Андрей Голов – Слепая судьба (страница 25)
— Не думал, что они возят всадников. В вашем городе они в основном носят почту, — сказал Хун Синь.
— Да, но я лечу этих животных, и ради меня они могут сделать исключение.
— Подождите минутку, уважаемый Ли Шичжэн, мы обсудим это с моей сестричкой.
Хун синь взял за руку Ван Лин и оттащил за стеллажи.
— А старичок-то жадноватый, — сказала Ван Лин.
— Я не уверен, что мы сможем удержаться на спине зуву. Он перемещается с огромной скоростью, а его огненная грива будет жечь руки. С другой стороны, деньги нам не помогут добраться до Золотого города, поблизости нет жилья, а на перевале действительно уже много снега.
— Тогда стоит рискнуть. Хоть старик и большой хитрец, но не врун, действительно позовёт зуву. Предлагаю тебе стать лисом и вцепиться в его шкуру, а я примотаю к запястьям верёвку и накину зверю на шею. Если не хочешь кусать зуву, можешь держаться зубами за мой халат. Уверена, у лис крепкая пасть, как у собак.
— Ты права, так держаться надёжнее. На минут десять меня хватит.
— Впрочем, Ин Чжэн сам скоро будет здесь, а в городе наверняка осталась какая-нибудь еда. Но боюсь, его разозлит то, что жители сбежали, и он сожжёт город, а биться с ним один на один я пока не готова.
— Тогда посмотрим на карте, что отсюда ближе всего.
Они подошли к карте. Хун Синь провёл линию между Белым и Золотым городом. Под пальцем мелькнуло несколько ферм и деревень, небольшое озеро и невысокая горная гряда.
— Деревни, но кто знает, остался сейчас там хоть кто-то, — засомневался Хун Синь.
— Стоит посмотреть чуть в стороне, смотри, не очень далеко есть бани Байцзе. Ты не знаешь, что это? — сказала Ван Лин.
— Никогда не слышал. Надо спросить Ли Шичжэна.
Они вернулись к старику, который курил трубку, сидя на повозке. Ли Шичжэн улыбнулся им и хитро спросил:
— Ну, что выбрали?
— Вы правы, зуву будет полезнее. Мы присмотрели одно место на карте, которое нас устраивает. Вы что-нибудь слышали о банях Байцзэ? Как думаете, там есть кто-нибудь сейчас?
— Отличное место, сам не бывал, но слышал много историй. Уверен, что они сейчас точно не пустуют.
— А можно там найти работу? — спросил Хун Синь. Ведь им понадобятся деньги, чтобы ехать дальше.
— Вам? Наверняка, такой, как вы, там без работы не останется.
— Замечательно! — воскликнула Ван Лин. — Зовите своего зуву. Мы готовы. — Она показала обвязанные верёвкой запястья.
Зуву появился быстро, радостно замурлыкал, обвив длинным хвостом ноги мудреца, тот прошептал ему что-то на ухо, и зверь подошёл к Ван Лин. Она закинула верёвочную петлю ему на шею. Хун Синь, смущаясь, отошёл в кусты, а вернулся лисом. Подпрыгнув, он крепко вцепился зубами в халат Ван Лин, надеясь, что ткань не подведёт. Зуву щёлкнул хвостом, подпрыгнул, и мир вокруг размылся полосами. Запястья больно дёрнуло, лис, словно, флаг трепетал на ветру. К счастью, продолжалось это недолго, зуву остановился и мягко прыгнул на дорожку из белой гальки. Ван Лин свалилась с его спины, запястья и плечи ужасно болели. Хун Синь с трудом разжал челюсти, которые будто свело, и растянулся на траве. Зуву зарычал, щёлкнул хвостом, взметнулся молнией и исчез.
Хун Синь отполз в кусты и вернулся уже в облике человека, массируя шею и постанывая.
— Это было ужасно. Ещё минута, и с тобой бы осталась только моя голова, — пожаловался Хун Синь, содрогаясь от представленного.
— Значит, мы правильно рассчитали время. А старик мастер издеваться над людьми, — сказала Ван Лин.
Вдали виднелись загнутые крыши, покрытые чёрной глиняной черепицей. Дорожка оказалась расчищена от снега, и вдоль неё стояли столбы с фонарями. Подойдя ближе, они увидели каменную стену, окружающую поселение. Правда открытые ворота никто не охранял. За ними дорожка через парк вела к резным дверям самого большого здания. Вход украшали красивые резные колонны, покрытые красным блестящим лаком. Тут висели яркие флаги и ленты, звенели ветряные колокольчики. Пахло бергамотом и кедром. Снова пошёл снег, и Ван Лин поторопилась постучать в ворота.
Открыли им две девушки в ярко-голубых полупрозрачных ханьфу с широкими длинными рукавами, их высокие причёски украшало множество шпилек с колокольчиками цветами. Они проигнорировали стоявшую перед ними Ван Лин и учтиво обратились к Хун Синю:
— Приветствуем тебя, господин, в банях Байцзэ. Проводить вас со служанкой в общий зал или вы снимете отдельный номер?
— Служанкой?! — вспылила Ван Лин и почувствовала, как вспыхнули рукава.
— Уважаемые, мы пришли устроиться на работу, — смутился Хун Синь.
Привратницы проигнорировали взрыв ярости Ван Лин, не одарив её даже взглядом. Лица девиц скисли, одна из них тут же скрылась за дверью, другая махнула рукой в сторону.
— Вход для слуг там, вас отведут к господину. Но человечка тут работы не получит, если хочешь, можешь продать её на кухню, — сказала вторая и захлопнула створку двери.
— Что она имела в виду, предлагая продать меня на кухню? Я им сейчас эту дверь на куски порублю, — злилась Ван Лин, туша тлеющие рукава халата в снегу.
— Тогда работы нам точно не видать и удирать придётся. У нас даже провизии на дальний путь нет.
— Вечно ты думаешь только о еде.
Они пошли за угол главного здания, там в стене оказалась небольшая калитка со смотровым окном. На стук в окошко выглянул человек с квадратным лицом.
— Что надо?
— Мы пришли устроиться на работу, — сказал Хун Синь.
— Ты да, она нет. Могу купить её.
— Можно поговорить с вашим господином? Привратницы сказали, что вы нас проводите.
— Ну, раз они сказали, то провожу.
Дверь открылась, и в полумраке небольшой комнаты они рассмотрели одетого в белые одежды мужчину. Двигался он странно, словно цапля, которую зачем-то нарядили в длинный халат. Он пошёл вперёд, указывая им путь. Они шли через огромную кухню, где что-то дымилось на сковородах и шипело в котелках, ровными рядами стояли чайники всех размеров и форм, в клубах пара и дыма суетились повара. Дальше была огромная столовая, украшенная фонарями и флагами, каждый столик сверкал лаком, стены были из деревянных резных панелей. Потом они прошли через внутренний двор с садом и зашли в маленькую комнату, где лежало множество рулонов белой ткани, и поднялись по лестнице на второй этаж. В здании было жарко и влажно, пахло размокшим деревом и эфирными маслами.
Человек-цапля проводил их в кабинет хозяина. Комната оказалась почти пустой, но производила ошеломительное впечатление. Весь пол был засыпан белым морским песком, а в середине комнаты с потолка падал водопад в отверстие в полу. Лишь с трудом отведя взгляд от этого необычного зрелища, Ван Лин заметила большую лежанку, с которой поднялся хозяин им навстречу. Старческое лицо расплылось в улыбке, его можно было принять за милого дедушку, если не обращать внимание на большое, подобное бычьему тело, с которого за гостями наблюдало ещё три пары глаз.
— А-а-а-а! — вскрикнула Ван Лин, и щёлкнули, выдвигаясь, клинки.
— Ван Лин, успокойся. — Успел перехватить за локоть девушку Хун Синь. — Я кажется понял, куда мы попали.
Хун Синь поклонился и потянул за собой Ван Лин. Она нехотя спрятала клинки и поклонилась.
— Здравствуйте, уважаемый Байцзэ. Мы пришли сюда в поисках работы. Но теперь понимаю, что совершили ошибку.
— О, думаю, ты вполне можешь поработать тут. Я с радостью беру кицунэ в работники. А вот девушка не сможет работать в моих банях, и на то имеется множество причин. Основная кроется в том, что для многих гостей она окажется в меню, ну а другая — твоя подруга лишена рук. Почему ты не наколдуешь себе руки, дитя? Я вижу, у тебя довольно мощная ци, чтобы сделать это.
— А вы знаете, как наколдовать руки? — воскликнула Ван Лин, не обратив внимания на то, что её пророчили в главное блюдо для гостей.
— Сам я не интересовался этим вопросом, но знаю одного заклинателя, способного это сделать.
— Не подскажете, где его можно найти?
— За нашими банями начинается тропинка, она ведёт через брошенную деревню, а за ней есть озеро. Там он и живёт. Так что насчёт работы? — обратился хозяин снова к Хун Синю.
— Простите, нам надо посоветоваться, — сказал Хун Синь и потянул Ван Лин в сторону.
— Я так поняла, что меня на работу не примут. Тогда отправлюсь к озеру и попытаюсь упросить заклинателя взять меня в ученицы. А ты не мог бы заработать тут немного денег? Я бы с удовольствием тебе помогла, но меня грозятся съесть, — развела руками Ван Лин, надеясь, что лицо у неё достаточно расстроенное. Внутри же всё кипело от желания скорее пуститься бежать к озеру.
— Очень заманчиво, — тяжело вздохнул Хун Синь. — Мне совсем не хочется отпускать тебя одну, но ты и правда не сможешь тут остаться. Хорошо, я провожу тебя до озера и вернусь.
— Не стоит, я доберусь одна. Кто знает, как этот заклинатель относится к ёкаям.
— Как он относится к молоденьким девушкам, мы тоже не знаем.
— Пусть только попробует меня обидеть! Ты не веришь, что я смогу справиться сама? — разозлилась Ван Лин. Ей совсем не хотелось потерять шанс вновь обрести руки.
— О, я ничего такого не хотел сказать. — Замахал руками Хун Синь.
Ван Лин фыркнула и, не прощаясь, гордо прошествовала на выход из кабинета. Человек-цапля бросился за ней, чтобы проводить. Хун Синь смотрел из окна, как Ван Лин покидает бани. Цепочка её следов мелкими стежками прошла по белому полю не тронутого снежного полотна. Хун Синь вернулся к хозяину и спросил: