Андрей Буторин – Джинниня из лампочки (страница 5)
Юлька зарделась, вспомнив свои слова про «разукрашенных красоток».
– Ну это я так… образно… – покрутила она рукой в воздухе, но тут же нашлась: – Пойдем, я покажу тебе ящик! В смысле телик. Телевизор то есть…
Схватив Марину за руку, сестренка потащила ее в комнату, бросив ему на ходу:
– А ты приберись тут пока, Достоевский!
Прибрав со стола и вымыв посуду, Генка вспомнил, что они так и остались без лампочки. Отсутствие света в туалете при наличии гостьи показалось ему крайне неудобным, даже неприличным обстоятельством. Поэтому, крикнув в приоткрытые двери комнаты: «Я сейчас!», выскочил из квартиры.
На сей раз он отправился в другой хозяйственный магазин, проехав четыре остановки на маршрутке. К счастью, там никаких ограблений за последние сутки не случилось. Купив на всякий случай сразу три лампочки, минут через сорок он вернулся домой.
На стук двери в прихожую высунулась Юлька:
– Ты только послушай, Гендос, как мы уже говорим! – Она схватила его за руку и потащила за собой.
Сидевшая на диване по-домашнему, с ногами, Марина глянула на него, расплылась в ослепительной улыбке и сказала:
– О, Гена! Ты уже вернулся из магазина? Твоя сестра Юля и я истосковались по тебе! Мы думали, ты покинул нас, бросил, как Альберто Ангелию…
– Что-что-что?.. – захлопал он глазами. – Вы что смотрели?!
– Сериал бразильский, – невинным голосочком отозвалась сестренка. – Там все очень культурно и прилично.
– Но это же полная безвкусица!
– Зато правильно – как ты любишь.
– Я не люблю! Пусть бразильцы сами это смотрят и слушают!
Марина с недоумением смотрела то на сестру, то на брата, а потом вдруг выдала отрывисто и громко:
– Бразилия – чемпион!
– А это откуда?! – ахнул Генка.
– Ну, мы еще футбольное обозрение чуть-чуть захватили… – Юлька ковырнула пальчиком обивку дивана. – А что, нельзя?
– Что еще успели захватить? – Генкин голос дрожал. – Какая же ты… легкомысленная!
– Свежее дыхание облегчает понимание! – радостно откликнулась Марина.
– О-о-о! – схватился он за голову. – Все! Больше никакого телевизора!
Юлька обиженно фыркнула:
– Может, в театр ее сводим?
– А вот это идея! – обрадовался Генка, не заметив, как вздрогнула гостья.
– Я же пошутила…
– Нет-нет, действительно хорошая идея. Я слышал, к нам приехал какой-то театр – то ли из Москвы, то ли из Питера… Туда и пойдем. Приобщимся к прекрасному.
Марина испуганно замерла, собираясь что-то сказать, но ее опередила Юлька:
– Я не пойду, я сегодня к Машке хотела. Я ей обещала, что приду! – быстро добавила она, зная, как щепетилен брат в отношении обещаний.
– Ты каждый день проводишь с подругами, – насупился Генка. – Твой лексикон – прямой результат этого общения. Один вечер можешь прожить и без них! Для своей же пользы.
– До чего же ты нуден, Гендос, – покачала головой сестра. – Бедная твоя жена!
– К-какая жена? – испугался Генка.
– Будущая, братец, будущая! Если найдется такая дура… – начала было Юлька и осеклась. – Кстати, давай-ка выйдем.
Он последовал за ней в прихожую, бросив извиняющийся взгляд на гостью. Та уже увлеченно разглядывала какую-то книгу – скорее всего, Юлькин учебник, потому что других книг в комнате сестры не водилось. Юлька потащила его в его комнату, плотно закрыла дверь и оперлась о нее спиной. Он потоптался немного и сел на диван.
– Ну, что ты хотела сообщить?
– А то! Смотри не втрескайся в Марину!
– Чего ты болтаешь?! – подскочил Генка.
– Сиди и не перебивай! – осадила его сестренка. – Я же вижу, как ты на нее пялишься! А у нее, между прочим, жених дома есть. Имя у него смешное: Мишаня или Масяня – я не расслышала…
– Откуда ты знаешь? – пролепетал он, чувствуя, что стремительно краснеет.
– От верблюда! Она сама мне сказала, когда мы сериал смотрели. Он у нее шишка какая-то. Типа принц… или даже целый король!
Генка нервно засмеялся:
– Может, и она принцесса?
– А что? Может. Посмотри, как она одета! И нерусская… Кстати, она сказала, что и правда из лампочки. Ничего не понимаю… Но почему-то ей верю. И даже… совсем не боюсь. А ты понимаешь, что происходит? – с надеждой посмотрела на него Юлька.
Она не произнесла ни одного сленгового словечка! Генка понял, что сестра все-таки трусит, хоть и корчит из себя мисс Невозмутимость. Да что там она – у него самого уже голова шла кругом!
– Видишь ли, Юля, – постарался он говорить спокойно. – По-моему, мы стали свидетелями чего-то странного. Причин для страха я не вижу, Марина мне тоже внушает доверие. Но пока сама не расскажет, кто она и откуда…
– Ген, разве люди могут так быстро выучить чужой язык? – перебила его Юлька. – Может, она не человек?..
– А кто же?
– Не знаю… Пришелец… – сказала и поежилась сестра. – Или и правда – джинниня… Слушай! – обрадовалась она. – Если Марина джинниня, давай ей загадаем желание!
– Какое? – насупился Генка, догадываясь, что сейчас услышит.
– Ну, чтобы мама и папа… – опустив голову, прошептала Юлька.
– Ох, сестренка-сестренка! – подошел он к ней и бережно прижал к груди. Хотел сказать что-то еще, но в горле запершило, и он тихонько кашлянул.
– А что? – подняла Юлька влажные глаза. Они оказались так близко, что Генка увидел в расширенных зрачках свое отражение. – А вдруг? Ну давай попробуем, а?
– Хорошо, попробуем… – сдался он и погладил Юлькины рыжие кудряшки, что делал исключительно редко. – Только сначала нам нужно научить Марину как можно лучше говорить по-русски. И ты должна помочь мне.
– Разве я не помогаю? – удивилась Юлька.
– Помогаешь… – вздохнул Генка. – Теперь переучивать придется.
– А зачем? Не все ли равно, правильно она говорит или нет? Уедет в свое королевство – и нафиг ей русский язык будет нужен!
– Надо бы сначала узнать, где это королевство.
– Она-то ведь знает, – резонно заметила Юлька – Вот и поедет.
– А чего же она у нас тогда делает? Почему не уезжает?
– Может, денег нет?
– Да у нее одних украшений на личный самолет хватит, – хмыкнул Генка.
– Что ж она – с платья будет камешки сдирать и за билет расплачиваться?.. Слушай, если она джинниня, нафига ей билет? И вообще самолет? Скажет: трах-ти-бидох – и дома!
– У нее бороды нет… – задумчиво ответил он. – Вообще-то, вдруг в этом действительно что-то есть? Лампочка, драгоценное платье, незнание русского…
– Вот и я говорю! – Сестренкины глаза вспыхнули. – Джинниня, настоящая джинниня! Кстати, о платье… – стала по-взрослому деловой Юлька. – Она же не пойдет в театр в таком наряде! Вас или ограбят, или арестуют. Или то и другое вместе; причем что сначала, что потом – угадать трудно.
Генка даже удивился, как ловко может изъясняться сестра. В голову закралось подозрение, что своими жаргонными и сленговыми выражениями Юлька порой специально его достает.