Андрей Дивьяу – Талвин Осколки странствий (страница 21)

Талвин помахал головой чтоб прийти в себя и двинулся в указанном направлении.

Его главная цель оставалась неизменной — вернуться домой, к родителям. Для этого нужно было узнать, как перемещаться между планетами: найти действующий маршрут, выяснить, какие корабли ходят в нужном направлении, или отыскать древний телепорт. Ещё — найти минерал, о котором говорил Кайшин. Этот редкий камень был необходим для создания противоядия от вируса, пожирающего планету Кайшина.

Чтобы добиться всего этого, надо было попасть в столицу: там могли помочь с болезнью, которая терзала его изнутри, подсказать, где искать минерал, и дать доступ к межпланетным путям. Талвин глубоко вдохнул, ощущая запах хвои и влажной земли, и зашагал увереннее.

Денег у него не было — ни монеты, ни кристалла которого не жалко. Значит, нужно найти работу, а для этого — освоиться в новом месте.

Камни из реки Кайшин не дал: сказал, что они исчезнут при перемещении, хотя их можно было продать и разбогатеть. А те, что были, могли пригодиться самому — для восстановления сил или создания зелий. Талвин вздохнул: придётся рассчитывать только на себя.

В деревне Талвин решил разузнать об этом мире: кто здесь живёт, какими способностями обладают местные, какие законы тут действуют, где можно найти работу и как добраться до столицы. Он понимал: без информации он слеп и уязвим.

Он направился к окраине и вскоре заметил старушку. Она с трудом несла ведро с водой — спина согнута, руки дрожали, а ведро, казалось, вот-вот выскользнет. Талвин подошёл, молча кивнул и жестами показал, что поможет. Бабушка улыбнулась, благодарно кивнула в ответ и заговорила:

— Ты, милок, не здешний? С других мест к нам пришёл?

Талвин лишь развёл руками — язык пока не давался. Слова путались, звуки казались чужими, а интонации — непонятными. Но тут Хронос, его верный духовный спутник, начал считывать местную речь и передавать знания. Он словно раскладывал слова по полочкам в сознании Талвина, выстраивал связи, показывал значения.

Поначалу получалось неуклюже: Талвин больше лепетал, чем говорил, путал окончания, неправильно ставил ударения. Но к тому моменту, как они дошли до дома — небольшого, но ухоженного, с цветами у крыльца, — он уже мог понимать простые фразы и на пальцах объяснять, кто он и откуда.

— Из дальних краёв, да? — понимающе кивнула старушка. — Вижу, путь был нелёгкий. Заходи, отдохни, попей воды. А потом расскажешь, что привело тебя в наши края.

Талвин благодарно улыбнулся и последовал за ней.

Денег у него не было — ни монеты, ни кристалла которого не жалко. Значит, нужно найти работу, а для этого — освоиться в новом месте.

Камни из реки Кайшин не дал: сказал, что они исчезнут при перемещении, хотя их можно было продать и разбогатеть. А те, что были, могли пригодиться самому — для восстановления сил или создания зелий. Талвин вздохнул: придётся рассчитывать только на себя.

В деревне Талвин решил разузнать об этом мире: кто здесь живёт, какими способностями обладают местные, какие законы тут действуют, где можно найти работу и как добраться до столицы. Он понимал: без информации он слеп и уязвим.

Он направился к окраине и вскоре заметил старушку. Она с трудом несла ведро с водой — спина согнута, руки дрожали, а ведро, казалось, вот-вот выскользнет. Талвин подошёл, молча кивнул и жестами показал, что поможет. Бабушка улыбнулась, благодарно кивнула в ответ и заговорила:

— Ты, милок, не здешний? С других мест к нам пришёл?

Талвин лишь развёл руками — язык пока не давался. Слова путались, звуки казались чужими, а интонации — непонятными. Но тут Хронос, его верный духовный спутник, начал считывать местную речь и передавать знания. Он словно раскладывал слова по полочкам в сознании Талвина, выстраивал связи, показывал значения.

Поначалу получалось неуклюже: Талвин больше лепетал, чем говорил, путал окончания, неправильно ставил ударения. Но к тому моменту, как они дошли до дома — небольшого, но ухоженного, с цветами у крыльца, — он уже мог понимать простые фразы и на пальцах объяснять, кто он и откуда.

— Из дальних краёв, да? — понимающе кивнула старушка. — Вижу, путь был нелёгкий. Заходи, отдохни, попей воды. А потом расскажешь, что привело тебя в наши края.

Талвин благодарно улыбнулся и последовал за ней.

— Меня зовут Талвин. Я действительно с другой планеты, — представился он с трудом, подбирая слова и стараясь правильно произносить звуки.

— А я баба Люда, — улыбнулась старушка, приглашая его войти в дом. — Мы манторианцы. Ох, не в простое время мы живём, милок. Тебе бы поскорей на другую планету перебраться, пока не поздно.

— А что тут не так? — настороженно спросил Талвин, чувствуя, как внутри просыпается тревога.

— Пропадают манторианцы среди бела дня, — понизив голос, ответила баба Люда. — Вот так идут по улице — и нет их. Ни следа, ни признака. Все боятся, что и с ними то же самое случится. Даже дети перестали играть во дворах — всё сидят по домам.

Талвин нахмурился. В голове сразу всплыли мысли о вирусе, экспериментах Антуана, магических аномалиях.

— Чем ещё могу помочь, баба Люда? — поинтересовался он, искренне желая сделать что-то полезное.

— А ты руку дай мне и думай о хорошем, — попросила старушка, протягивая морщинистую ладонь. — Да глаза закрой и не прекращай думать о хорошем. Это важно — мысли должны быть светлыми, радостными.

Талвин так и сделал. Он закрыл глаза, сосредоточился и представил: смех родителей, тепло солнца на коже, запах цветущих садов родного дома. Кайшина и Настю как они хорошо проводили время вместе. Минута тянулась за минутой. В груди постепенно становилось теплее, будто внутри разгорался маленький костёр.

— Этого достаточно, чтоб ещё месяц нас не трогали, — удовлетворённо сказала баба Люда, отпуская его руку. — А там видно будет.

Перед ней на столе лежал небольшой макет искусно сделанного здания — миниатюрная копия древнего храма с колоннами и резными узорами.

— Это защитный механизм, — пояснила она. — Его нужно заряжать светлой энергией, мыслями о счастье, воспоминаниями о радости. Тогда всякие нехорошие будут нас обходить стороной. Другие совсем отчаялись, от них уж радости не дождёшься А ты вот тут поделился своей радостью и зарядил защиту. Спасибо тебе, милок.

— Тебе нужно чуть дальше пройти, — продолжила она, указывая рукой в сторону леса. — Там небольшой городок. Там ты сможешь подзаработать — манторианцы всегда ищут сильных помощников. А тут только старики остались, да и те прячутся по домам.

Поблагодарив бабу Люду, Талвин вышел из дома.

Без денег он мог лишь продать свои изделия. Сперва он опасался, что его поймают без документов, но потом узнал: для людей права не так важны. Их имели лишь богатые и знатные — печати, грамоты, удостоверения принадлежности к роду. Ловили и сажали — или убивали на месте — только демонов, которых считали угрозой всему живому.

Дорога заняла несколько часов. По пути он разглядывал окрестности: золотистые поля, густые рощи, небольшие речки с прозрачной водой. Всё казалось одновременно и чужим, и странно знакомым — будто он видел это во сне или в далёком детстве. Иногда ему чудилось, что за деревьями мелькают тени, но, присмотревшись, он ничего не замечал.

Изредка возникали слуховые галлюцинации: сначала слышалось шипение, затем — обрывок слова, который невозможно было разобрать. Всё это длилось доли секунды, но каждый раз вызывало кратковременное головокружение — словно мозг на миг терял связь с действительностью, а потом вновь её обретал. Казалось что кто-то его ударить и у того ничего не выходит. Вот только что с ним происходит не понятно. И в деревне такого не было. Лишь только когда он один.

К вечеру он добрался до городка. Улицы были узкими, вымощенными булыжником, дома — деревянными или каменными, с резными ставнями и черепичными крышами. Повсюду сновали манторианцы: кто-то спешил по делам, кто-то торговал на площади свежими овощами и травами, кто-то просто беседовал у ворот, обмениваясь новостями. Воздух наполняли запахи выпечки, специй и дыма от костров.

Он зашёл в магазин. На витринах красовались посохи с магическими камнями, мечи с узорчатыми рукоятями, щиты с гербами, доспехи, бутылки с неизвестной жидкостью, мерцающей разными цветами. Здания, кареты без лошадей, летающие шары в небе — всё напоминало родину Талвина, по крайней мере так ему казалось. На мгновение он почувствовал укол тоски по дому.

К нему подошла девушка лет двадцати пяти, красивая, с ясным взглядом и лёгкой улыбкой:

— Чем могу помочь?

Талвин смутился, но собрался с духом:

— Хочу продать целебные зелья. Меня попросил мастер — он солгал, чтобы не привлекать внимания, опасаясь, что его происхождение вызовет вопросы.

Девушка окинула его одежду удивлённым взглядом — потрёпанная куртка, штаны, сапоги, видавшие виды.

— Ты, наверное, издалека, — заметила она.

Не дожидаясь оправданий, она попросила показать товар. Талвин достал зелья из магической сумки — флаконы с зелёной, синей и янтарной жидкостью, каждый запечатан с магическим символом. Девушка изучала их, нахмурив брови, осторожно встряхивала, подносила к свету. Наконец она сказала:

— Куплю за двенадцать золотых.

Талвин не знал, много это или мало, но согласился — выбора не было. Он кивнул, стараясь не выдать волнения.