Андрей Дворник – Голому — рубаха (страница 3)
— Вон микрофон, — Порнов показал штурману на пульт на стене, — давай диктуй; отключай прыжок на солнце.
— Он не будет, — сказала Мич уверенно, — он сгорит вместе с нами — и только; это не человек, это зомби; повешенному нож не страшен.
— Да при чем здесь это? — удивился Порнов. — Будь он простой диверсант, мы бы уже все на солнышке жарились; причем ты — опять же пардон — еще и с открученной для верности головой. Ан нет; ему надо доставить тебя к сестре; лучше живой; можно… неживой; можно — по частям… это не я, это он так сказал!.. Ну, и, по возможности, замести следы; корабль там взорвать, на солнце направить, еще что… Но доставить живой — это лучше всего; и он до сих пор надеяться на это не перестал; так или нет, Вставалкин?
— Отойди от шлюза на пять шагов, — сказал тот.
— Хоть на десять; главное, чтоб я слышал, что ты в микрофон будешь говорить.
Порнов отошел от лифта; штурман, толкая перед собой Мич, с опаской вернулся к зеркальным дверям; быстро присел и пошатал бластер в полу.
— Ты меня обижаешь! — протянул Порнов. — Я этим ударом дюймовку дубовую ломаю, — слегка приврал он для пользы дела.
Бластер сидел в щели, как влитой; штурман поднялся, глянул со злобой на Порнова, потом с беспокойством — на часы.
— Отсюда фиг шлюз насквозь открыть, — сказал Порнов. — Можно из Центра; но тебе, я так понимаю, влом туда-сюда с дамой под мышкой бегать; что с мертвой, что с живой… (Мич возмущенно фыркнула).
— Мысль такая, — продолжал Порнов, — мне Мич нужна живой и невредимой. Еще мне нужен целый и невредимый корабль…
— И рыбку съесть и на х… сесть, — ощерился в ехидной улыбке штурман; то ли волчьи инстинкты брали свое, то ли ситуация была и впрямь не из лучших, только весь свой холеный светский лоск бывший эстет и интеллигент растерял подчистую. — Мне она тоже нужна живой. Еще я намерен спалить-таки и тебя, и этот летучий хлам…
— Я не совсем удачно выразился, — сказал Порнов. — Было бы совсем неплохо, если бы ты оставил «Оклахому» в покое и убрался отсюда подобру-поздорову; пусть даже и с этой девицей…
— Эй! — дернулась Мич.
— Свежее решение, — заметил штурман, на сей раз проигнорировав возглас Мич полностью. — И как же мы разойдемся?
— Как в море корабли! Значит, так. Ты отменяешь прыжок на солнце и расколдовываешь главную ЭВМ; то бишь отключаешь все пароли и защиты. А я за это схожу в Центр и открою тебе шлюз насквозь. Пока я успею вернуться обратно, ты доберешься до ангара и смоешься на катере. Катер у нас последний; гоняться же за тобой на «Оклахоме» без штурмана нам не по зубам…
— Это точно, — подтвердил штурман. — Сейчас прикину: минута туда, две — назад… Все сходится; о'кей!
— Порнов, ты что?! — воскликнула Мич. — Не смей меня ему просто так отдавать; это же зомби — черт знает, что у него на уме! Может, к сестре отвезет; а может, на завтрак сожрет и не подавится!
Горячая тирада ее должного действия не оказала; заметив это, Мич добавила:
— К тому же погибнете зазря: ты откроешь ему двери, а он все обратно заколдует; ЭВМ ведь только его одного слушается!
Штурман бросил на Мич взгляд, исполненный такого презрения, что Порнов счел нужным хоть в этом встать на ее защиту.
— Она девушка умная, — заявил он. — Вот только с программированием у нее не фонтан… Битик где-нибудь упустит, а потом у мужиков шерсть на заднице растет…
Он вдруг принялся озираться по сторонам.
— Узнаю, кстати, место, — чему-то своему обрадовался он. — Эй, Вставалкин, у тебя случайно морда при виде этих стен не чешется?
— Не морда, а лицо, — обескуражено сказал штурман; и тут же попытался совершенно по-собачьи подскребнуть пару раз подбородок.
— А что?
— Кто старое помянет, тому глаз вон, — твердо сказала Мич.
— Давай диктуй, — опомнился Порнов. — Я буду сличать…
— Центр; открыть доступ, — все еще в некотором недоумении начал наговаривать в пульт Вставалкин. — Принять пакет команд…
Профессиональный программист, штурман справился с кодированием ЭВМ за минуту с хвостиком.
— Выполнение с команды ноль — начать! — приказал он и осведомился у Порнова. — Чего стоишь? Время пошло! Если за минуту не доберешься до Центра — каюк всем нам!
— Цвай секунд, — сказал Порнов; пододвинулся ко вбитому в пол бластеру и еще раз с силой саданул по нему пяткой. — Береженого бог бережет!
Подмигнул Мич и, прихрамывая, упрыгал внутрь корабля.
Глава 3. Какой же детектив без погони
Тут надо прямо сказать, что Порнов вовсе не собирался вот так взять и отдать несчастную девушку злобному оборотню; пусть и в обмен на жизнь и здоровье пяти проверенных боевых товарищей.
Нельзя, правда, также сказать, что Порнов вознамерился рискнуть ради пары стройных женских ножек целым космическим кораблем. Да, ножки на редкость длинные и стройные; да, корабль был и впрямь, что называется, старый хлам, давно уже отлетавший не один срок эксплуатации; да, рожи боевых товарищей за последний год каботажа изрядно примелькались Порнову.
Но — присяга; но — устав! Наш герой был все ж — таки не вольным пиратом-флибустьером; короче, ничем вышеперечисленным — ни первым, ни вторым — Порнов рисковать вовсе не собирался.
Главное, по его мнению, было уже сделано; корабль спасен; штурман с девушкой заперты в шлюзе; инициатива перехвачена; осталось забить решающий гол. Как он это сделает, Порнов точно еще не знал, но примерно предполагал.
Прежде всего надо было вернуться к своей каюте; там Порнов рассчитывал запросто обхитрить центральный компьютер — чай, не первый раз — и намертво заблокировать прыжок на солнце. А уж потом, не торопясь, найти какой-нибудь парализатор или шоковую гранату и неожиданно, задолго до срока, выскочив из-за угла, подстрелить-подвзорвать Вставалкина; Мич все это грозило максимум минутной потерей сознания.
Вполне возможно, что так оно все бы и произошло; и история наша на этой странице счастливо бы и закончилась. Однако злой рок (а может, Дух странствий и путешествий, кто знает?) распорядился иначе.
Уже свернув из туннеля за угол, Порнов почуял неладное. В глубине, в темноте коридора, дрожала узкая полоска света; временами она гасла совсем, временами — разгоралась.
— Меня терзают смутные сомненья, — пробормотал Порнов себе под нос и думать забыл про отбитую пятку.
— Севка, поганец! — зашипел он, подбегая к двери своей каюты.
Та была приоткрыта ровно на толщину пальца; указательного или среднего, Порнов не разобрал, поскольку палец этот немедленно задергался в щели и уховским голосом застонал:
— Порнов, открой; хуже будет!
— Ой, будет! — разом вспотел Порнов. Похоже, Ухов не лег спать, но и не пошел на разведку дальше тамбура; заинтригованный порновским фокусом с дверями, он попытался найти скрытую кнопку.
И нашел — но не ту. Дверь стала закрываться, Ухов решил ее придержать; обычные двери в этом случае блокировались, прекращали движение; но это была — специальная — порновская дверь.
— До кнопки, конечно, дотянуться теперь не можешь, — скорее констатировал, чем спросил Порнов.
— А то бы я стоял, как памятник Ришелье, — с выдумкой подтвердил Ухов.
— Ну, найди — чем, — начиная кабанеть, посоветовал Порнов. — Палочку там, железку…
— Да нет тут ни хрена!
— Тогда руку отгрызи, — брякнул Порнов. — По локоть!
Будь у него в руке ножницы, он, не задумываясь, пустил бы их в ход; Порнов явственно представил, как костяные (?) пластины с хрустом перерубают тонкие косточки и уховские пальцы летят на пол. Тут он вздрогнул, приходя в себя и отодвигаясь от двери.
— Откуда что и берется, — подивился Порнов собственной кровожадности; и бросился прочь, к Центру.
Времени была потеряна уйма; и когда Порнов влетел в расчетный зал Центра, мерный синтетический голос отсчитывал последние секунды: «пятьдесят пять», «пятьдесят шесть»…
— Открыть шлюз эр-пять-эм, створки а, бэ, вэ и гэ…
— Команда выполнена; конец пакета; ожидание, — ответил компьютер.
Быстро оглядевшись, Порнов не увидел вокруг ничего ценного в его нынешней ситуации; ни там бластера, ни там скорчера, ни там, на худой конец, пары штанов; лишь неподалеку на столике валялась забытая штурманская линейка. Порнов схватил ее и тем же галопом поскакал обратно.
Притормозил у дверей своей каюты:
— На, мальчик с пальцем, — сунул линейку в дверную щель и побежал дальше. У поворота в туннель перешел на шаг; осторожно выглянул из-за угла. Шлюз был открыт настежь; ни штурмана, ни принцессы.
Порнов настороженно миновал все четыре распахнутых створки и подобрался к большому приоткрытому люку в стене; прямо за ним начинался ангар космокатеров. Все еще ежесекундно ожидая от Вставалкина какой-нибудь пакости, Порнов нырнул в люк… и чуть не разбил нос об упавшую прямо перед ним стену из бронестекла.
Там, за толстым стеклом, космокатер выруливал на стартовую позицию; сектор корабельной брони перед ним дрогнул и поехал вверх. Порнов изо всех сил вглядывался в бликующий блистер космокатера; на мгновение ему показалось, что он разглядел сидящую на месте второго пилота Мич; лицо ее было искажено отчаяньем.
— Прокричала лишь она по ту сторону окна, — Порнов сам чуть не заплакал от собственного бессилия, — гад Кащей меня похитил; выручай, а то — хана…
Секунда, другая — косматый рыжий огонь вспыхнул на месте катера, плеснул на стену — Порнов на всякий случай отпрыгнул — заполнил, казалось, весь ангар — и еще через мгновение высвистнул в космос, исчез бесследно; лишь в черноте проема сверкнули четыре белых точки — кормовые дюзы катера. Над головой взревели огромные механизмы, опуская наружную броню; взвыли насосы, нагоняя в стартовую зону воздух; ухнуло и улетело вверх бронестекло. Порнов шагнул вперед и, выругавшись, отпрыгнул назад; керамический пол стартовой зоны еще не успел остыть и обжигал голые ступни.