненный мысленно вздохнул), но всё же выигрышно подчеркивавшую её стройную фигуру. На широком поясе кроме метательных ножей и алхимических склянок висел палаш с украшенной гардой. Судя по инициалам А.Л. выгравированным на эфесе, девушка не была его первой владелицей.
Штефан окинул взглядом эльфийку и уважительно кивнул, получив такой же кивок в ответ. Видимо, профессионалы оценили друг друга и признали годными для дела. Остальные же смотрели друг на друга настороженно, так что Вилламп поспешил представить всех друг другу.
— Фею зовут Флокси, она сведуща в магии, — феечка сделала в воздухе пируэт, — Мужчину в кирасе зовут Штефан Штаухоффен, он капитан роты “Громовых волков” в отставке, — мужчина отсалютовал своим двуручником, — Жабо-геккона зовут Токсик, он мой друг и был с нами с самого начала, — жабо-геккон свесился с потолка и посмотрел на каждого из новичков, благо три головы позволяли, — Меня вы знаете.
Отто кивнул и шагнул вперёд:
— Я Отто из Решеля, по прозвищу шестипалый, — он поднял изуродованную руку, — управляю Алым Картелем после скоропостижной смерти предыдущего атамана. Эльфийку звать Тэрис, она как раз ответственна за рекомую смерть предыдущего атамана. А парень — новый барон Верецкий, звать Марек. Он… помогает нам оставаться не совсем в тени. Пойдёмте, чего время терять
Компания выдвинулась. Тэрис, умелый следопыт, шла впереди, Феечка крутилась у неё над головой, а остальные шли, отставая на шаг, Вилламп и Штефан несли факелы. Отто вполголоса рассказывал:
— Эта канализация не используется уже под сотню лет, с тех пор как гильдия Камня проложила новую систему. Вообще, большую часть местных коридоров завалили, но некоторые остались етронуты — то ли на всякий случай, то ли власти забыли об их существовании. Так или иначе, наш босс в своё время нашёл несколько проходов, соединяющих берега Сольвсланге и решил использовать для… разных целей. Дерьмо тут высохло ещё при его деде, так что теперь можно ходить, не теряя сознание от вони. Только вода кое-где протекает, — он стукнул посохом по небольшой луже, мимо которой они как раз проходили.
— Разве в таких местах не водится всякая нечисть? — спросил огненный.
— Нет, если вовремя находить её гнёзда и подрезать. Я сам этим занимался лет десять назад, сейчас же парней отправляю. А так да — твари темноту любят. Неразумные всякие — бесы, мертвяки, василисков парочку раз видал, а один раз нашли гнездо ферима.
— Никогда не слышал о таких, — заметил Вилламп.
— Отвратительные создания. Выглядят как огромные пиявки и владеют магией, — Отто фыркнул, — двух парней в том рейде положили.
— Я тебя умоляю, — фыркнул Марек, — ты говоришь так, будто твой картель тут тайно город защищает.
Шедшая впереди Тэрис прыснула со смеху, Отто же просто пожал плечами:
— Мы себя защищаем прежде всего. Если побочным эффектом служит уменьшение количества погрызенных по ночам в городе людей, поверь мне — оно выходит само собой. Ну так вот, о мертвецах. С тех пор как твой босс, эттин, взял нас под своё крыло, жизнь наладилась. Конечно, были недовольные тем, что теперь мы девок по деревням не воруем, но с ними быстро разобрались. Работорговля — херовое занятие, уж поверь мне.
Марек снова фыркнул. Отто нахмурился и кивнул:
— Я серьёзно, барон. Меня ситуация устраивала не больше, чем тебя.
— Душа болела?
— Нет, просто я знал, что рано или поздно это дерьмо всплывёт и за нами придут. Я говорил об этом Рыжему, но какое там. Он-то думал, что он всех умнее. А кто в результате прав оказался?
— Да, ты прям невероятно благороден.
— Зато я знаю, кто я есть, парень. А ты?
— Дофольно! — рявкнул Штефан, — Дело важно, спор нет.