Андрей Дмитриев – 15 нокаутов в семейном праве (страница 8)
Исковое заявление было принято, и через несколько месяцев с момента нашей встречи состоялось первое заседание суда. Алексей очень переживал и приезжал из Реутова в Санкт-Петербург, чтобы лично участвовать в процессе. Однако ответчица ни на первое, ни на второе заседание суда не явилась. Затем по нашему ходатайству судья запросила информацию из противотуберкулезного диспансера о том, действительно ли там проходил лечение мальчик и как долго он там находился, кто навещал ребенка, пока он был на лечении в стационаре. Врач, который занимался лечением мальчика, в справке для суда подтвердил, что мать после выписки сына из диспансера нарушала график посещения врача для осмотра ребенка, в связи с чем болезнь протекала тяжелее.
В конце концов после предоставления Алексеем документов о своих доходах, месте жительства, характеристики от участкового, указавшего, что заявлений на моего клиента не поступало, судья вынесла решение в нашу пользу. За все это время от ответчицы было только возражение на наш иск, однако каких-то более-менее значимых доводов в защиту своей позиции она не предоставила. Конечно, стоит заметить, что ответчица заняла крайне пассивную позицию в деле, не являлась без уважительных причин на заседания суда, не предоставляла доказательств, что сыну будет лучше проживать с ней, поэтому дело закончилось для нас положительно.
И вот я уже получил судебное решение с отметкой о вступлении его в силу, заказал исполнительный лист о передаче ребенка отцу, созвонился с Алексеем, чтобы он планировал свой приезд. Однако в этот момент Алексей стал проявлять нерешительность. Не знаю, с чем это было связано. Может, жена, когда поняла, что Алексей выиграл дело, не захотела, чтобы ребенок переехал к ним, может, еще что-то помешало, но прошло несколько недель, а Алексей так и не забрал ребенка.
И вот именно в этот момент ситуация стала резко меняться…
Часть 2. Апелляция
Апелляция – это когда вы просите один суд проявить неуважение к другому суду.
Ответчица направила в суд апелляционную жалобу, а также ходатайство о восстановлении срока для обжалования, и срок судьей ей был восстановлен. Всем читающим на заметку: даже в случае пропуска срока можно подать ходатайство о его восстановлении.
В частях 1–4 статьи 112 Гражданского процессуального кодекса говорится о восстановлении процессуальных сроков:
«1. Лицам, пропустившим установленный федеральным законом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен.
2. Заявление о восстановлении пропущенного процессуального срока подается в суд, в котором надлежало совершить процессуальное действие.
3. Одновременно с подачей заявления о восстановлении пропущенного процессуального срока должно быть совершено необходимое процессуальное действие (подана жалоба, представлены документы), в отношении которого пропущен срок.
4. Если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, заявление о восстановлении пропущенного процессуального срока рассматривается в судебном заседании, лица, участвующие в деле, извещаются о времени и месте судебного заседания, однако их неявка не является препятствием к разрешению поставленного перед судом вопроса».
Ее жалоба была принята к рассмотрению, и дело передали в Санкт-Петербургский городской суд, а в связи с этим наш исполнительный лист законной силы более не имел, и Алексей уже не мог забрать сына.
Далее было назначено судебное заседание в городском суде, на котором коллегия судей потребовала, чтобы ответчица явилась на следующее заседание с ребенком. Хотя в Семейном кодексе указано, что опрос несовершеннолетнего обязателен только с десяти лет, в нашем случае судьи решили опросить ее шестилетнего сына.
Статья 57 Семейного кодекса гласит: «Ребенок вправе выражать свое мнение при решении в семье любого вопроса, затрагивающего его интересы, а также быть заслушанным в ходе любого судебного или административного разбирательства. Учет мнения ребенка, достигшего возраста десяти лет, обязателен, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам».
И вот настал день заседания. Я помню, как долго мы ожидали вызова в зал суда. Те, кто бывал в судах, знают, что часто время заседания задерживается, но в этот раз мы ждали более полутора часов. Как оказалось, ответчица опаздывала и позвонила в суд с просьбой подождать. И вот, когда она все-таки приехала, мы зашли в кабинет. Судьи, заслушав нашу позицию, перешли к опросу несовершеннолетнего.
На прямой вопрос одного из судей (напомню, что дело рассматривалось коллегией из трех судей) мальчик ответил, что очень любит маму и хочет оставаться с ней, а с папой будет видеться. Во время ответа ребенок плакал, и видно было, как сильно он переживал. Вот такое сложное решение необходимо было принимать судьям. С одной стороны, мама, которая халатно относилась к лечению мальчика, не имела стабильного места работы и заработка, проживая в удовлетворительных условиях и воспитывая ребенка своими силами, а с другой – отец, с новой женой, которая готова заботиться о его сыне, собственный дом, стабильный заработок. Кроме того, в пользу отца уже вынесено решение их коллеги из Невского районного суда.
После заслушивания всех участников дела судьи удалились в совещательную комнату. Эти десять минут их шумного спора я запомнил на всю жизнь. Мнения судей разделились, и они громко обсуждали эту ситуацию, однако слов разобрать было невозможно. И вот наконец они вышли и начали зачитывать свой вердикт. Я с волнением слушал каждое слово судьи: «Решение Невского районного суда отменить, принять по делу новое решение, определить место жительства несовершеннолетнего (ф.и.о., дата рождения) с матерью».
Заседание окончено, мы с опущенными головами вышли на улицу. Помню, как Алексей сказал: «Да, если бы я вовремя его забрал по первому решению, возможно, все было бы по-другому…» И в этом, наверное, есть доля правды.
Пусть каждый читатель решит для себя, кто прав и как должны были поступить в этом случае судьи, однако даже мнения служителей Фемиды разошлись в этом деле.
6 Нокаут
Как я нашел иголку в стоге сена
Случайностей не существует – все на этом свете либо испытание, либо наказание, либо награда, либо предвестие.
Часть 1. Развод и первые суды
Один из главных героев всей этой истории мой клиент Петр был русским эмигрантом. В Канаду он переехал много лет назад из Санкт-Петербурга, получил гражданство на основании воссоединения с семьей, так как его сестра вышла замуж за канадца и первая эмигрировала из России.
Но как Петр мне потом рассказывал, жизнь в Канаде была скучной, в России ему нравилось гораздо больше. Он смог организовать небольшой бизнес – возил из Канады генераторы электроэнергии и продавал в Санкт-Петербурге. Построил дом недалеко от Питера, проживал в нем, занимался бизнесом и в свободное время путешествовал. Его взрослая дочь от первого брака проживала в Канаде.
Однако была в жизни Петра сложная семейная ситуация, в связи с чем он ко мне и обратился. После возвращения Петра в Санкт-Петербург он познакомился с Галиной, у них завязались отношения. Петру было уже около 50 лет и Галине около 40, когда она забеременела. Ребенка они не планировали, но все-таки решили оставить. Был зарегистрирован брак. Дочь родилась здоровой.
Для более полного понимания картины расскажу о Галине. Женщина была, как я понял, разведенной, у нее росла дочь от первого брака, которой было около 15 лет. Постоянного места работы она не имела, проживала в небольшой двухкомнатной квартире так же, как и Петр, в пригороде Санкт-Петербурга. Из странностей можно было отметить ее увлечения оккультизмом, даже роды она сознательно проводила дома. Впоследствии после рождения ребенка отказалась делать ему рекомендуемые врачами прививки без объяснения причин.
После рождения дочери супруги поселились в доме Петра, и с этого момента у них начались серьезные проблемы в отношениях. В конце концов дошло до того, что Галина вернулась с ребенком в свою квартиру. В том же году последовало расторжение их брака, а после этого Галина начала препятствовать встречам Петра с ребенком. Как Галина впоследствии утверждала в суде, она не хотела передавать дочь отцу на выходные или на длительное время в свое отсутствие, потому что боялась, что Петр, имея канадское гражданство, может оформить документы дочери и уехать с ней за границу, а она не сможет забрать ребенка обратно. Когда препятствия стали носить постоянный характер, Петр на основании статьи 66 Семейного кодекса РФ обратился в суд с исковым заявлением об определении порядка общения отца с дочерью.
Пункты 1 и 2 статьи 66 Семейного кодекса РФ гласят:
«1. Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет права на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования.
Родитель, с которым проживает ребенок, не должен препятствовать общению ребенка с другим родителем, если такое общение не причиняет вред физическому и психическому здоровью ребенка, его нравственному развитию.
2. Родители вправе заключить в письменной форме соглашение о порядке осуществления родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка.