Андрей Дивьяу – Талвин Осколки странствий (страница 23)

Талвин подбежал, помог подняться. Вместе они выбрались из пещеры. Погони не было, лишь далёкие грозные крики доносились из глубины.

Выбравшись на свежий воздух, они отдышались.

— Спасибо, — хрипло сказал Имдан. — Ты мог бросить меня.

— Мы же договорились помогать друг другу, — пожал плечами Талвин. — К тому же, я ещё не нашёл огненный одуванчик.

Имдан рассмеялся:

— Найдём.

Талвин улыбнулся. Он подумал, что нашел друга.

На свежем воздухе Талвин внимательно взглянул на Имдана. Рука того была разбита, но во второй руке он сжимал странный фрукт — продолговатый, с фиолетовой кожурой и серебристыми прожилками. Глаза Имдана сияли от счастья, словно он держал драгоценность в руке.

Имдан не мешкая съел плод, лёг на спину, раскинув руки. Через минуту он резко вскочил, намазал руку какой-то густой мазью из маленького флакона — и рана начала затягиваться прямо на глазах, оставляя лишь тонкий розовый шрам.

— Я наконец то достиг новой эволюции! — воскликнул он с восторгом, который быстро сменился насмешкой. — Я давно не видел таких наивных идиотов, — рассмеялся он, и в его голосе зазвучали металлические нотки. — Ты мне нужен был, чтобы отвлечь демонов. И я не ошибся: другого давно бы сожрали, а тебя оставили. Видимо, наивные для них не вкусные.

Не успел Талвин ничего сказать или даже пошевелиться, как Имдан резко поднялся в воздух, завис над землёй на пару мгновений, а затем стремительно улетел вдаль, оставив после себя лишь лёгкое мерцание в воздухе.

Эгс ехидно проскрипел в голове:

— Вот ты молодец, поверил ему.

Талвин почувствовал, как внутри закипает злость. «Обещал показать огненный одуванчик, а сам — думал он, сжимая кулаки. — Использовал меня, как приманку». Но через пять минут ярость угасла — смысла злиться не было. Он глубоко вдохнул, выдохнул, стараясь успокоиться, и двинулся обратно, чувствуя тяжесть в ногах и горечь на душе.

Вдалеке показалась тёмная точка. Скоро стало ясно: это стая скордов. Талвин поспешно спрятался за толстым стволом старого дерева, но стая уже нависла над ним, опускаясь всё ниже.

Он бросился бежать к городу, но облако настигло его. Чёрные шары кружились вокруг него, жалили. Он бил палкой, метался из стороны в сторону, но ни в кого не попадал.

Злость нарастала. На Имдана, на судьбу, на себя за свою наивность. В груди закипала буря эмоций, готовая вырваться наружу.

Голос внутри злорадствовал:

— Пусть этот мир развалится и исчезнет.

Глаза Талвина налились красным, а вокруг него возникло едва заметное чёрное сияние. Казалось, всё вокруг горит чёрным огнём. Одно существо вспыхнуло, растворилось в воздухе с пронзительным криком. Через пятнадцать секунд — ещё три. Но их было слишком много, и силы быстро покидали его.

Полминуты — и Талвин упал на землю, тяжело дыша и глядя в серое небо. Злиться больше не было сил. Тело дрожало, а в ушах стоял гул.

Вокруг продолжали кружить существа, ожидая, когда он ослабнет окончательно. Талвин разглядел одного из них внимательнее: серый, полупрозрачный, с тремя пульсирующими ядрышками внутри, словно маленькими сердцами.

Левиан засветился мягким голубым светом, испустил электрические всполохи, создав вокруг хозяина небольшой защитный барьер. Через минуту он опустился рядом, тяжело дыша — видно, потратил много энергии.

Талвину ужасно хотелось спать. Веки слипались, а тело отказывалось слушаться.

Потом послышались шаги. Кто-то махал руками — и вокруг них возникла светящаяся сфера, отгонявшая существ.

— Можешь идти? — спросила Эльза, склонившись над ним. Её глаза были полны тревоги, а голос звучал мягко.

Не дожидаясь ответа, она помогла ему подняться. Они побрели к городу. Существа летели следом, но у границ города потеряли интерес и разлетелись в разные стороны.

Эльза дала Талвину странный камень — холодный, с голубыми прожилками, пульсирующий слабым светом. Как только он взял его в руки, сразу стало легче: головокружение прошло, силы начали возвращаться.

— Ни в коем случае нельзя проявлять негативные эмоции, — строго сказала она. — Иначе они тебя сожрут. Высосут всё до последней капли. Особенно тебя — у тебя нет защиты, твоя энергия слишком открыта.

— Но кто они и что хотели от меня? — спросил Талвин, с трудом переводя дыхание.

— Они питаются негативными эмоциями, — объяснила Эльза. — Как животные: поесть да обзавестись потомством. Это долгая история. Расскажу дома, когда придёшь в себя.

В доме Эльзы, у камина, где потрескивали дрова и плясали оранжевые языки пламени, она продолжила свой рассказ:

— Раньше эти существа жили высоко в атмосфере, на небесных островах в другом измерении. Жили мирно, никого не трогали. Но из-за негативных мыслей манторианцев их мир стал погибать. Пищи не осталось, многие погибли. Часть приспособилась — спустилась сюда.

Она помолчала, глядя в окно, за которым сгущались сумерки.

— Они едят негативные энергии. Простые им не подходят. Поэтому они провоцируют людей на злость, на страх — чтобы энергия стала для них пищей. Так они выживают.

— Тебе повезло, что напали именно они, — добавила она, поворачиваясь к Талвину. — Будь это скорды в таком количестве, даже я не смогла бы помочь.

— А почему ничего не делают против них? — спросил Талвин, глядя на Эльзу с неподдельным недоумением. — Разве нельзя их изгнать или уничтожить?

Эльза усмехнулась, словно ожидала этого вопроса:

— Во-первых, их никто не видит, кроме таких, как ты и я. Обычные манторианцы лишь чувствуют — но не обращают внимания. Думают, это их собственные мысли: злость, грусть без причины Эти существа впрыскивают им энергию, а в голове сами собой возникают образы из прошлого, неприятные. Манторианцы цепляются за негативные воспоминания, прокручивают их по кругу — и сами становятся приманкой. Вот тогда они и слетаются со всей округи.

Талвин нахмурился, пытаясь осмыслить услышанное:

— Но я раньше никогда не видел этих существ. Они обитают только в этом мире?

— Они есть на многих планетах, — ответила Эльза и вдруг рассмеялась. — Так я всё-таки была права: ты с другой планеты, как и я. Не знаю, где ты побывал, но здесь их много. В первый раз, когда тебя увидела, они уже кружились рядом.

Она сделала паузу, словно взвешивая слова:

— Они живут в другом измерении, потому невидимы. Когда хотят есть, переходят в наш мир. Их не замечают, потому что они вибрируют на частотах, недоступных глазу. Обычно они не убивают тех, кого «едят». Но тебя Ты оказался особенно аппетитным. Если посмотреть духовными глазами, ты весь дырявый, как ржавое ведро. Энергия из тебя льётся в никуда. Медальон на груди — твой источник силы. Но есть ещё что то, что поглощает энергию Я пока не понимаю его природу. Хочешь, научу закрывать дыры?

Талвин с готовностью кивнул:

— Да, пожалуйста.

— Тебе удалось найти огненный одуванчик? — поинтересовалась Эльза.

Он покачал головой:

— Нет. Но вот руда, которую мы добыли в пещере.

И он подробно рассказал о встрече с Имданом, о предательстве, о жуках и о том, как едва не погиб.

— Странно, что они тебя не тронули, — задумчиво произнесла Эльза. — Обычно так не бывает.

Талвин выложил перед ней породу.

— Кристаллическое железо! — воскликнула она, беря камень в руки и внимательно его изучая. — Смесь железа и кристаллов, сросшихся благодаря магии. Не самое прочное, но из него можно создавать магические предметы. Если отдашь мне, я сделаю для тебя что-нибудь полезное. Часть возьму за жильё и еду.

Талвин обрадовался:

— Договорились.

На следующий день Эльза объяснила:

— Нужно концентрировать волю в одной точке — например, в руке. Тогда она наполняется энергией, кровью. Почувствуешь покалывание. Закрой глаза и представь, что вся твоя сила собирается в ладони.

Эгс не унимался. Сначала насмехался:

— Глупое занятие. У тебя не получится. Ты же слабак.

Когда понял, что насмешки не действуют, начал подбрасывать образы — мрачные, отвлекающие: картины прошлого, лица врагов, сцены поражений. Талвин замечал эти уловки, мысленно отбрасывал их и возвращался к упражнению.

Затем Эльза пристально смотрела на Талвина и предложила.

— Попробуй представить места в теле, где ощущается слабость. Закрой глаза и прислушайся к себе.

Сначала Талвин сомневался — он не был уверен, что способен уловить столь тонкие ощущения. Но вскоре, сосредоточившись, он почувствовал странное напряжение у правого плеча: словно там застряла невидимая заноза, мешающая свободно двигаться. Он направил туда поток энергии, а вместе с этим свою концентрацию, собранной в ладони. Поначалу было больно — ощущение напоминало ожог, пронзающий насквозь. Но постепенно боль отступила, сменившись приятным облегчением, будто действительно вытащили занозу.

За несколько тренировок он «закрыл» около десяти таких «дыр». Усталость навалилась мгновенно — он едва успел дойти до кровати, прежде чем рухнуть на неё. Но состояние заметно улучшилось: движения стали легче, а магия в теле словно увеличилась, потекла ровнее и мощнее. На миг он даже увидел духовным зрением ту самую «занозу» — смутно, словно сквозь туман, но достаточно чётко, чтобы понять: это был сгусток тёмной энергии, искажавший его ауру.

Он уснул и проснулся лишь через час. Ощущения были удивительными: мир казался ярче, звуки — чётче, а магия текла по телу ровнее, без прежних утечек.