Андрей Федин – Красавчик. Часть 3 (страница 8)

— Нет, я рада, конечно, — произнесла она. — Очень. Наверное.

Варвара Юрьевна повернулась к своему отцу.

— Папа, что за дела? — спросила она. — Я пока не врубаюсь в ситуацию.

Юрий Григорьевич кашлянул.

— Лебедева и Сергей вчера… расстались, — сообщил он.

— Да ладно! — воскликнула Варвара Юрьевна.

Она стукнула ладонью по столу и повернула в мою сторону лицо.

— Братец, неужто она тебя бросила? — спросила Варвара Юрьевна. — С чего это вдруг? А это тогда что?

Варвара Юрьевна припечатала театральный билет пальцем к столешнице.

— Прощальный подарок? — сказала она. — Откупиться от тебя решила? Ленка для этого и приезжала?

Бабушка Варя хмыкнула и заявила:

— Вот же пакость такая! Мне она вчера показалась хорошей девчонкой. А она, значит… вот как? Стерва избалованная! Все они эти… эти знаменитости такие! Стервозные. Лучше бы она с этим билетом знаете что сделала⁈

Варвара Юрьевна сжала кулаки.

Будто от испуга притихли за окном птицы.

Мой прадед покачал головой.

— Лена Лебедева вчера плакала, — тихим голосом сообщил он. — Кхм. Леночка ни в чём не виновата. Это Сергей её вчера бросил.

Юрий Григорьевич вздохнул.

Варвара Юрьевна посмотрела на него, затем перевела взгляд на моё лицо.

— В каком смысле… бросил? — спросила она. — Это как так-то?

Бабушка Варя прикрыла театральный билет ладонью.

— Каком кверху, — сказал я. — Как обычно.

Усмехнулся и сообщил:

— Прошла любовь, завяли помидоры; и разошлись, как в море корабли. Вот так. Разве не понятно? Мы с Еленой Лебедевой расстались. Если это можно так назвать. Потому что у нас и была-то… просто обычная интрижка.

Я взмахнул рукой.

Варвара Юрьевна переспросила:

— Интрижка?

Она вновь пошевелила бровями.

Я пожал плечами и заявил:

— Курортный роман остаётся на курорте. Это всем известно. Поэтому ничего странного в том, что он не продолжится здесь, в Москве. Мы не поссорились и не поругались. Всё завершилось тихо и мирно. Как у всех нормальных людей.

Я развёл руками.

— Это Лебедева так решила? — спросила Варвара Юрьевна.

Она вновь прикоснулась к моему плечу.

— Это я так решил. И Алёна со мной согласилась. Так что тут без вариантов.

Я рубанул столешницу ребром ладони — звякнула о край сахарницы ложка.

Юрий Григорьевич кашлянул.

— Без каких ещё вариантов? — спросила Варвара Юрьевна. — Ведь ты же, братец, её любишь. А она любит тебя. Это я вчера у неё на лице прочла. Я такие вещи всегда замечаю и распознаю. Ни разу ещё не ошиблась. Без каких вариантов, братец⁈

Последнюю фразу бабашка Варя произнесла в повышенном тоне. Мне почудилось: её глаза гневно сверкнули.

Юрий Григорьевич прикоснулся к руке своей дочери.

— Успокойся, Варенька, — сказал он. — Сергей всё правильно сделал.

— Правильно⁈

— Да, правильно, — сказал Юрий Григорьевич.

Он посмотрел дочери в глаза. Примерно пять секунд они «бодались» взглядами.

— Папа, — сказала Варвара Юрьевна, — что же в его поступке правильного? То, что мой братец идиот, я уже поняла. Но ладно бы он вредил только себе. Лену-то он зачем обидел? Папа, тебе эту девочку совсем не жаль?

— Я ей сочувствую, — ответил прадед. — И Сергею тоже. Но таковы обстоятельства. Сергей поступил правильно. Как настоящий мужчина. Я поддержал его выбор. При этом искренне ему сочувствую. Понимаю, как ему сейчас тяжело.

Варвара Юрьевна растерянно улыбнулась.

— Мужчины, вы сошли с ума? — спросила она.

Я услышал в её голосе нотки обиды.

— Папа, тебе жаль Сергея? — переспросила Варвара Юрьевна. — Серьёзно? Ты пожалел Сергея, который отвернулся от своих чувств и растоптал чувства хорошей девочки? Он же самовлюблённый болван! Папа, ты в своём уме?

Варвара Юрьевна отгородилась от нас скрещенными на груди руками.

— Да, я в своём уме, дочка, — ответил Юрий Григорьевич. — Кхм. Лену мне тоже очень жаль. Но таковы обстоятельства.

— Какие обстоятельства, папа⁈

У меня за спиной вздрогнуло оконное стекло (то ли от порыва ветра, то ли от резких звуков бабушкиного голоса). Я взял из тарелки печенье, уронил с него на столешницу крошки и кристаллики сахара. Сунул печенье в рот.

Юрий Григорьевич свёл у переносицы брови.

— Сергей через два месяца уедет, — сказал он. — Очень далеко. Надолго. Кхм. Поэтому с Леночкой он всё равно бы расстался. Подумай сама, дочка. Стало бы Леночке легче, если бы расставание случилось позже? А оно непременно случилось бы. Поверь мне. Было бы нечестно со стороны Сергея, дай он Леночке надежду, а потом… случилось бы то же само, что и сейчас.

Варвара Юрьевна тоже нахмурилась.

— Куда это он собрался? — спросила она.

Повернулась ко мне и поинтересовалась:

— Вернёшься в свой Владивосток?

Я похрустел печеньем.

— Он уедет ещё дальше, Варюша, — сказал Юрий Григорьевич. — Но только это секретная информация.

Варвара Юрьевна встрепенулась, расправила плечи.

Спросила:

— Секретная? Куда это Сан Саныч его втянул?

Юрий Григорьевич покачал головой.

Бабушка Варя вскинула руку.