Андрей Дёмин – Рассказы 40. Край забытых дорог (страница 12)

– Че-его? – протянул Шериф. – Этот псих его загрыз? И вы не пристрелили его как бешеного вубра? Позволили ему жить тут?!

– Так ведь ипид же, – удивился Помпа. – Преступления и правонарушения, совершенные под влиянием ипида, не считаются таковыми, а совершившие их лица не преследуются по закону.

– А чего ж ты его в клетку запереть хотел?

– Это, – Помпа замялся, – ради него самого. Так Док сказала.

– Ха, – усмехнулся Шериф. – А Док повыше закона, да?

Помпа промолчал.

– Что вообще такое этот ваш ипид? – внезапно задал вопрос Шериф.

Помпа слегка опешил от такого. И это спрашивает человек с такими явными ипидами?

– Ин… индивиду… – начал Помпа осторожно, но заблудился на третьем слоге, четвертый сказал уже наугад.

– Индивидуальные? – подсказал Шериф.

– Да. Дефекты.

– И что это нахрен значит? – скривился Шериф. – У каждого есть какой-то свой косяк?

– Да, – кивнул Помпа.

– Угу. И косяк вашего Беса в том, что ему сносит башку?

Помпа напрягся, вспоминая слова Док.

– Да. Он теряет контроль. Над собой. Ха… отично.

– А что на обратной стороне монеты?

Помпа нахмурился, принялся искать взглядом монету. Шериф закатил глаза.

– Что взамен? – пояснил он. – Ну что-то же у вас есть взамен косяков?

– А, – Помпа кивнул. – Да. Бес очень добрый и преданный.

– Так себе, – грустно сказал Шериф. – Ну а ты?

– Я сильный.

– А ипид?

– Ипида, – Помпа слегка замялся, – у меня нет.

– Да ладно! – вскинул брови Шериф. – А как же резкий паралич по команде?

– Паралич?

– То есть ты сам не в курсе?

– Нет, сэр, – уже увереннее сказал Помпа.

– Три пять шесть?

– Сэр?

Шериф внимательно поглядел на него.

– Не бери в голову. Это просто мои любимые цифры.

Помпа заметил бледно голубые ленты вокруг головы Шерифа, но виду не подал. Тот рассмеялся и пробурчал что-то вроде:

– Кошелка старая не соврала.

Кажется сейчас у него было отличное настроение, хотя Помпа не знал, почему. Он глубоко вздохнул и решился.

– Сэр, – сказал он. – У Псифи тоже есть ипид.

– Да?

– Она быстро привязывается. К человеку. И потом страдает.

– Тут все страдают, – деловито заметил Шериф. – А я больше всех.

– Ее нужно отпустить на время, – сказал Помпа. – Чтобы она стала обычной. Потом… – Помпа ненавидел себя за эти слова. – можете снова с ней… дружить.

– Когда таберы приезжают за товаром? – спросил Шериф.

Он будто вообще не услышал Помпу.

– Обычно к полудню, – ответил тот. – К ратуше.

– Отлично, – сказал Шериф. – Поехали туда. Я придумал, как спасти ваш городишко. И еще, – добавил он. – Я тебя услышал. Дам малютке Псифи передохнуть от меня.

Это было вранье. Шериф улыбнулся одними губами, похлопал Помпу по плечу и прошел мимо него в коридор.

Ратуша гудела. В прямом смысле. Гул Машины под зданием обеспечивал вибрацией весь центр города. После смерти Инжа Машина стала вибрировать как-то потише и с перебоями. Местные все привыкли, чужаки морщились, пока им не объясняли, что дрожь Машины – это хорошо. Дрожит, значит, работает. Производит товар. Шериф принялся морщиться ярдов за сто от ратуши и не перестал даже после объяснения Помпы.

У входа он потер лоб и сказал:

– Заходи, я пока покурю.

Что такое «покурю», Помпа не знал. Внутри вибрация стала потише. Открыв входную дверь, Помпа столкнулся с рыжей девчонкой лет пятнадцати.

– Помпа? – радостно отозвалась она.

Тот нахмурился, вспоминая.

– Безм семь? – наконец посчитал он. – А ты что здесь делаешь?

– Дверь чиню! – гордо ответила девчушка. – Док говорит, что меня могут сделать Поминж! В салуне вчера починила.

– Поздравляю, – изобразил улыбку Помпа.

– А ты кто такая? – спросил Шериф, и Помпа вздрогнул от неожиданности.

– Я Безм семь, – ответила та.

– А где-то есть Безмы с первого по шестой?

– Конечно, – кивнула Безм. – И даже с восьмого до девятнадцатого.

– Я родился и вырос в городке, – сказал Шериф, покачав головой, – где имена тоже многое значили. Они продавались за деньги, их заносили в специальную книгу…

– У нас тоже есть книга, – вставила Безм.

– Перебьешь меня еще раз, пожалеешь, – буднично пообещал Шериф и продолжил: – Они заносились в специальную книгу, и никто не мог присвоить себе чужое имя. Не мог поменять, не мог потерять. Даже если человек не знал, или забыл его по каким-то причинам, или не хотел называть, оно у него все равно было. Я всегда считал, что это бред… но то, что творится у вас – это вообще… Чтобы одно имя на всех?

Безм слегка покраснела, и Помпа решил вмешаться.

– У них вообще-то нет имени, – сказал он. – Они Безымянные. Безмы. Пока не приносят пользу, у них только номера.

– Имя получает только тот, кто приносит пользу? – спросил Шериф, прищурившись.

– Да, сэр.