Андрей Глущук – Гонка по чёрной полосе (страница 3)

Между тем, поступлений становилось все меньше. Из издания бежали рекламодатели. редакцию покидали специалисты. И Валера, чувствовал, что неприлично засиделся. Быть последним из могикан, конечно, романтично, но глупо: последнему, как правило, достается минимум финансов и максимум проблем.

Короче, предложение «Инилайн» стало не то, что спасительной соломинкой для утопающего, но встречей в просторах океана потерпевшего кораблекрушение с туристическим суперлайнером. На пороге нового тысячелетия двадцать тысяч в месяц, даже для очень хорошего журналиста в провинции деньги более чем приличные. За такую зарплату не стыдно было пахать до последней мысли в голове, до последней буквы в алфавите, до последнего лоскута кожи на пальцах, стучащих по клавиатуре.

«Инилайн» располагалась в здании заводоуправления некогда известного в городе предприятия «РемТочСтанок». Станки на заводе давно не ремонтировали. Ни точные, ни какие-либо ещё. Корпуса и территорию в лихие девяностые прибрали к рукам бандиты. Как ни странно, благодаря им, предприятие сохранилось хотя бы на уровне зданий и названия. Нынешний владелец практически не покидал пределов Садового кольца. Бывший авторитет, а ныне бизнесмен, властелином колец, конечно, не стал, но в далекой Москве с ним считались. Как результат на «РемТочСтанок» не покушались даже чиновники Госкомимущества.

Валера сказал охранникам на входе название фирмы и на лифте медленном и тягучем как детсадовский кисель, отправился в неспешное путешествие на девятый этаж. За время подъема можно было прочитать «Войну и мир». Всю целиком. Включая переводы диалогов с французского. Но «Войны и мира» под рукой не оказалось. За неимением другого занятия пришлось изучать запутанную последовательность кнопок управления лифтом, где за пятым этажом шел восьмой, а после двенадцатого – третий. Впрочем, за исключением этой шифрограммы и старческой медлительности лифт иными недостатками не обладал. Во всяком случае, по пути никуда не свернул, не рассыпался и не вернулся на первый этаж досрочно с ускорением 9,8 g.

Оказавшись один на один с коридором, Валера тщательно изучил все двери. Кроме консалтинговой фирмы «Инилайн» девятый этаж дал приют оптовой одежной фирме и небольшой конторке неизвестной специализации под вывеской ООО «Скорпион-С».

Одёжники держали двери нараспашку, демонстрируя всем образцы товара и пару объявлений: «Продажа только оптом» и «Расстрел коммивояжеров гарантируем!». Коммивояжером Валера не был, но рисковать не стал. Чёрт знает этих шутников: может быть они сначала стреляют, а потом интересуются родом деятельности вошедшего.

Скорпионы хранили себя за двумя замками. Слава Богу, не амбарными – внутренними, но, судя по размерам дверных накладок, достаточно внушительными. Скорее из профессионального любопытства, чем по необходимости, Валера толкнулся в «Скорпион-С» и убедился, что здесь его не ждут – двери нажиму не поддались, сохраняя стойкость легендарного оловянного солдатика.

– Извольте-с, извить-с, барин-с, скорпион-с, – Валера дурашливо поклонился табличке и прошел в «Инилайн».

В приемной «Инилайн» его, напротив, ждали. Секретарша улыбнулась, осведомилась о цели визита и извинилась.

– Управляющая и директор будут только минут через двадцать. Просили вас подождать. Чай, кофе?

– Коньяк, самогон? – привычно отреагировал Валера и, почувствовав, что высказывание неуместно, добавил. – Прошу прощения. Это шутка.

– Я поняла, – улыбнулась секретарь – Проходите в кабинет. Там есть кресла и журналы.

Она указала на распахнутую дверь и занялась изучением монитора. Такая открытость фирмы подкупала: свободный вход в покои руководства в его, руководства, отсутствии – явление экстраординарное. Не «Инилайн», а прямо какая-то изба в глубинке. Семнадцатый век, охотничья заимка. Только дверь снаружи подпёрта не колышком, а гостеприимной секретаршей.

Валера уселся в кресло рядом со входом, так, чтобы быть у секретарши на виду, взял с журнального столика умный журнал «Деньги» и принялся штудировать историю флирта Советской России с американской фирмой Gillette. История оказалась забавной и безумной. Такой, какой и должна была быть порочная связь социалистического бюрократизма и предприимчивого капитализма. Каждая из сторон искала свою выгоду, пытаясь надуть партнёра. Красные чиновники поили американцев водкой и соблазняли миллионами бородатых крестьян, по их словам, мечтающих снять Жиллетом наследие тёмного царского прошлого со своих славных трудовых физиономий.

Американцы, под воздействием алкоголя, подмахивали протоколы о намерениях, но вернувшись на Родину и поправившись подпольным шотландским виски, от намерений, протоколов и подписей категорически отказывались. Роман, скорее приключенческий, чем любовный, браком не закончился. К сожалению, для чиновников и к счастью для капитала.

Время от времени Валера отрывался от текста и мельком оглядывал обстановку. Судя по интерьеру, кабинет принадлежал большим интеллектуалам. Большим: и в смысле ума, и в смысле габаритов. Все кресла, включая директорское, могли вместить килограмм двести добротного человеческого тела. Огромный рабочий стол украшал гордый бюст 21-дюмового жидкокристаллического монитора. На столе из демонстративного беспорядка бумаг выглядывали цифровой диктофон и новенький цифровой фотоаппарат Minolta. За столом две стены до окна занимали стеллажи с книгами. Судя по названиям на корешках – литература по маркетингу, организации бизнеса, психологии и прочим штучкам, помогающим перекладывать деньги из кармана потребителя в карман продавца. Ну, или, хотя бы деньги покупателей книг в карман авторов и издателей.

К стене, напротив Валеры, привалился внушительных размеров аквариум. За выгнутым стеклом среди водорослей плутали рыбины, такие же солидные, как и вся обстановка кабинета. Иногда они находили дорогу к стеклу и долго, взасос целовали прозрачную преграду своими пухлыми губами.

В углу у входа красовалась черная лакированная бейсбольная бита.

«Наверное, этим предметом воспитывают проштрафившихся сотрудников. А, может быть, отбиваются от хозяев здания. Обмен информацией с бандитами измеряется битами.» – Валере эта фраза показалась достойной того, чтобы занести ее в записную книжку, но, к сожалению, ни книжки, ни чистого листа бумаги под рукой не было. «И черт с ней: забуду – придумаю новую. Ничуть не хуже». Валера уже был уверен, что чёрная полоса строительного журнала закончилась. Начинается белая. Смена руководителя дурака, на руководителя интеллектуала обещала много приятных моментов помимо хорошей зарплаты.

Хозяева появились ровно через двадцать минут. Сначала в кабинет ворвалась толстенькая кокер-спаниельша. Не очень опрятная, давно не мытая и не чёсанная, но очень деловая. Она обнюхала Валерины джинсы, проверила руки и карманы на предмет чего-нибудь вкусненького, и разочарованно улеглась под хозяйским столом. Следом вошел высокий мужчина, лет тридцати. Скорее упитанный, чем спортивный. Хороший костюм, штиблеты с длинными, гордо загнутыми носами, подобные тем, в которые в начале третьего тысячелетия перебрались опера уголовного розыска, следователи и адвокаты. На округлом лице за очками скромная улыбка, адресованная кому-то вообще, там, межзвездном пространстве.

– Здравствуйте, – чуть картаво произнес он. На мгновенье его карие глаза задержались на Валере и снова отправились устанавливать контакт с инопланетными цивилизациями.

Валера неловко выбрался из недр глубокого кресла и ответил привычным: «День добрый»

Последней вплыла дама. Если камбалу поставить на хвост и сильно раскрутить, то получиться фигура, близкая по форме к той, что заполнила весь дверной проем от косяка до косяка. Дама была облачена в джинсы, удерживающиеся вопреки всем законам физики на месте, где у большинства людей располагается талия, но в данном случае мел место шар. Верхнюю часть дамы прикрывал двухслойный занавес из футболки и жилетки. И то, и другое было надето навыпуск, как чехол на кресло. Словом – образцовая фастфутная американка.

– Ну, вот и мы – объявила американка на чистом русском. – Извините за задержку. Меня зовут Илона…

Только спустя месяц Валера понял, что задержка была заранее спланирована. Так же, как и разбросанные на столе ценные электронные штучки. Двадцать минут, которые он потратил на журнал и ненавязчивое изучение обстановки, его самого изучали с интересом и тщательностью. Камерами слежения были оборудованы все помещения конторы.

О некоторых устройствах сотрудники знали, наличие других предполагали, но кое-что хозяева держали про запас, спрятанным от публики как фокусник держит заряженными в реквизит кролика, голубя или гадюку.

4

-Интересно: почём нынче стоит заказать журналиста? – Валера посмотрел на расстеленную постель, мгновенье поколебался и стал решительно натягивать спортивный костюм. – Если прежняя жизнь разочаровалась во мне – попробуем начать новую!

Об утренних пробежках он размышлял уже давно. Размышления эти носили сугубо философский характер. С вечера, обычно, они казались заманчивыми и здравыми. Утренняя дрёма каждый раз находила весомую причину отложить старт спортивной карьеры на завтра. Сегодня дрёма разбилась о грубую прозу жизни, и веской причины откладывать здоровье на завтра не нашлось.