Андрей Белянин – Возвращение царя обезьян (страница 30)
– Я вызвал, – хрипло отозвался высокий китаец. – Дураки мы, что ли, пилить до дома пешком? Есть машины, есть поезда, есть самолёт. А у меня, к счастью, есть деньги. Кстати, у единственного из вас.
– Ой, всё! Упрёки начались! – Блондинка почему-то сразу восприняла его слова на свой счёт. – Я вообще-то сюда не рвалась. И в Китай не рвусь. У меня прививок нет! Загранпаспорта нет, визы нет! Я, знаете ли…
– Заткни свою жену, брат Укун, я начинаю терять терпение, – сказал Ша Уцзин, обрывая её жалобы.
– Не говори моей жене «заткнись»!
– Я и не сказал «заткнись»! Оглох ты, что ли, за время своего заточения? Так уши продуй и садись в машину! Самолёт ждать не будет!
– Не ссорьтесь перед незнакомым таксистом, – вмешался Чжу Бацзе.
– Свинью не спросили! – в один голос огрызнулись Ша Уцзин и Укун, который как раз первым и сел в машину.
Недовольную Ольгу загрузили на заднее сиденье, как дрова, зажав с двух сторон. Она попыталась было обратиться к таксисту и попросить у него помощи, но таксист был индийцем. Если трое странного вида мужчин везут куда-то белую женщину против её воли, значит, так надо. Почему желтоволосая потеряла страх и не слушается, шумит, вырывается? Это невежливо.
А потому правильно, что они решили научить её уму-разуму. Ну а уж какими методами – это их личное мужское дело. Ведь если эта женщина с ними, значит, это их женщина, даже если они поймали её пару минут назад! Таксист просто сделал музыку погромче.
– Поезжай, возница, – поторопил его Сунь Укун, и машина тронулась с места.
Трава пахла вечерней росой. Лисица каталась по ней, счастливо рыча, и её глаза сияли, как два сапфира. Она потёрлась щекой об особенно пахучий кустик, и на белой шёрстке осталось зелёное пятно. Чихнув, лисица вскочила на ноги и потянулась, зевая. Какой насыщенный день!
Охотиться на глупых зверей и птиц, купаться в ручье, валяться в траве и клацать зубами пролетающих бабочек – всё это намного лучше, чем тупо сидеть голой перед зеркалом и расчёсывать волосы, дожидаясь мужа, который всё равно никогда не приходит в твою спальню.
Мать учила её, что долго находиться в шкуре животного опасно, так можно потерять свою божественную природу и лишиться могущества. Да что она понимала? Возможно, когда-то это и было правдой. Для неё, для десятитысячелетней царицы лисиц. А у её дочери была своя правда.
Ей казалось, что она теряет себя, сидя в красной спальне и ожидая, как и когда её муж распорядится её жизнью, деньгами и властью. Нет уж, лучше кататься по травке и ловить зайцев. Какая божественность в том, чтобы стать тенью не любящего тебя мужчины? Разве не теряет она свою божественную природу и могущество, став молчаливой покорной женой, готовой целовать носы его ботинок? И главное, ради чего?!
Лисица раздражённо фыркнула. Да, раньше замужество за демоном-быком казалось ей очень хорошей идеей, но теперь…
– Всех клещей собрала?
Клещей?.. Лисица подпрыгнула и нервно начала осматривать свою шубку и роскошный хвост. В тот же момент богиня спустилась с неба, восхитительная и суровая.
– Да будет тебе известно, что даже во дворце императора всем животным надевают ошейники от клещей, а каждый сезон капают бравекто на лоснящиеся холки.
– Бравекто?
Гуаньинь изогнула тонкую бровь.
– Порой даже боги признают гениальность человеческих изобретений. Мы с насмешкой относились к лекарствам для животных, которыми люди лечат своих питомцев, пока не похоронили двух лошадей. Небесных коней императора, которые вообще не ступают по земле. Даже их нашли и поразили клещи. Знаешь ли ты, сколько стоит крылатый конь из конюшен великого Юй-ди? Окажись, что это лекарство нужно покупать за изумруды, цена всё равно была бы ничтожной.
– Я демон, – вяло и неуверенно отозвалась Яшмовое Личико.
– И ты считаешь, что клещи, идущие по своему пути намного дольше, чем мы, не смогли научиться пить кровь демонов? Не ими ли кишит бездна Диюя?
– Зачем ты пришла?
– Хануман.
Лисица винтом прыгнула вверх, размахивая хвостом, и спустя секунду мягко приземлилась человеческими ногами на траву. Абсолютно обнажённая. Чёрные волосы, гладкие и блестящие, как дорогой атлас, опустились с плеч, прикрывая маленькую грудь.
– Бесстыжая демоница, – с презрением прошептала Гуаньинь.
– Я – царевна Яшмовое Личико, единственная дочь, наследница и преемница своей матери, десятитысячелетней царицы лисиц! – вскинула голову обнажённая красавица, шагнув к богине.
– И если не смиришь свою гордыню, тебя точно так же забьют палками, порвут собаками и похоронят под тяжёлым камнем, как и твою мать, – парировала Гуаньинь.
– Ах ты…
– И не бахвалься богатством и могуществом. Всё это в руках твоего мужа. Ты слишком слаба, чтобы свободно распоряжаться такими дарами. Что ты умеешь? Соблазнять мужчин?
– Не только. – Царевна лукаво улыбнулась, переступив с ноги на ногу и изящно выгнув бедро.
– Не выйдет, лисица, – усмехнулась богиня. – Я не такая.
– Ой-ой-ой…
Жёлтое такси объехало площадь по кругу и остановилось у входа в терминал. Высокий демон, спонсор поездки, расплатился с водителем. Толстый китаец, кряхтя, вышел из салона и услужливо придержал дверь, подавая руку блондинке.
– Спасибо, – сказала Ольга, выбираясь из машины.
Её «муж» вышел с другой стороны и потянулся, щурясь от солнца. Чжу Бацзе, взяв девушку под ручку, повёл её к дверям в терминал. Там, конечно, производился осмотр багажа. И хоть у четверых спутников багажа вовсе не было, им всё равно пришлось встать в очередь.
– А зачем мы, собственно, сюда приехали? – вдруг спросила Ольга и тут же пояснила: – Нас же без документов никуда не пропустят. У меня, например, нет загранпаспорта, я вам говорила! Ни с собой, ни вообще. Да у меня никаких документов с собой нет. Даже российский паспорт остался дома, в сумке.
Парочка демонов озадаченно переглянулась.
– А что? Я же не знала, что этот ненормальный перенесёт меня за границу! Я и за пределы Саратовской области выезжать в обозримом будущем не планировала. И тем более не в домашнем халате и тапках! Но ваш дружок решил иначе! Кстати, у него тоже паспорта нет. Фальшивый российский ему сделали, но он тоже у меня дома остался. А так…
– Брат Укун, у нас проблемы.
Царь обезьян выслушал точки зрения всех троих членов своей команды. Ша Уцзин, конечно, грязно ругался, обвиняя его в тупости и осыпая проклятиями. Ольга просто надулась, молча скрестив руки на груди. Чжу Бацзе ныл, что не успевает попасть в дьюти фри и купить втридорога сладкую газировку и некачественную булку в забегаловке аэропорта.
– Дьюти фри, оно не какое-то, бараны вы безрогие! – прорычал синекожий демон. – Знаете, сколько там алкоголя? А какой убойный «Джек Дэниелс»? Только там такой и остался – так чтоб горелой резиной изо рта несло, да сам воздух воспламенялся от дыхания!
– Я не баран! Я – прекрасный царь обезьян, Великий Мудр…
– Ты же не пьёшь, – перебив его, ехидно заметил толстый.
– С вами, уродами, даже мёртвый пить начнёт!
Очередь неспешно продвигалась. Высокий пожилой европеец, стоящий перед ними, о чём-то спорил с индийцем-проверяющим.
– Ой, всё! – неожиданно даже для себя самого заявил Сунь Укун. – Как выглядят эти документы?
Ша Уцзин молча сунул ему под нос свой паспорт.
Царь обезьян бесцеремонно запустил руку в карман демона-свиньи и под протестующее шипение последнего выудил оттуда целую гору фантиков, обёрток и даже одну промасленную салфетку.
– Развёл помойку в карманах! – осуждающе сказал он, скомкал в руках раздобытый мусор и в следующее мгновение протянул Ольге паспорт, пряча такой же в свой карман.
– Как ты… ты сделал паспорта из фантиков?!
Ша Уцзин угрожающе зашипел, оскалив острые зубы:
– Научи свою жену молчать, пока она нас не сдала! – и тут же протолкнул Ольгу вперёд, на контроль.
Девушка протянула паспорт индийцу.
– Она со мной! Она моя женщина! – влез Великий Мудрец, тоже бросая свой документ таможеннику.
– По одному, – сказал тот.
– Но она со мной! – возразил Сунь Укун.
Индиец устало вздохнул и открыл оба паспорта…
После чего тут же нажал тревожную кнопку.
Суровые индийские полицейские появились буквально через секунду. Они выразительно сверкали глазами и категорически не желали слушать, что нарушитель – прекрасный царь обезьян, Великий Мудрец, Равный Небу, и всё такое…
Сунь Укуну на мгновение показалось, что эти тёмные люди вообще не имеют представления о том, кто такой царь обезьян. Но этого же просто не могло быть?
…Спустя час нудных бесед в душных кабинетах он и Ольга оказались в ещё более душной камере. Двух китайцев с нормальными паспортами, разумеется, никто и пальцем не тронул. Они так же, не задумываясь, прошли в зону посадки, даже не оглянувшись на своего так называемого брата обезьяну. Который пребывал в искреннем недоумении…
– Аолия, я не понимаю, почему нас посадили в эту клетку?! – праведно возмущался Укун.
– Неужели?! А я тебе расскажу! – Она встала с узкой лавки у стены и стала нервно расхаживать из стороны в сторону, наконец-то высказывая всё, что накопилось.