Андрей Канарейкин – Героиня по вызову 3 (страница 49)
Договорить я не успела — из-за закрытых ворот постоялого двора раздалось гудение толпы и звучный голос старосты:
— Мы вам дали приют, а как вы нам отплатили – искалечили леди Анабеллу? Какие бы вы аристократы не были, так не делается. Выходите, и мы обсудим что делать дальше!
Глава 18
— Я не знаю, что за секта у вас тут расцвела, но уверяю тебя, староста — в Стразваце об этом узнают очень быстро. Уж я постараюсь.
С нашей позиции на втором этаже, было прекрасно видно Генриетту, стоящую чуть позади распахнутых створок прямо перед гудящей толпой селян – поступок, очевидно, смелый. Правда за каждой створкой стояли готовые в любой момент их захлопнуть воины, а сама Генриетта была надёжно защищена от стрел и кольев своими зачарованными доспехами – ну так смелость без подготовки и защиты называется глупостью.
— Нет тут никакой секты, — хмуро заметил староста, видимо тоже сконфуженный тем фактом, что вроде как «трусливо покалечившая их жрицу» аристократка стоит перед ним, казалось бы, без защиты, — И не было отродясь.
«Рие молодец, бросила его на канаты,» — подумала я. Обширный опыт сетевых срачей подсказывал, что защищаться в любом споре – позиция заведомо проигрышная. Ну просто потому, что задавать вопросы обычно проще, чем на них отвечать.
— Тогда выдайте мне жрицу, я надену на неё вот это, — девушка подняла ошейник из тёмного металла, — и мы вместе дождёмся команды дознания. И тогда уже они разберутся, кто был прав, а кто пользовался запрещённой магией.
— Арбанай не может ждать, — заметил Ларган, хмуря густые седые брови — Гномы не заплатят, если мы опоздаем.
— Они-то этого не знают, — почему-то шёпотом ответила я, хотя слышать нас спорщики, конечно, не могли — Как не знают и того, что такое расследование ударит и по нам самим – вряд ли церковь обрадуется, узнав, что я такое.
— Жрецы не любят детей ночи, — кивнул старик, — понимаю. Арбанай придумала отличную стратагему, она хитра как стая мангустов.
Я спрятала улыбку. Ну то есть – да, для бесхитростного степняка, тем более «говорящего с небом», как называли шаманов орки, хитрость Генриетты могла показаться прям из ряда вон, для меня же подход «навались нахрапом и забалтывай, пока за кулисами впопыхах готовят финальный номер» казался несколько отчаянным. Но что поделать, обстоятельства. Кстати, о них:
— Ларган, здесь должно быть три луча, или четыре?
Шаман взглянул на клочок неба за окном, что-то пробормотал, шевеля пальцами, и ответил:
— Четыре, и круг в две твои ладони на пересечении третьего и четвёртого лучей.
Я кивнула, доверяя опыту шамана, и повела мелком по дощатому полу. Ларган же доставал из казалось-бы бездонной сумки странные кости, иссушенные лапы, на удивление свежие листья и травы. Бормоча над очередным реагентом, он клал его либо в один из маленьких кружков, либо на пересечения линий.
Надо сказать, ритуальную магию старый орк знал гораздо лучше меня, и смог придумать такую форму, до которой я сама допирала бы с неделю. Проблема в том, что ритуальный круг (который на самом деле совсем не обязательно круг) требует знать слишком много взаимозависимых вещей, чтобы делать полезные вещи: опорные звёзды, фазы луны, расположение планет, время до рассвета, длину дня, обитающих поблизости духов, ландшафт рек и озёр, скорость роста трав в это время года и кучу другой херни, которую специально знать мог только… ну, почти столетний шаман.
Так вот, Ларган напоминал того парня, который практически в одно жало написал на движке Скайрима целый Эндерал. Такое ощущение, что у старого орка в голове была энциклопедия магических знаний о регионе вкупе с суперкомпьютером, который рассчитывал взаимодействие этих переменных между собой, для того чтобы выбрать идеальную форму для колдовского круга. И это работало – я ощущала как воздух вибрирует над ещё не дорисованным контуром (кстати да, рисовать его нужно было тоже в определённой последовательности, чтобы магические силы не свернули его самого в себя, вместе с нашей комнатой).
Драма на улице между тем начала накаляться – судя по знакомому, хоть и сдавленному то ли от боли, то ли от общей слабости голосу, в разговор вступила сама жрица:
— Дитя, тебя одурачили твои спутники – ты хоть знаешь, с кем путешествуешь? Нелюди-орки и варвары-северяне это ещё полбеды, — под северянами она видимо подразумевала Грубера, который и правда, если подумать, походил на жителя Кедании больше, чем на ребрайванца, — но дитя, ты знаешь, с кем делишь хлеб кроме них?
Повисла пауза, судя по которой Рие не спешила отвечать на неудобный вопрос, и жрица ответила сама:
— Твой глашатай однозначно принадлежит к проклятым детям ночи! Она вомпер! — толпа селян издала коллективный «ах!», явно впечатлённая патетикой и интонациями уровня провинциального театра, — И ладно бы просто вомпер, но с ней ходит демоница, привязанная нечестивым ритуалом!
Ну да, и правда не лучшее время для таких вопросов.
Я снова повела мелом по доскам, продолжая слушать доносившийся из-за окна диалог.
— Это очевидная ложь, жрица – всем известно, что вомперы выглядят как страшные нетопыри и не способны находиться в одной комнате с богобоязненными людьми. Демонов без рогов и красной кожи же вообще не существует. Разве не это написано в «Откровениях Ианны-Искупительницы»?
Анабелла явно не растерялась:
— Даже великие святые могут ошибаться, — «Зато ты не можешь» — подумала я, — Но не может ошибаться сама триединая мать, наградившая своих слуг истинным зрением. Или быть может я ошибалась раньше, добрые люди, — тут она видимо повернулась к толпе, поскольку громкость и тембр немного изменились, — Разве я ошиблась, принимая роды твоей дочери, Марсак? Или может богиня обманула меня с временем, когда ударили морозы и у нас чуть не погиб урожай в прошлом году? Может быть, богиня неправильно сказала мне, когда вернётся в леса дичь, Жодар?
— Да… Вроде да… Она дело говорит, — донеслись нестройные голоса толпы.
— И теперь я говорю, дочь моя, что твои спутницы обманули тебя, очаровали чёрной магией, и теперь ведут, несомненно, на заклание. Тебя и всех твоих людей – и нелюдей – ведут на смерть жуткую и мерзкую. Несомненно, ты не хочешь такой судьбы, выйди ко мне, преклони колено, и мы вместе избавимся от этой нечистой силы!
Хороший заход. Очень хороший. Иронично, что они обе врали как дышали, и знали о том, что оппонент врёт, но продолжали играть свою роль, потому что целью было убедить слушателей, а не друг друга. В общем, спор адвоката с прокурором.
— Хорошо хоть вы не разделяете человеческих предрассудков, Ларган, — буркнула я, продолжая работу.
— О, мы разделяем, нукер Саша. Упырей мы обычно привязываем к кольям и оставляем на солнце, пока они не сгорят.
— Да? И почему ты тогда напросился идти с нами, старик? — немного грубо спросила я.
— Потому что ты помогла моему роду и верна арбанай.
— И этого достаточно?
— Для нас – да.
Эхем. Родоплеменное общество такое родоплеменное. Я подправила линию и вдруг поняла, что работа вроде как завершена. Повернулась к шаману – тот кивнул:
— Круг закончен. Я буду сдерживать духов, а ты направляй его силу.
Я кивнула, вытянула руку к центру фигуры, раскрывая все свои магические цепи и чувствуя, как сила течёт сквозь пальцы. Подошла к окну.
Меня заметили сразу: Анабелла, бледная и замотавшая отсутствующий глаз белоснежной тряпкой, но не переодевшая забрызганное кровью платье, Генриетта, блестящие латы которой в отсветах факелов казалось горели сами, староста Раско, неуверенно сжимавший тяжёлый меч в одной руке и большой круглый щит в другой. Орки, селяне – в общем все меня увидели.
— Ночное отродье! — крикнула Анабелла, — Спускайся и прими своё очищение! Только распростёршись в покаянии перед этими добрыми людьми ты познаешь искупление!
— Спасибо, — крикнула я, — но я не «распростираюсь» перед незнакомцами. По крайней мере – бесплатно.
Я выбросила вперёд руку, сложив пальцы особым образом и крикнула:
— Schlafund vergessen!
Простое заклинание, но для такой силы мне пришлось соединить мысль, жест и голос. Зато результат вышел превосходный — толпа за спиной жрицы качнулась, начала зевать и единым движением почти сотня людей медленно опустилась на землю и заснула.
Анабеллу, конечно же, заклятье не взяло — жрица подняла посох и вокруг неё засиял купол защитного заклятья, под который попал также Раско и несколько мужиков в переднем ряду. Тут же из-за створок выскочили наши воины и как-то так вышло, что соотношение сил вдруг резко изменилось.
Я улыбнулась:
— Неплохо для «отродья ночи», а? — подмигнула я жрице и тут же повернулась к Рие, — Леди Харт, они будут спать минимум полчаса.
— Вот видите, Анабелла, правда всё-таки на моей стороне, — Генриетта, улыбаясь сделала шаг вперёд, — сейчас мы наденем вам амулет, возьмём с собой в Стразвац и вы уже объясните там, что вы делали и зачем. Как видите, любую проблему можно решить мирно – главное немного постараться.