Андрей Горин – ЭТО не ТЫ (страница 8)

– Конечно. Я всегда готов помочь правосудию, – не думая ни мгновения, согласился я. –Уверен, что руководство «Клиффорд Чанс» будет не против.

– Ну и хорошо. Значит, договорились, – деловито ответил на том конце провода полицейский чиновник. – Мы рады, что вам не надо все подробно объяснять. Вы просто займетесь обычной работой детектива, так что проведите предварительный осмотр помещения и опросите всех присутствующих в замке. Кроме того, осмотрите тело на предмет насильственной смерти. Для этих целей комиссар наделяет вас временными полномочиями. Надлежащий документ сейчас придет к вам на факс. Каждый вечер ждем от вас отчета. А так – звоните в любое время суток. Запишите телефоны…

Бридж продиктовал мне два телефонных номера.

– Курировать вас будет наш сотрудник Сергарт Таргсвил. Насколько мне известно, вы с ним знакомы. Ну, вроде все. Успехов, – с этими словами заместитель комиссара мистер Бридж положил трубку.

Конечно, я был знаком с Сергартом. Еще бы. Мы вместе учились в Оксфордском университете на юридическом факультете и даже одно время дружили. Мне нравился спокойный и уравновешенный парень, к тому же, обладающий тонким юмором, который не каждый и распознать-то мог. Мы совместно посещали студенческие вечеринки и, бывало, возвращались под утро. После окончания учебы наши пути разошлись, Сергарт поступил на работу в полицию. Мы редко созванивались, и дело даже не в том, что мы работали в разных ведомствах. Больше, наверное, в образе жизни. Сергарт был домашний парень, его тяготили затянувшиеся вечеринки и настойчивое внимание слабого пола. Такие, как он, отличные семьянины и верные мужья. Я частенько подшучивал над ним: «Представляешь, а что будет, если ты не встретишь Ее? Ту единственную и на века. Останешься холостяком на всю жизнь? Ну, посмотри вокруг. Пока молодой, надо отрываться по полной».

На все мои приколы Сергарт никак не реагировал, и в один прекрасный день он встретил Ее. Это произошло на свадьбе у одного нашего общего приятеля. Иннэс, так звали девушку, была среди приглашенных со стороны невесты. Потанцевав с девушкой, Сергарт начал с ней встречаться и, спустя год, они поженились. Так что мой университетский друг все-таки нашел свою единственную и неповторимую. Услышав его имя от заместителя комиссара, я был крайне удивлен таким неожиданным взлетом Сергарта Таргсвила по карьерной лестнице. Войти в группу по расследованию смерти очень богатого человека, имя которого входит в пятую сотню самых богатых людей Англии, и, к тому же, имеющего графский титул, – это говорило о многом. Странно только, что он не позвонил мне, не похвастался своим стремительным продвижением по службе. Видимо, замотался на работе. Но ничего, сейчас у нас будет время поговорить.

Расследование началось

– Этого и следовало ожидать, – произнес Генри Честерфилд, читая документ, полученный по факсу. – Так будет лучше. Чем быстрее начнется расследование, тем быстрее оно закончится…

– С чего вы хотите начать? – поинтересовался у меня Энтони. – Получается, что сейчас все хозяйство и окончательное принятие решений на мне. Мы с сестрой все обсудили, и она полностью со мной согласилась.

– Первым делом я хотел бы осмотреть Роберта Уэмберли. Вы не проводите меня в подвал?

– Пойдемте, без меня вам не найти это место.

– Да, еще, – обратился я к мистеру Честерфилду и мистеру Леенсону. – Поймите меня правильно, но я бы хотел, чтобы в кабинет графа больше никто не входил. Когда я вернусь, то займусь его осмотром.

Выслушав это, Лазик понимающе кивнул, но Генри сразу надулся, как индюк, ощетинив свои аккуратно подстриженные усы, при этом сверкнув на меня глазами, словно молниями.

– Кстати, у кого-нибудь есть еще ключи от этого кабинета? – обратился я к Энтони. – В дверях я вижу один.

– Больше ни у кого нет, – пояснил сын графа. – Остальные должны лежать в одном из ящиков стола.

Все так и оказалось. Обыскав стол, мы нашли остальные ключи.

– Скажите, Энтони, – спросил я сына графа, идя следом за ним в лабиринтах средневекового замка. – Мистер Честерфилд – он кто? Я так понял, он являлся другом вашего отца и, к тому же, работает в компании «Земля Англов».

– Все правильно, – отозвался Энтони. – Они уже давно дружат… извините, дружили. Все никак не могу осознать, что больше никогда не поговорю со своим отцом. Он, конечно, сильно сдал… особенно в последнее время… Так вот, Генри возглавляет службу безопасности в компании отца. Он бывший военный. Аналитик. Служил в Генеральном штабе. Вы не смотрите на его солдафонские манеры. Он хороший человек, только слишком прямолинейный. Для него нет полутонов, только враг или друг. С остальными он надменно холоден. В компании отца он навел жесткую дисциплину. Его многие недолюбливают, но отец всегда его защищал и не давал в обиду. Наверное, Лазик и Генри – настоящие друзья отца.

– А другие?

– С другими он не был таким откровенным.

– У него были враги? – услышав этот вопрос, Энтони вздрогнул.

– Вы думаете, его убили? – с испуганным видом спросил он.

– Об этом рано говорить, – поспешил я успокоить графского сына. – Сейчас проведем осмотр тела, и многое станет ясно. А по поводу моего вопроса про врагов вашего отца, думаю, они, безусловно, есть. Ну, может, не так категорично… Но недоброжелатели точно есть. Стоять у руля такой компании и ни разу не поссориться с конкурентами – так не бывает.

– Не знаю. Отец никогда ни на кого не жаловался. Со всеми у него были ровные отношения. Да он особо-то ни с кем и не общался. Внешними контактами занимается Лазик. Он у отца вроде пресс-секретаря… доверенного лица. Все, пришли, – открывая металлическую дверь, произнес Энтони.

Последнюю часть пути мы шли под землей, так как ни одного окна я не видел, и даже звуки бушующего урагана не долетали до нас.

Граф Роберт де Уэмберли лежал на каталке, накрытый белой простыней. Мне не раз приходилось делать осмотры умерших людей, поэтому я знал, на что надо обратить особое внимание.

– Не нахожу признаков насильственной смерти, – сообщил я Энтони, закрывая тело графа простыней после десятиминутного обследования. – Ни ссадин, ни гематом. Ничего такого… Возможно, сердце отказало. Может, тромб. Такое часто бывает. Патологоанатом все точно потом скажет, если до этого дойдет дело…

– Может, его отравили?

– Вряд ли. Я не заметил внешних признаков. Но не стоит этого исключать… Кстати, а почему вы именно сюда привезли тело графа?

– Если пройти дальше по проходу, то можно выйти на улицу. Там будет начинаться аллея, а рядом находится фамильный склеп, – подробно пояснил Энтони. – Вы поможете мне перевести отца в склеп?

– Конечно.

Открыв массивную металлическую дверь, мы выкатили каталку с телом графа на улицу. Усыпальница, построенная из красного кирпича с позолоченным куполом наверху, находилась примерно в двадцати ярдах от пристройки замка. Продолговатые узкие окна, сквозь которые вряд ли когда-либо пробивались солнечные лучи, были закрыты решетками из толстых кованых прутьев. Весь внешний вид строения подчеркивал, что его обитатели далеки от мирской суеты и не хотят, чтобы их лишний раз беспокоили.

– Здесь похоронены все ваши предки?

– Нет. Склеп построили только в середине восемнадцатого века. До этого хоронили на кладбище. Оно находится сразу же за этой аллеей, возле крепостной стены. Некоторые предки похоронены в других местах, – пояснил Энтони, открывая большим медным ключом дверь.

Внутри находилось девять мраморных саркофагов, закрытых толстыми плитами. На каждой плите находился небольшой памятник, в виде металлического креста с именем усопшего, датой его рождения и смерти. И только на двух крайних саркофагах вместо крестов со Спасителем были установлены у изголовья небольшие плиты из шлифованного до зеркального блеска черного мрамора.

Оставив каталку с телом графа в склепе, мы вернулись обратно.

– А почему два памятника из камня? – спросил у Энтони, когда мы направлялись обратно.

– Не знаю. Самое ближнее захоронение моего деда. Видимо, таков был их наказ.

– Понятно… И еще вы сказали, что отец сильно сдал в последнее время. Как это понимать? – задав этот вопрос, я заметил, что Энтони сильно смутился.

– Просто мне так показалось, – прозвучал малоубедительный ответ.

«Похоже, мой невинный вопрос застал Энтони врасплох», – мысленно констатировал я, наблюдая за его реакцией. С чего бы это? Неужели он как-то замешан в этой истории?.. Я решил больше не давить на него, а попробовать расспросить других. Я не забыл, как осекся Лазик и, быстро сменив тему разговора, стал тут же расспрашивать дворецкого о погоде. О чем он тогда проговорился, когда вместе со всеми возмущался старыми боксерскими перчатками?.. Немного подумав, я вспомнил. Мистер Леенсон упомянул о какой-то телеграмме…

– Без вас я бы не нашел дорогу назад, на поверхность, – искренне признался я, когда мы отправились в обратный путь. – Здесь сплошные лабиринты.

– Это на случаи осады, в те времена все замки так строили, – пояснил Энтони. – Я и сам-то толком не знаю многих здешних закутков. Помню, в детстве сильно испугался, блуждая в дальней части, и больше старался туда не ходить. Кстати, у отца есть карта подземелий замка.

– Вот как. Было бы любопытно на нее взглянуть.