Андрей Фурсов – Наше «время Босха» — 2023 (страница 6)

1. Создать на мировом уровне такую систему, такой новый мировой порядок (НМП), которые сделают необратимыми процессы последних 30–40 лет и результаты, обеспеченные «восстанием элит», и которые закрепят навечно социальный разрыв, превратив в социовидовое (социобиологическое) различие.

2. Превратить капитал, вещественные («материальные») активы во власть в мировом масштабе — в глобальную власть. Поскольку капитализм и его производные — индустриализм (зрелая форма) и финансиализм (поздняя форма) — переживают терминальное состояние, новая система должна быть посткапиталистической (главный объект присвоения — социальные факторы производства / социальное поведение и духовные / информационные потоки, образование, ценности и т. д.), постиндустриальной и постфинансовой («постденежной»); демонтаж капитализма проводится: а) стремительно посредством рукотворной социальной катастрофы; б) под видом создания справедливого «капитализма для всех», общества «новой нормальности».

3. Провести экспроприацию среднего слоя (уничтожить малый и средний бизнес — МСБ), превратив его в часть новых посткапиталистических низов, полностью лишённых собственности на вещественные факторы производства, а в идеале — и личной собственности вообще, что делает их объектом депривации тех, кто контролирует социальное поведение и информационные потоки; поскольку новые системы всегда возникают за чей-то счёт (игра с нулевой суммой) — за счёт тех, кого отсекают от будущего, создание посткапитализма и НМП предполагает кардинальный передел активов между зонами мировой системы, странами и слоями («классами»). Передел выполняет две функции: во-первых, обеспечивает рывок в будущее сильных; во-вторых, не позволяет влиться в их ряды наиболее сильным из слабых, способным воспользоваться кризисной ситуацией, «туманом социальной войны». Ясно, что в ситуации переживающей терминус капсистемы это, с одной стороны, страны полупериферии, с другой — средние и верхне-нижние слои ядра («метрополии») и полупериферии.

Поскольку с конца XX в. решающими факторами самого материального производства становятся нематериальные (невещественные) — социальные (сети) и духовные (информация), — часть мировой верхушки обеспечила себе посредством социальных и информационных платформ монополию на эти факторы, которые, по сути, капиталом не являются, это процессы социального и информационного взаимодействия. Новым посткапиталистическим (на данном этапе — гиперкапиталистическим) господствующим группам капитал как овеществлённый труд не особенно нужен — он не конституирует ведущий уклад. А вот крупный промышленный капитал, мелкий и средний капиталы индустриального и аграрного секторов, а также сектора услуг (бары, рестораны и т.п.) — это проблема. Казалось бы, какая проблема — капитал МСБ? Однако это так только на первый взгляд. Конечно, у каждого среднего и тем более мелкого бизнесмена-собственника-буржуа незначительный капитал, однако в мировом масштабе или даже в масштабе отдельной страны ядра капсистемы — США, Великобритания, Франция, Германия — суммарно это значительные активы. И дело не только в том, что здесь есть чем поживиться в условиях передела. Сам экономический передел в значительной степени преследует внеэкономические цели: до тех пор пока в руках МСБ имеются собственность и небольшой капитал, он имеет пусть не мощный, но некий фундамент, некую, пусть слабую, гарантию социальной автономии от системы и не может полностью превратиться в объект отчуждения социальных и духовных производительных сил, на котором будет строиться посткапитализм. Отсюда задача «новонормалов»: подавление промышленного капитала и уничтожение, разорение МСБ; ниже я ещё вернусь к этому важному вопросу.

Проблема, однако, в том, что за последние 200 лет существования буржуазного общества в ядре капитализма на страже интересов значительной части населения худо-бедно (причём по мере эволюции капитализма и особенно после разрушения СССР всё хуже и беднее) стояли такие инструменты как государство, политика, гражданское общество, идеология (либеральная) — институты эпохи Модерна, представляющие собой результат классовых завоеваний средних слоев («мидлов») и работяг. Отсюда задача мировой верхушки: демонтаж и разрушение институтов эпохи Модерна, а также демократических и конституционных прав, гарантирующих их существование. В равной степени наряду с раздемократизацией необходима деидеологизация общества.

За последние 200 лет люди на Западе привыкли к существованию названных выше институтов. Более того, многие десятилетия Homo Occidentalis'y внушали, что это — высшие ценности, это суть, «соль земли западной». Разрушение этих форм предполагает обоснование этого процесса. Задача трудная, однако к её решению можно подойти нелинейно: не изобретать сложные рациональные схемы, а пойти по пути оглупления, дерационализации человека, снижения его уровня образования и психологического упрощения вплоть до оскотинивания посредством низкопробных развлечений, нагнетания социальных страхов, обрушения на него мусорной информации, запутывания с помощью постправды. Упрощение образования и примитивизация психологии, т.е. намеренная наведённая деградация духовной сферы, связана ещё и с тем, что именно духовные факторы производства (образование, наука, психологическая сложность) становятся главными, а потому установление монополии на них господствующим меньшинством и лишение их большинства является одним из способов/процессов формирования НМП. Разрушение образования и науки в современном мире и концентрация развитых научно-образовательных форм в закрытых и полузакрытых структурах — это тоже глобальный передел активов, только нематериальных.

4. Сократить население планеты (экономия ресурсов, облегчение социального контроля); сконцентрировать основную массу населения в огромных агломерациях — мегаполисах (упрощение контроля); сократить потребление основной части оставшегося населения (иерархически-ранжированный доступ к продовольствию, воде, теплу, бытовой технике, транспортным средствам и т. д.).

5. Поставить низы под полный контроль (биомедицинский — «санитарно-щитовой», электронный, информационный), превратив их, по сути, в особый социобиологический тип (вид) «служебных людей».

6. Существенно снизить, затормозить экономическое и научно-техническое развитие, усилить тенденции к упрощению (архаизации) жизни, быта, культуры основной массы населения (средства — дебилизирующая «субкультура» развлечений, обезволивающего расслабления, виртореальности; Ст. Лем в «Сумме технологии» называл это фантоматикой). Цель — переформатирование человека, превращение его в нечто синтетическое — без пола, культуры, истории; главная помеха на этом пути — христианство с его культурой совести, которую глобалисты стремятся подменить культурой стыда, — это в этике; в эстетике — навязывание уродства в качестве нормы (body positive и т.п.). Переформатированию человека и общества должно предшествовать (в качестве conditio sine qua поп) его оглупление, упрощение. И это в тем большей степени, чем больше деградирует правящий слой. Поясню.

Согласно закону Эшби — Шеннона — Винера, управляющая (под)система должна быть сложнее и мощнее управляемой (под)системы, иначе она не сохранит свои позиции. Поскольку за последние полвека управляющая система (доминат) Запада, превратившегося в Постзапад, деградировала и само это превращение есть процесс и результат деградации, а также поскольку по системным и субъектным причинам она не может обеспечить превосходство в сложности, единственным способом сохранения власти для неё является насильственное упрощение мировой системы на большинстве уровней и во всех основных сферах: властной, социальной, экономической, духовной (культура, социальная психология), интеллектуальной (наука и образование). Такой способ и путь восстановления управляемости требует от мировой верхушки столкнуть в упадок, в деградацию около 75–80 % населения, а само население сократить до управляемых величин (т.е. тоже примерно на 75–80 %). Сложная же часть должна ужаться количественно и качественно.

7. Установить контроль над эволюцией общества как социального организма, над психосферой и человеком как биосоциальным видом.

Зная, как часто за последние полвека ситуация выходила из-под контроля правящих элит, как восстания низов и возглавляемые контрэлитами революции ставили положение верхушки под угрозу, сегодняшний императив новонормалов — исключить саму возможность неконтролируемых процессов.

Решение этой семёрки задач и будет означать создание НМП, необходимость которого Дж. Буш-старший провозгласил ещё в 1991 г.

Обычно новые структуры капиталистической системы возникали/создавались в ходе/посредством мировых войн. Однако, во-первых, нынешний кризис не структурный, а системный, причём в его терминальной фазе. Во-вторых, мировая война не сможет решить указанные выше проблемы ввиду их масштаба и системного характера кризиса. В-третьих, ясно, что в нынешних условиях средством не может быть война: мир — это не большое Конго, где Вторая конголезская война (1998–2002 гг.) срезала «демографический горб» почти в 5 млн человек, и даже не большой Ближний Восток. Однако война не единственная форма социальной катастрофы, есть и другие, например пандемия. В 2010 г. идеолог мондиализма Жак Аттали назвал пандемию одним из лучших средств создания нового мирового порядка (НМП). В том же году аналогичная мысль прозвучала в известном докладе Фонда Рокфеллеров.