Андрей Дмитриев – 15 нокаутов в семейном праве (страница 12)

Важно отметить, что это сильно повлияло на мое мнение относительно такого сложного вопроса, как смертная казнь. Все-таки суды очень часто могут ошибаться, а после приведения приговора к исполнению в случае смертной казни ошибку уже не исправить. Поэтому, зная работу судебной системы, я двумя руками против такой меры наказания.

Часть 2. Новое рассмотрение

После того как президиум отменил решение, дело было направлено на новое рассмотрение в суд, который выносил решение о разделе имущества, и вопрос передали другой судье. Новая судья, которая являлась заместителем председателя районного суда, после поступления к ней всех материалов затребовала дополнительные сведения из банка и за два заседания вынесла решение. Однако после получения судебного постановления мы с Александром Евгеньевичем увидели ошибки в судебном расчете и сразу подали апелляционную жалобу.

Когда я пишу все это, мне самому не верится, что такое бывает в судах Петербурга, а ведь это город федерального значения, Северная столица! Если такое возможно в Санкт-Петербурге, то что происходит в регионах или отдаленной глубинке? Дело уже ходило по инстанциям два с половиной года, а мы так и не могли добиться от суда добросовестной работы.

На втором заседании апелляционной инстанции в городском суде помню, как после моего выступления и выступления Александра Евгеньевича одна из судей коллегии высказала такое замечание: «Вроде люди вы взрослые, а все с кредитами. Надо жить по средствам, и проблем бы тогда не было».

Корректно ли такое замечание судьи? Добавлю, что в этом процессе мы увидели ошибки пяти судей!

• Первое решение районного суда было отменено.

• Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда, который рассматривал дело коллегиально, было отменено.

• Второе решение районного суда было изменено.

Может, нужно было бы обратить внимание на качество судебной работы, а не давать такого рода советы? Ведь не всегда использование кредитов имеет негативные последствия. Пусть уважаемый читатель сделает свои выводы из этой истории.

После окончания всех судебных заседаний и вступления в силу решения суда были еще заявления о снятии ареста с имущества и взыскании судебных расходов. В итоге от нашей первой встречи до полного окончания работы прошло практически три года.

Кстати, после всей проделанной мной работы мы с Александром Евгеньевичем до сих пор находимся в приятельских отношениях, недавно созванивались по случаю Дня защитника Отечества.

9 Нокаут

Отец, у которого было одиннадцать детей от разных жен; раскол духовно-просветительского общества

В 2014 году ко мне на консультацию приехала Мария Иосифовна, женщина около 60 лет. Как позже выяснилось, она постоянно проживала в Петербурге, работала терапевтом в одной из городских поликлиник.

По ее словам, история началась с того, что в 1990-х годах в Санкт-Петербурге возникло духовно-просветительское общество на основе веры в некие космические силы и их участие в нашей жизни, причем верования общества резко отличались от постулатов христианства, ислама, буддизма и др.

Руководитель данного общества выработал свои религиозные принципы и начал привлекать к себе адептов. После формирования общины ее члены объединились в отдельном доме на земельном участке в Карелии – соседнем с Санкт-Петербургом регионе – и проживали там единой семьей длительный период, вели хозяйство, за счет чего в основном и жили.

Следует отметить, что руководитель общества одновременно имел половые связи со всеми женщинами общины, проживающими совместно в общем доме (причем сам он состоял в браке и у него было двое детей, которые проживали с матерью в Санкт-Петербурге). Каждая участница общины рожала ребенка от руководителя, и только его несовершеннолетних детей, которые впоследствии участвовали в судах, было девять человек.

В 2012 году основатель общины умер в возрасте 72 лет, после чего между ее членами начались конфликты, переходящие в судебные разбирательства. В этот момент меня и привлекли к их решению.

Часть 1. Попытки лишения и ограничения прав недобросовестной матери

Мария Иосифовна рассказала, что после смерти основателя общества две женщины, имеющие от него детей, съехали из общего дома. Причем одна из женщин съехала со своими двумя детьми, а другая оставила троих детей в доме с другими членами общины.

Через какое-то время эти три девочки стали проживать с Марией Иосифовной в Санкт-Петербурге, ходили в общеобразовательную школу, она занималась их развитием и воспитанием. Так как Мария Иосифовна не являлась им родственницей, на нее была оформлена необходимая доверенность.

Слушая рассказ Марии Иосифовны, можно было сделать вывод, что она сама в какой-то период являлась членом этого общества. Как я понял, туда также входил ее сын, который до сих пор проживал в общем доме в Карелии.

Так вот, настоящая мать этих трех девочек сейчас находилась в Санкт-Петербурге и, узнав, что дети у Марии Иосифовны, начала активно искать встреч с ними, что, может быть, и правильно, только намерения у нее были корыстные. Когда она съехала из дома в Карелии, то детей с собой не взяла; более того, после отъезда получала их детские пособия, которые расходовала на свои нужды.

С учетом всего этого Мария Иосифовна хотела инициировать судебный процесс по лишению этой матери родительских прав, основания согласно Семейному кодексу имелись: неучастие в воспитании детей, в том числе злостное уклонение от уплаты алиментов.

Статья 69 Семейного кодекса РФ гласит: «Родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они:

• уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов…»

Отцом трех девочек по документам значился мужчина, который проживал в общем доме в Карелии. Получив от него согласие на действия и заключив с Марией Иосифовной договор на оказание юридических услуг, мы начали подготовку документов.

Мной было составлено и подано в суд исковое заявление на лишение родительских прав матери. Однако уже на первое заседание ответчица явилась с юристом и была категорически против нашего иска. Также впоследствии выяснилось, что у нее было врожденное психическое расстройство – шубообразная шизофрения. Получив данную информацию и оценив активные действия ответчицы в суде, мы решили отозвать наш иск и далее уже подать новый иск об ограничении ее в родительских правах в связи с наличием психического расстройства.

Небольшое пояснение для тех, кто впервые слышит про такой диагноз – шубообразная шизофрения.

Одним из основных ее проявлений является возникновение острых приступов, между которыми присутствуют межприступные промежутки. Периоды, для которых характерны острые проявления, могут проходить без серьезных последствий для больного, но в отдельных случаях они оставляют изменения, затрагивающие личность. Некоторые приступы называются шубами, или сдвигами, – именно они оказывают воздействие на психическое состояние и оставляют дефекты разного типа, носящие необратимый характер.

Однако процесс по второму нашему исковому заявлению об ограничении родительских прав был судом приостановлен, так как ответчица, в свою очередь, подала новый иск об оспаривании отцовства. В иске она указывала, что настоящий отец детей умер, а человек, записанный отцом детей, на самом деле таковым не является, в связи с чем и не может инициировать процесс по ограничению ее родительских прав.

Не вдаваясь в тонкости дела, скажу, что этот уже третий судебный процесс по оспариванию отцовства длился более года и в итоге иск матери был сначала удовлетворен, однако по моей апелляционной жалобе данное решение было отменено с вынесением нового решения – иск оставить без удовлетворения.

Закончилось все тем, что ни Мария Иосифовна, ни эта мать более не подавали новых исков. Все осталось, как и было в начале процессов, но хотя бы детей мать более не беспокоила. Можно сказать, что свою основную задачу мы выполнили.

После завершения этих споров по прошествии еще примерно полугода между членами общины начались новые суды, теперь уже за наследство умершего основателя.

Часть 2. Суды за наследство

После смерти руководителя общества – отца большого семейства – между членами общины встал вопрос о получении наследства. С учетом того, что при жизни он состоял в браке и имел в нем двоих уже совершеннолетних детей, земельный участок и дом, где жила община, а также все, что там было, поделили между наследниками первой очереди.

В части 1 статьи 1142 Гражданского кодекса указывается: «Наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя».

Получается, что остальные девять родных детей остались без какой-либо части наследства, так как официально у кого-то из них стоял в свидетельстве прочерк, а у кого-то отцами были записаны другие мужчины, которые входили в общину. Поэтому после окончания наших процессов Мария Иосифовна обратилась ко мне уже за установлением факта признания отцовства, а также восстановления срока и признания наследниками сначала детей, которые уже были совершеннолетними, затем и остальных.

Наследственной массы там было не то чтобы очень много, но все-таки имелось следующее: