Андрей Буторин – Сочинитель (страница 33)

– Тогда нам нужно все рассказать горожанам! – воскликнул Васюта.

– То есть подтвердить, что им Микроцефал сейчас про нас заливает? – угрюмо хмыкнул Хмурый.

– Нет, всем все рассказывать нельзя, – помотал головой Околот. – Так мы и правда лишь плеснем в костерок керосина. Но рассказать нужно тем, с кем мы и потом планируем сотрудничать.

– Ты про нас, что ли? – удивленно посмотрел на него Потап. – Так мы и так уже с вами, иначе бы я сюда не пришел.

– Вы – это само собой. Спасибо, что поверили и решили поддержать. Но есть еще и скупщики, которые сейчас наверняка в больших сомнениях: что с ними дальше будет и будет ли вообще.

– Скупщики охренели, когда узнали, что дирижабль улетел и неведомо когда вернется, – подтвердил главный трубник. – И это они еще не знают, что он вообще гробанулся. А сейчас, если Валерка им лапши на уши навешает, они первыми зачинщиками драки и станут, ведь они больше всех от этого пострадали, крупного барыша лишились. И когда Микроцефал им вернуть их куш пообещает – бегом за ним побегут, может, он на них в первую очередь и рассчитывает в своей торговле.

– Значит, нужно его опередить, – сказал Околот. – И сделать это, считаю, можете только вы, трубники. Ведь вы всех скупщиков знаете, отношения между вами налажены, они вам доверяют. Идите и расскажите им всем все как есть. Что скоро обмен гостинцев на товары восстановится, но заниматься этим будем мы. И что на них по-прежнему рассчитываем, ничего у них не изменится – как собирали у народа гостинцы, так и будут собирать. И скажи, что это я им слово даю – все ж, надеюсь, мне они больше, чем безмозглому Микроцефалу, доверяют.

– Я им тоже слово дам, – стукнул в грудь кулаком Потап. – Моему еще больше поверят. Только скажи-ка: про другой этот ваш мир им тоже рассказывать?

– А вот это пока не стоит. Этим как раз можно доверие подорвать. Да и ты сам же говорил, что смысла это знание сейчас никакого не имеет, так зачем же усложнять? Важно еще, чтобы, если заваруха все же начнется, скупщики на нашей стороне были.

Принятое решение устроило всех, и трубники отправились воплощать сказанное в жизнь.

– Ничего, прорвемся, – уверенно заявил на прощание главный трубник, – ждите.

Нужно сказать, что это заявление Потапа сочинителя действительно успокоило, а скорее всего и не его одного.

Но спокойствие длилось недолго. К исходу первых суток ожидания нервничать стали все. Васюта, для того чтобы отвлечься, как заведенный сочинял стихи – по большей части откровенную чушь, вроде такого:

Нож гильотины совсем уже низко… Как же мне плохо! Налейте мне виски!

Но одно, про Валерку Микроцефала, получилось еще куда ни шло:

С мозгом проблема была у Валеры – Не было мозгу какой-либо меры. Ведь для того, измерять его чтоб, Нужен был слишком большой микроскоп.

Потом Анюта на правах заместителя командира группировки заявила, что пойдет со своими девчонками в город – узнать, что там творится. Никаких возражений Околота и Силадана слушать она не хотела, тем более Светуля с Олюшкой ее решение поддержали – сидеть на месте без дела, да еще в столь напряженной ситуации, они не привыкли. Васюта, поняв после нескольких активных попыток, что и ему отговорить любимую не удастся, тоже наверняка пошел бы вместе с ними, а там, глядишь, за «сыночком» подтянулись бы и Лива с Сисом… Короче говоря, неизвестно, чем бы все это кончилось, вряд ли бы чем-то особо хорошим, но в дом Околота вновь заявились трубники – на сей раз только Хмурый с Кривоносом.

– Ну что? – столпились возле них «мончаки». – Удалось договориться со скупщиками?

– Удалось… – как-то не очень уверенно ответил Хмурый. А Кривонос добавил:

– Только они плату за это требуют.

– Плату? – шевельнул бровями Околот. – Это за что же? За то, что мы им предлагаем как раз и иметь свой куш в этом деле?

– Ну так это когда еще будет, – вновь взял слово Хмурый, – и будет ли вообще… Это не мои слова, это они так сказали, когда Потап их всех собрал. Ну и дали понять, почти в открытую, что им как бы похрен, кто, откуда и на чем будет возить товары в обмен на гостинцы, так что для них большой разницы нет, канталахтинцы это, Валерка Микроцефал или мы с вами.

– Ни хрена себе нет разницы! – возмутился Васюта. – Микроцефал вообще ничего ниоткуда возить не сможет, а мы предлагаем реальную выгоду всем!

– Так мы это им говорили. А они, как я уже сказал, в ответ, что это еще неизвестно когда случится, да и вообще… И потом, некоторые из них, которые вроде и готовы поставить именно на нас, говорят, что вот, мол, придет вездеход за гостинцами, а где они, гостинцы-то? Люди перестали их искать и сдавать им, а старых запасов почти не осталось. Короче, они хотят гостинцев уже сейчас, и побольше, и чтобы часть из них стала той самой платой за то, что они нас поддержат.

– Потому что если они будут за нас, – снова подхватил Кривонос, – то значит, что против Микроцефала, а тот и против них тогда станет людей натравливать. А им придется отбиваться, что может и к жертвам среди скупщиков привести. Так что и это как бы тоже в ту плату входит.

– Ну так надо, чтобы они тоже поактивнее народ успокаивать принялись! – взмахнул руками Силадан. – Если трубники со скупщиками вместе за это возьмутся – наверняка же большинство на свою сторону перетянут! Тем более скупщики-то больше трубников с людьми общаются, им проще будет договориться. Да и мы ведь еще есть тоже. Что нам всем тогда этот Валерка со своими прихвостнями, которых вряд ли после такого много сыщется!

– Так они будут успокаивать, – кивнул Хмурый, – будут договариваться. Но плату хотят вперед.

– Да что это за кровососы такие! – возмутился Васюта. – Ведь так-то мы бы и вообще без них обойтись могли! Вон девчонки, как и хотели, стали бы гостинцы у людей собирать, кто-нибудь из трубников еще этим бы занялся…

Силадан повернул к нему голову:

– Но, как мы об этом раньше говорили, это бы скупщикам очень не понравилось. А как говорит нынешняя ситуация, они тогда и вовсе пойдут против нас войной, встав на сторону Микроцефала и взбаламутив как следует жителей города. Нам будет не выстоять, это и к бабке не ходи.

– Так ясен пень, что не выстоять… – стушевался сочинитель. – Ну, так а что тогда делать? Где мы возьмем эти гостинцы? Хотя… – вспомнил он. – Мы же с Хмурым добыли кое-что, когда в «микроскопе» по «туннелю» путешествовали! Давайте часть из этого хабара им и дадим.

– Даже если мы все это им отдадим, будет мало, – сказал Хмурый. – Нужно еще два раза по столько же.

– Да они совсем оборзели! – возмутился Васюта, и его поддержали почти все «мончаки», лишь Околот заметил:

– Так ведь сказано: платой будет лишь часть этого, остальное – для дальнейшего обмена на товары. И тут я скупщиков, между прочим, поддерживаю. Иначе что же, вездеход пустым в Романов-на-Мурмане отправится? Или ждать-стоять будет, пока гостинцы насобирают да наносят? Не хотелось бы время терять, нужно, чтобы в Романове сразу поняли, что с нами есть смысл дело иметь, что Лом с Заном не впустую языками трепали.

– И Медок, – добавил Васюта.

– Ну, Медок не языком, хвостом разве что.

В итоге все в большей или меньшей степени осознали, что иного выхода, как выполнить требование скупщиков, у них не имеется. Оставалось придумать, где взять недостающие гостинцы. Для начала отдали Хмурому и Кривоносу все, что было на данный момент, с тем, чтобы сделать скупщикам хотя бы такую «предоплату».

А когда трубники ушли, Васюта сказал:

– Ничего не остается, как снова прокатиться в «микроскопе» по «туннелю». Вдруг опять этот «лапник» заявится и насыплет еще гостинцев.

– Не знаю, нам с Ливой никакой «лапник» не являлся, – помотала головой Олюшка. – Вам скорее всего случайно повезло. А у нас сейчас нету времени полагаться на случай.

– И что ты предлагаешь?

– Взять гостинцы там, где они точно имеются.

– Надеюсь, ты не имеешь в виду… – начал побледневший вмиг сочинитель.

– Как раз его и имею, – с решительным прищуром улыбнулась осица. – Особняк Агуновича.

Глава 24

Дело было в том, что на берегу небольшого Маруськиного озера, расположенного внутри городской черты, имелся недостроенный особняк купца Агуновича. Сам купец, Александр Викторович Агунович, перед началом Помутнения, будто почуяв грядущую беду, уехал в Санкт-Петербург. Ставший же бесхозным особняк с приходом Помутнения начал обрастать легендами. Дело в том, что попасть внутрь удавалось лишь единицам, а выходил ли кто-нибудь из них наружу, вообще было до недавних пор неизвестно. Но все мончетундровцы были убеждены, что в особняке Агуновича, прозванном ими Агушей, очень много всяких разных гостинцев, включая те, что еще никто не видел. Добыть же их было невозможно, потому что как возле, так и внутри Агуши имелось сразу несколько оказий, как гравитационных и температурных, так и весьма редких, чрезвычайно опасных, зачастую смертельных. А еще в особняке имелся большой подвал, который Александр Агунович планировал использовать в качестве винного погреба. И вот в нем-то обитали кошмарные существа, прозванные «черными виноделами». Причем это теперь вовсе не было слухами, поскольку именно Анюте, Светуле и Олюшке довелось с ними встретиться лично и спастись только чудом. Это произошло в ту ночь, когда по стечению обстоятельств или по воле судьбы все три девушки, которые тогда еще не были в одной группировке, одновременно отправились в Агушу попытать счастья, поскольку терять всем троим все равно было уже нечего[29].