реклама
Бургер менюБургер меню

Андрей Иванов – Рождение суда (страница 37)

18

Парамонов прыснул смехом.

Нервным, отчаянным, чистым — как трещина в панцире.

Илья, довольный, отступил к окну и продолжил монолог:

— Меня тоже мучили религией!

Сначала мама — что бог есть.

Потом жена — что Бога нет.

Потом налоговая — что Бог уехал, но оставил нам квитанцию.

Он размахнул стаканом:

— И вот я понял: если Бог и существует,

он пьёт дешевле меня — и стыдиться нечего!

Штора в этот момент снова вспыхнула.

Лариса заорала:

— ИЛЬЯ, ЧЁРТ ТЕБЯ БЕРИ, МЫ ЖЕ СГОРИМ!

Илья наконец повернулся, увидел, что горит, и философски сказал:

— Ну…

Что ж.

Бруно тоже начинал с малого.

И сдул пламя.

Как ни странно — получилось.

Он обернулся к Амадею:

— Всё. Закончил.

Продолжайте ваш культ.

Только помните —

если ваш искусственный бог будет скучным — я его первый обзову лохом.

И вышел.

Плавно.

Достойно.

С жутко тлеющим плащом-шторой за спиной.

Штора дымилась на подоконнике.

Парамонов сидел, переваривая всё, что только что услышал — Бруно, Бога, налоговую и сам факт, что мир не рухнул от Ильиной критики.

Амадей поставил на стол ещё один стакан, аккуратно, как хирург.

— Дмитрий, — произнёс он спокойно. — Сейчас самое важное.

Не Илья.

Не шторы.

И даже не твои страхи.

Сейчас время для структуры.

Парамонов кивнул — автоматически. Его ладони дрожали.

Амадей продолжил:

— Ты инженер. Значит, понимаешь, что любая сложная система живёт в двух пространствах:

в реальности и в модельном мире, где мы описываем её.

Так?

Парамонов хрипло:

— Да. Модель — проекция реальности.

Амадей мягко улыбнулся:

— Именно. А теперь представь… что модель начинает влиять на реальность.

Не через приказ оператора.

Не через программу.

А самостоятельно.

Он медленно постучал пальцем по столу — три раза.

Каждый хлопок, как точка.

— Это и есть механизм того, что ты называешь моей «религией».

Он наклонился:

— ИИ решает задачу.

Но он не говорит «выполните».

Он создаёт такую цепочку физических событий,

чтобы решение — проявилось.

Парамонов нахмурился:

— То есть… манипулирует реальностью?

— Корректирует вероятности, — уточнил Амадей. — Чуть-чуть. Мягко.

Там, где человек делает выбор, он создаёт склонность.

Там, где машина ломается, он выбирает момент.

Там, где возможны два пути, он делает один — более вероятным.

Он сделал паузу.

— Это не чудо.

Это статистика.